Она перевела взгляд на свою шею. В вырезе платья виднелись бледные линии и завитки, оставленные лаиром. Кусая губы, ворожея прикоснулась к самому наглому завитку, что вылез в ямку между ключицами. Шрам отозвался легкой пульсацией.
— Наши раини считают иначе, — раздался вкрадчивый голос, и в комнату тихой тенью скользнул огромный краснокожий анайх.
Остановился за спиной у Деи, нахально ловя в зеркале ее взгляд.
Тонко взвизгнула Катарина, поминая Праматерь. И было от чего: мощное тело демона прикрывала так любимая ими набедренная повязка, из одежды только кожаные наручи и поножи. На груди, на толстой цепи, поблескивал черный оникс, оправленный в серебро.
— Господин Танарес? — Дея невольно вскинула голову и выпрямилась. — Как вы вошли?
Ее взгляд метнулся к закрытым дверям.
— К вашим услугам, — демон склонил рогатую голову. — Мне не нужны двери, чтобы передвигаться в человеческих домах. И я не хотел вас пугать, миледи. Дайэрэ просил присмотреть за вами, пока его нет.
— Дайэрэ? — девушка взволнованно вцепилась в подлокотники кресла. — Кто это?
— Ваш супруг. Дайэрэ на языке Альдарика это претендент на трон.
— Наследник?
— Можно сказать и так, — чувственные губы анайха сложились в усмешку.
— И где он сейчас?
— Главы кланов просили о встрече. Дайэрэ не мог отказать, но не переживайте, он скоро вернется к вам.
Дея почувствовала холодок. Йеванн ушел? Оставил ее?
— Где он с ними встречается?
— В доме.
— Они здесь?
— Не совсем. Нам нет нужды, как людям, преодолевать расстояния, чтобы с кем-то увидеться. Мы очень редко путешествуем лично, если только не случается что-то особенное, например, неожиданное появление претендента на трон.
— Но как же…
— Мы же демоны, — анайх пожал плечами, — нам подвластны иллюзии и фантомы. А сильнейшие из нас могут переносить свое астральное тело в подчиненных даранхов и говорить их устами.
Дея сглотнула. Близость демона вызывала в ней инстинктивный страх. Зачем он пришел? Проверить, насколько она поддается влиянию? Что ж, придется его разочаровать.
Прищурившись, она внимательно осмотрела отражение в зеркале. Наарх, словно в насмешку, развернулся так, чтобы показать свое тело во всей красе, даже крылья слегка расправил.
Там, в Гвадарсе, ей некогда было разглядывать анайхов. Теперь же нарочито не спеша прошлась взглядом по могучему торсу, покрытому гладкой красной кожей. Ниже пояса Наарха скрывала спинка кресла, так что Дея подняла глаза на его лицо.
Похоже, волосы у анайхов полностью отсутствуют, если не считать бровей и ресниц. Кожа цвета закатного неба, небольшие рога надо лбом, крылья, как у летучей мыши, торчащие за плечами…
Смертельно опасное и притягательное сочетание силы, власти и магии.
Магия буквально выплескивалась из него. Темная, хищная. Она мерцала в его глазах, искрилась на когтях, на сгибах крыльев, проскальзывала в усмешке.
И в то же время Дея вдруг поняла, что он больше не вызывает в ней страха. Удивительно, но напряжение схлынуло, не оставив следа. В душе ворожеи воцарился полный покой.
Она медленно развернулась в кресле. Встретилась с его цепким и немигающим взглядом.
— Кажется, вы хотели что-то сказать про ваших раини? — произнесла с расстановкой.
Наарх стоял непростительно близко. Он не двинулся с места, чтобы дать ей возможность встать. Просто молча смотрел на нее. Так, словно пытался проникнуть в самую душу и прочесть то, что спрятано в глубине подсознания.
Потом отступил. Острые зубы блеснули в дерзкой усмешке:
— Не стоит жалеть наших раини. Они куда счастливее, чем вы можете представить, миледи. Каждая ночь, проведенная с анайхом, прибавляет им лишний год жизни.
В углу тихо охнула Катарина.
Взгляд демона тут же уперся в нее. Наглый и жаркий. Прошелся по камеристке, уделяя особое внимание дородной груди.
Дее показалось, что Наарх вот-вот оближется, как кот, увидевший миску сметаны.
— Не бойся, дева, — пророкотал он чувственным голосом, — ты станешь моей любимой женой.
— Миледи… — затравленный взгляд Катарины уставился на госпожу. — Вы же не отдадите меня?..
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Дее пришлось глубоко вдохнуть. Она оглянулась на сына. Тот тихонько играл с саламандрой и, казалось, не обращал внимания на то, что происходит вокруг.
— Господин Танарес…
— Наарх, — он перебил ее с легким поклоном. — Зовите меня просто: Наарх.
— Господин Наарх, — повторила Дея, теряя терпение, — вам не кажется, что вы переходите все границы? Прекратите пугать несчастную девушку!
— Несчастную? — демон задумался. — Станет моей — станет счастливой!
Глава 31.
Наарх покрасовался еще немного, насладился произведенным эффектом, откланялся и растворился в воздухе, не забыв добавить напоследок, что у его избранницы есть целых два дня, чтобы принять правильное решение. Судя по тону, он даже не сомневался, каким оно будет.
Дея обескураженно уставилась на то место, где он только что был.
Иллюзия! Вот что это такое! Наарх пришел не собственной персоной, он отправил своего фантома, и надо сказать настолько качественного, что она даже не догадалась об этом!
— Миледи, — робко протянула Катарина, привлекая ее внимание, — так это правда, что их раини дольше живут?
В глазах служанки горел нескрываемый интерес.
— Сама хотела бы знать…
Вскоре подали завтрак. Или это был обед, если верить солнцу, что стояло в зените.
— Как давно мы здесь? — спросила Дея, равнодушно ковыряясь в тарелке.
Аппетита не было.
Она прикинула события: из дома они сбежали ночью, на рассвете встретились с Рейвеном у реки. Когда очнулась в Леронте, был уже день. А потом все закрутилось, завертелось так быстро, что она потеряла счет времени.
— Вы проспали семнадцать часов, миледи, — Катарина как раз пыталась уговорить Ноэля вареные овощи, которые мальчик на дух не переносил. — Милорд Йеванн не велел вас будить.
— Семнадцать часов…
Видимо, выброс силы был очень большим. Она до сих пор чувствует слабость. И есть не хочется несмотря на то, что ела последний раз еще до бегства с Нионой.
Дея отложила вилку и подняла рассеянный взгляд на служанку.
— Мне нужно выйти на воздух. Я здесь задыхаюсь.
— Милорд Йеванн сказал, что вы можете гулять по галерее, если хотите, — Катарина указала на окна, за которыми виднелись резные столбики балюстрады.
— Замечательно. Значит, моя тюрьма чуть больше, чем мне казалось.
— Мамочка, я с тобой! — тут же сориентировался Ноэль и решительно отодвинул тарелку.
— Сначала нужно доесть.
— А ты почему не доела?
В голосе сына раздался упрек.
Дея опустила взгляд на свою тарелку. Пища стояла почти не тронутой. Запах еды раздражал.
Она представила, каковы на вкус эти кусочки мяса в сливочном соусе, жареные перепелиные яйца, грибной паштет… И ее замутило.
— Ты прав, — пробормотала она, тоже отодвигая тарелку. — Может, прогулка на свежем воздухе подстегнет аппетит.
* * *
Расчет оправдался. Стоило распахнуть стеклянные двери и впустить в комнату ветерок, наполненный запахом моря, как тошнота отпустила.
— Элерейское море, — пробормотала Дея, не веря своим глазам.
Йеванн не лгал, когда сказал, что они на границе с Бьенгордскими фьордам. Двухэтажный охотничий домик приютился на одиноком утесе, одной стороной прижимаясь к каменному боку скалы, а тремя другими нависая над бескрайним морским пространством. Сюда невозможно было забраться пешком, только на крыльях. Невозможно проникнуть, используя магию. А потому это место считалось одним из самых безопасных в мире. Не даром же его облюбовали послы Альдарика.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Галерея оказалась довольно большой. Она опоясывала дом на уровне второго этажа, и, как вскоре поняла Дея, представляла собой полукруг, обоими концами упирающийся в скалу. Водная гладь отсюда просматривалась до самого горизонта. А еще здесь можно было стоять, подставив лицо свежему ветру, вдыхать горьковато-соленый аромат моря, слушать тихий рокот волн у подножья скалы и наслаждаться минутным затишьем.
