нас давно уже не устраивал. Но на все требования расширить проход, инженеры заявляли о каких-то фундаментальных ограничениях.
— Правда для этого придется построить другую установку, внеся некоторые структурные изменения, но общие принципы останутся теми же — позволив перемещать в другие миры объекты намного больших размеров, — Савушкин устало потер лоб.
— Насколько больших? — вкрадчивым тоном уточнил я.
Ученый помедлил, каким-то образом он угадал, что меня интересовало в первую очередь.
— Обитель Стужи поместится, — тихо сказал он.
Мои губы сами расползлись в улыбке. Обитель Стужи поместится. Всего три слова, а какой несут в себе смысл. Моя Цитадель — это не просто воздушная крепость, это летающий дредноут, заполненный под завязку магической энергией.
А значит, стратегия освоения новых миров уже в ближайшее время претерпит радикальные изменения.
* * *
Мир Ак-Танар.
Салийское королевство.
Дворец короля. 15:30
Резким взмахом руки Теона закрыла портал, грубо смяв метрику пространства волной искажения. Внезапный вызов в королевский дворец подтвердил недавнее подозрение, что с ними начнут вести себя безцеремонно, хотя она не думала, что это случится так быстро.
Но пока еще рано показывать норов. Пришлось смирить гордыни и отправиться в проклятый дворец, оставляя Монолит на попечении артефакторов. Они уже успели бегло осмотреть необычный реликт, и даже сделать некоторые выводы, заставившие удивиться.
Во-первых, — цвет, как оказалось переменчивость от бледно-серого до насыщенно черного являлась вовсе следствием не смены угла обзора, а неких процессов, протекающих в глубинах странного материала, из которого изготовлен артефакт.
Во-вторых, — каким-то образом, Монолит влиял на магический фон. Умники пока не разобрались точно, как он это делал, но то что воздействие шло, причем в постоянном режиме, они почти не сомневались. Что странно, учитывая, что ни Теона, ни Джессика не заметили этого, когда пытались понять, каким образом возникала область безмагии.
И в-третьих, самое главное — структура вещества, из которого состоял Монолит, немного напоминало, так называемый Живой Лед. Внешне он тоже выглядел застывшей формой, но под слоем статиченой поверхности в непрерывном режиме проходили непонятные динамические процессы, понять чью природу пока не представлялось возможным.
Возбужденные артефакторы еще много чего говорили, но для Теоны пока было точно одно — местная цивилизация не имела отношения к созданию Монолита, а значит трофей по праву принадлежал им.
— Госпожа, прошу следовать за мной. Советник ждет вас, — к ней подошел слуга в ливрее цветов королевского дома.
Мазнув безразличным взглядом по дворцовому холую, Теона зашагала быстрым шагом, безжалостно сминая ворс дорогого ковра, за каким-то дьяволом расстеленным прямо в коридоре.
Не обращая внимания на роскошное оформление анфилад залов и помещений, мимо которого они проходили (она шла так быстро, что холую приходилось переходить на бег, чтобы оставаться впереди, указывая дорогу), Повелительница Пространства размышляла на тему выбранного места для укрытия Монолита.
Если артефакт найдут — это вызовет громкий скандал. «Союзники» могут потребовать доступ к неизвестному инопланетному устройству. А то, что рано или поздно о нем узнают, Теона почти не сомневалась.
Придется ускорить игру.
— Госпожу, прошу вас, — слуга с поклоном открыл вычурную дверь, отделанную каким-то драгоценным металлом.
Брезгливо покосившись на еще один совершенно не нужный элемент роскоши, Теона переступила через порог.
Первый советник короля сидел за столом и что-то просматривал на портативном комп-терминале. Оторвав взгляд от экрана, мужчина в дорогом одеянии по последней моде среди местной чиновничьей публики, гостеприимно повел рукой.
— Прошу, присаживайтесь, — он вскочил на ноги, слегка наиграно демонстрирую показную вежливость.
Теона подошла к предложенному креслу, советник еще немного подождал, пока она полностью не села и лишь после этого сам опустился обратно.
— Изучаю переданные вашими людьми записи, — советник улыбнулся, поворачивая дисплей к ней.
Кажется его звали Коул, и он считался очень влиятельной фигурой при дворе короля.
На экране проигрывалось видео.
Бой где-то на улицах города. Виктор Строганов в полном облачении высшей боевой ипостаси. Стремительные движения, хищная грация, перемещения на сверхвысоких скоростях и отточенные долгими тренировками удары колдовского клинка.
Ледышка убивал. Много. Чередуя зачарованную сталь и магию. Правая рука для клинка, левая для колдовских заклятий. Происходящее походило на танец, где с каждой секундой на землю падало все больше убитых врагов.
Теона попыталась вспомнить, где и когда это случилось. И не смогла. Слишком во многих сражениях клановых войн успел поучаствовать Виктор.
— Впечатляет, правда? — советник восхищенно прицокнул языком. — Какая грация. Какое мастерство. Настоящая машина убийств.
Теона мысленно усмехнулась. Знал бы этот слизняк. Все эти удары всего лишь показуха. По-настоящему Принц Стужи убивал совершенно не так.
Словно поняв, о чем она подумала, советник тут же включил другую запись.
Снова улицы города. Кажется Токио. Виктор шел по улице неспешным размеренным шагом, за его плечами, как мантия клубилась белая хмарь. Она медленно наползала на высотные здания, еще совсем недавно полные жизни.
Асфальт и бетон покрывались корочкой льда, стекла потрескивали, пластик выгибался дугой, не в силах противостоять накатывающим сверхнизким температурам. Сам воздух застывал, забранный в тиски невообразимого холода.
Белая плотная пелена накатывалась на обреченный мегаполис. Отдельные щупальца выбрасывались вперед, первыми настигая будущие жертвы. Стылый мороз когтями скрежетал по окнам, покрывая стекло узорами измороси. Тела зданий падали в объятия холода, навечно застывая ледяными фигурами.
Струйки мороза протянулись дальше, утолщаясь и вырастая в размерах, и вот уже стоящие на обочине машины превращались в неряшливые комки льда.
Токио накрывало «белое безмолвие», созданное волей спокойно идущего по улице молодого мага. Прекрасное и завораживающее зрелище в своей ужасающей красоте.
А мужская фигура все шла неспешной походкой. Пока за его спиной ползло белое покрывало, заключая даже сам воздух в оковы вечного льда.
— Все превращается в лед, — тихо вымолвила Теона.
Советник ткнул пальцем по кнопе, останавливая запись.
— Что вы сказали? — он поднял голову.
Она кивнула на экран.
— «Все превращается в лед» — это девиз
