В трубке его встретила тишина. Йоши не осмеливался заговорить, поэтому Том начал первым:
— Я дома. Смена закончилась.
— Ох… Так значит, ты у Хиндемана? — радостно воскликнул Йоши. — Всё прошло успешно?
— Успешно?! С какой целью ты меня туда, блядь, посылал?! Меня могли рассекретить! Да долбаные импланты уже выставили меня не в том свете!
— Успокойся, у Хиндемана тоже были импланты. Мы всё продумали.
— Продумали?! Да ты меня послал прямо в пасть «DomeLink»!
— Но всё же закончилось хорошо, не так ли? Ты нашёл серверную?
— Серверную?! Катись в пизду со своей серверной! Я больше не буду для тебя ни хрена делать!
Ненадолго в трубке повисла тишина.
— Вот что… — сказал Йоши. — Успокойся. Ложись, отдохни, проспись. А завтра я к тебе заеду и мы поговорим. Да, дом Хиндемана тебе покидать пока что нельзя. Небезопасно это.
— Что это, мать твою, значит? — выдохнув, проронил Том. — Я теперь на постоянной работе у «DomeLink»?
— Хе-хе, ну, завтра — так точно.
Глава 27. CAC
Распластавшись на коленях, Мэри выдохнула и вогнала посадочный конус в перекопанный грунт. Среди грудок земли вперемешку с ещё неувядшей травой виднелись бежевые и коричневые камешки. Иногда они вставали на пути конуса, и слышался неприятный уху скрежет металла о камень. Наверное, Мэри выбрала не лучшее место для посадки.
Рядом с ней стояло широкое ведёрко, из которого торчали тёмно-зелёные стебли с упругими листьями. Концы стеблей украшали широкие фиолетовые лепестки с белым основанием. Названия этих цветов Мэри не знала, но они были прекрасны и благодаря ей они будут жить и расти. Эти мысли делали теплее на душе, и в такой момент она думала о своём ребёнке. Перспектива материнства уже не пугала её так, как раньше. Мэри много думала над этим и со временем начала понимать: какими бы неприятными ни были обстоятельства её беременности, она будет любить и защищать его… или её. Но мысли омрачал тот факт, что он родится в этом ужасном месте, в этой чёртовой лаборатории. Что будут делать с ним люди в белых халатах? Что, если они намерены ставить над ним чудовищные эксперименты? Вдруг ребёнок попадёт в лапы доктора Стивенсона, и что тогда?
Мэри взяла одно из растений и с бережностью перенесла его в только что выбитую лунку. Налила из лейки воды и присыпала цветок землёй.
Нет, нельзя допустить, чтобы он родился здесь. Он не заслуживает такого наказания, ведь он единственный невиновный человек в этом мире. Он и вовсе должен получить всё, чего не получила Мэри!
Она придавила землю вокруг цветка — точно так, как ей показывал на прошлой неделе ботаник по фамилии Дюваль — и откинулась назад, прикрыв ладонью рот. Из глаз потекли слёзы, и это был первый раз за последние несколько лет, когда она плакала не по своей судьбе.
Ей нужно бежать. Бежать, куда угодно. Хоть бы и в Старый Мир, лишь бы там не было этих докторов, что с нетерпением ждут его рождения. Она понимала, что ребёнок им нужен даже больше, чем она. В последнее время её почти перестали обследовать. Кроме доктора Анны и доктора Стивенсона никого, считай, и не было. Одни лишь психологические тесты и записи активности мозга. Крайне редко у неё брали анализы и проводили осмотр, а ведь раньше от докторов не было отбоя.
Мэри окинула взглядом облагороженный сад и не смогла сдержать грустную улыбку. Теперь он выглядел совсем по-другому. Одичавшая трава на поляне была коротко подстрижена. В зеркальной глади озера отбивался потолок помещения и яркий свет ламп, а среди поредевших джунглей была прорезана и вытоптана тропа к выходу. К сожалению, благоустройством занимался мистер Дюваль — Мэри всё же не позволили брать в руки колюще-режущие садовые инструменты. Но теперь и ей разрешили внести свой вклад в красоту этого места. Инструменты, что ей дали, вряд ли можно использовать как орудия убийства. Разве что настучать конусом кому-то по голове. Но для этого сгодится и камень, и даже миска, в которой ей приносят суп. Людей из организации «Cardinal» подобным не победить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Она утёрла слёзы и вновь взялась за конус. Вогнала его в землю рядом с посаженным цветком, но он упёрся во что-то твёрдое. Девушка попробовала прокрутить конус, но он не поддавался. Из-под земли звучал неприятный глухой скрежет. «Наверно, крупный камень», — подумала Мэри, вытащила и откинула конус в сторону.
Она принялась раскапывать ямку руками и вскоре наткнулась на то, что заставило её вздохнуть и отпрянуть в сторону. Под толщей чёрного грунта скрывались останки! Вначале Мэри приняла их за камень, но, когда в желтовато-сером камне показались отверстия для глаз, сомнений быть не могло.
Девушка вернулась к ямке и с робостью продолжила расчищать землю. Нет, к счастью, там лежал не человеческий череп. Он был продолговатым и походил на голову какого-то жуткого зверя. Когда Мэри отбросила в сторону ещё больше земли, показалась челюсть с двумя клыками и россыпью острых зубов. Но откуда здесь это?
На мгновение Мэри замерла. Стоя на коленях, округлив глаза, она разглядывала череп и зубы страшного животного. Затем она подскочила и отыскала валяющуюся неподалёку в траве маленькую лопатку. Вернувшись, она вновь упала на колени и принялась копать. Мэри вонзала лопатку в землю снова и снова. Грунт летел во все стороны; слышались тяжёлые вздохи девушки. На её лице отразилось безумное выражение, и она не останавливалась ни на секунду. Она копала до тех самых пор, пока не показался отломанный позвоночник существа. Рядом с ним блеснуло нечто металлическое, и Мэри, отбросив лопатку, взяла это в облепленные грязью перчатки.
Большим пальцем она соскребла с металла землю и увидела, что эта штука была круглым стальным медальоном. На нём тут и там проступали небольшие точки и пятнышки ржавчины, но это совсем не мешало прочитать надпись «Джесси».
«Это… собака?» — Мэри перевела взгляд на череп и решила, что останки действительно могли принадлежать этому зверю. Ей приходилось видеть собак, но только в доумнете. Многие богачи держат их как домашних животных, но для обычных людей — это невиданная роскошь. «Но откуда здесь взялся скелет собаки?».
Мэри услышала, как вдалеке зашипела дверь, и поспешила закопать кости. Вдруг её накажут за эту находку? Не дай бог ещё лишат возможности посещать это место. Медальон она тут же сунула под ближайший валун. Каждый раз, когда Мэри покидает сад, охранник обыскивает её на предмет посторонних вещей в карманах — уж лучше не держать эту штуку при себе.
— Добрый день, Мэри, — послышался из-за спины мужской голос.
Мэри обернулась и увидела мистера Дюваля. Он был высоким стройным мужчиной, виски которого припорошила первая седина. При этом нельзя было назвать его таким уж старым. На вид ботанику было около сорока лет.
— Здравствуйте, — стараясь не показывать обеспокоенности, проговорила Мэри.
Ботаник покосился на единственный цветок, бутон которого склонился над перекопанной землёй.
— Как успехи? — с каким-то огорчением в голосе спросил он.
— Я… эмм… только начала. Ещё ничего толком не успела сделать.
— У вас всё получается?
— Да, я делаю всё так, как вы и показали.
— Что ж, — хмыкнув, сказал мистер Дюваль. — Я зашёл проверить, не требуется ли моя помощь. Раз уж у вас всё хорошо, то я, пожалуй, пойду.
Он развернулся и уже хотел было последовать к выходу, но Мэри его окликнула:
— Мистер Дюваль!
— Гм… да? — Его лицо оставалось безмятежным.
— Я… хотела у вас спросить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он выжидающе смотрел на неё, но Мэри не сразу нашла в себе смелость начать разговор. Несколько секунд она металась взглядом, пока наконец не сказала:
— А сколько вы здесь работаете?
Ботаник переменился в лице и нахмурил брови.
— Не думаю, что я имею право разглашать подобную информацию.
— Мне просто интересно, откуда взялось всё это. — Она объяла руками пространство. — Вырастить такое в помещении. Это же просто поразительно!
