«Ничего так… уютненько», - думал Влад, пока, зевая, осматривал всякие чуланы и закрома. Оказавшись после радушного прощания на улице, свободный маркер удивленно спросил напарника:
- И чего этот почтенный крестьянин так лебезил? Мы ему что, детей крестить пришли?
- Ага! – кивнул Иезул, хитро усмехнувшись. – Что-то вроде этого… – потом смилостивился и туманно пояснил. – Не одни духи слетаются на свеженького…
Влад даже сплюнул и решительно отправился спать. Но, когда наутро при прощании хозяин гостиницы начал чуть не слово в слово петь те же дифирамбы почтенным инквизиторам, да еще и стал отказываться от платы за постой и сменных лошадей, псевдо-инквизитор даже немного нахамил, насильно всунув деньги хозяину. А когда они увидели своих новых сменных скакунов, даже Иезул прищелкнул языком, заметив, что еще никогда задаром не получал таких лошадей.
Но на этом прелести населенных мест закончились. Дальше путь спускался на более ровные места. Нельзя было сказать, что там совсем не было сельхозугодий, но дома больше не стояли хуторами, группируясь в села, между которыми тянулись километры лесов. И чем дальше уходили путники от гор, тем реже попадались поселения.
Теперь уже и Влад начал замечать, как при их приближении меняется окружающая обстановка. Первый раз он заметил это явление, когда, проезжая мимо огромного раскидистого дуба, не удержался и прямо на ходу сорвал небольшую веточку. С удивлением он разглядел, что листья на ветке были разной формы, некоторые, действительно, были дубовыми, а вот другие – то ли липовыми, то ли кленовыми. Но дальше – больше: пока он так присматривался и удивлялся, все листья изменили форму на правильную.
После этого натуралистического наблюдения он еще множество раз подмечал разные неправильности, неточности и размытости, быстро приходившие в порядок, стоило ему всматриваться в них чуть пристальнее. Иезул только довольно кивал на замечания новичка и предупреждал, что это еще цветочки.
Где-то после обеда они услышали за поворотом лесной дороги какие-то крики. Раньше путникам встречалось довольно много встречных, но на пятый день путешествия поток тяглового транспорта стал заметно редеть. А тут впереди явно было не два и не три человека. Там шло что-то похожее на бой. Пока Влад прислушивался, Иезул выхватил меч наголо в одной руке, схватил лассо другой и погнал коня чуть не галопом в сторону криков.
Понимая, что в стороне от схватки не отсидеться, новичок тоже выхватил свой новенькую саблю, которую он приобрел на свою «первую зарплату», выданную княжеским советником. Нельзя сказать, чтобы землянин совсем не знал, что с этой железякой делать, но шинковать людей, как капусту, ему еще не приходилось. Поэтому он для храбрости закричал погромче и разогнал своего коня до темпа средней трусцы – на большее его умений пока не хватало.
Когда лже-монах преодолел поворот, пред ним предстала живописная картина боя: с полдюжины бандитов нападало на примерно такое же количество караванщиков, отчаянно обороняющих свой обоз. Иезул уже подлетел к месту схватки и сходу закинул свое лассо на одного нападавшего. Пока Влад неуклюже подруливал на своем скакуне, инквизитор уже вступил в ожесточенное фехтование с другим разбойником.
С подходом инквизиторов силы нападавших и оборонявшихся сравнялись. На земле лежала пара человек, но остальные продолжали довольно умело сражаться на мечах, не спеша подставляться под удар соперника. Влад соскочил с коня, понимая, что не сумеет вести сражение, оставаясь на хребте животного. Оказавшись в непосредственной близости от боя, цивилизованный маркер с ужасом смотрел на мелькание стали. Ему очень захотелось крикнуть; «Осторожно, вы же порежетесь!» Но, поскольку это было и так со всей очевидностью ясно всем присутствующим, поддельный инквизитор предпочел промолчать.
По идее, надо было помогать Иезулу, но он никак не мог понять, кто тут правые и где виноватые. Вдруг один из нападавших крикнул, указывая на центр обоза:
- Смотрите!
Влад не преминул последовать совету и понял, что разбойник указывал на человека, сидящего поверх поклажи, и внимательно смотревшего на поле боя. Наконец ему удалось разглядеть, что у этого типа что-то не в порядке. Да, слишком длинные руки, да и шея, как у гуся. Чем больше он смотрел, тем больше несуразностей находил.
Этот урод настолько захватил внимание Влада, что он не заметил, как ситуация вокруг резко изменилась. Только услышав разномастные вопли, новичок оглянулся и понял, что весь «экипаж» каравана разбегается, а «разбойники» озадаченно чешут в своих макушках. Первым сообразил, что тут произошло, Иезул.
Он каким-то хитрым образом снова пустил в дело свое волшебное лассо, но теперь почему-то не в сторону нападавших, и даже не в сторону разбегавшихся, а ловко захомутал им урода на повозке, который стал странно подвывать. И тут до Влада дошло: «Опять урод!» А Иезул уже совместно с бывшими разбойниками наводили порядок.
Вскоре «урод» был основательно спеленут веревками, а пара подраненных обозников быстро допрошена инквизитором. Влад с любопытством осматривал, что представляет собой допотопный обоз в походном состоянии, в то время как напарник быстро подошел к нему и тихо, но приказным тоном произнес:
- Ну-ка, быстро вскочи на коня и с самым важным видом громко прикажи разбежавшимся вернуться к телегам.
- Зачем?.. – было начал новичок.
Но опытный монах его оборвал:
- Быстро! Потом объясню.
Влад, хоть и был городским увальнем, но не настолько, чтобы совсем уж сильно тормозить. Кивнув, он вскарабкался на своего прекрасного, но высоковатого скакуна, и во всю глотку заорал:
- Эй! Беглецы! Приказываю всем немедленно вернуться к обозу! – новичок бы и рассмеялся такому театру, если бы не кровь, источаемая некоторыми участниками жарких прений, только что бушевавших здесь. Поэтому он только пожал плечами и уже тихо спросил Иезула. – Хватит?
- Хватит, слезай! – усмехнулся инквизитор и, когда напарник оказался на земле, добавил. – Расслабься и отдохни на той, крайней телеге. Тебя никто без спроса не побеспокоит.
Влад опять послушался – лучше не лезть с вопросами к нервничающим и опасно вооруженным людям, а несколько минут простоя дадут коням немного отдохнуть. Поэтому подошел к указанной повозке и развалился на мягких мешках, удобно подперев рукой голову, чтобы наблюдать за происходящим в лагере.
К его удивлению, вскоре из кустов появились недавние беглецы. Они с понуренными головами подходили к Иезулу и разбойникам. Что еще удивительнее, те даже не связывали побежденных караванщиков. Основную роль в этом процессе играл Иезул, беседуя с беглецами и советуясь с нападавшими. Все слушались инквизитора словно дети. Неприятным было только то, что люди как-то с опаской поглядывали в сторону ненастоящего монаха. Влад чувствовал, что не заслужил такого хмурого обращения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
