Читаем без скачивания Слепой. Защитнику свободной России - Андрей Воронин

Он поставил «БМВ» на поляне под деревьями. Дальше предстояло идти пешком. Глеб вылез из машины, нажал на кнопку на ключе, заблокировав дверцы, и стал углубляться в лес. Уникальное зрение позволяло ему быстро перемещаться в темноте.

Быстрым шагом он пошел в сторону лощины Сатаны. Довольно густой лес, словно зонт, спасал Сиверова от дождя. Было тихо, только размеренный шум дождя повисал где-то вверху, на кронах деревьев. Не прошло и получаса, как Глеб добрался до склона, за которым начиналась лощина и, если верить местным жителям, владения медведя-монстра. Однако, прежде чем спуститься в лощину, он решил понаблюдать некоторое время за местностью, благо зрение предоставляло ему такую возможность. Он снова увидел перед собой низину, поросшую редкими деревьями и кустарниками. Вроде бы обычная лощина. Но все-таки Глеб не мог игнорировать факт нескольких загадочных смертей, в том числе и недавнюю гибель лесника Павла Корягина. «Нужно быть предельно осмотрительным, впрочем, как и всегда», – мысленно настроил себя Сиверов перед тем, как спуститься в лощину.

Тем временем дождь стал заметно ослабевать. «Вперед!» – скомандовал себе Глеб и стал спускаться. Вспомнив про мобильный, он достал его и отключил. «Оксана может начать звонить, а это мне сейчас ни к чему. Женщины умеют себя накручивать», – подумал Сиверов и положил телефон в карман.

В лощине Глеб снова остановился и прислушался. «Ничего подозрительного. Попробую прогуляться по владениям монстра», – решил он. Сиверов медленно пошел вперед, иногда останавливаясь и внимательно смотря по сторонам. Он вслушивался в каждый шорох. Все было тихо и спокойно, ничего подозрительного. Но вот, пройдя метров пятьсот, Глеб начал чувствовать усиливающееся с каждым шагом головокружение. С ним никогда такого раньше не происходило, поэтому Сиверов удивился. «Что за хрень такая? Голова кружится без причин, – недоумевал он. – Может, это результат физических и психологических нагрузок, которые я недавно испытал «за речкой». Да еще и ранение? Скорее всего, так и есть. Хоть я и стал набирать вес, но полностью, конечно, пока не восстановился», – заключил Глеб.

Однако головокружение все усиливалось. Сиверову казалось, что земля вибрирует, словно во время землетрясения, бросая его то в одну, то в другую сторону. Он поскользнулся и упал на землю, больно ударившись о камень левым локтем. «Ничего не понимаю», – недоумевал Глеб. Но, собрав волю в кулак, он заставил себя подняться и, несмотря на головокружение, продолжить путь. Странно, но к головокружению прибавилась неимоверная тяжесть в груди.

Каждый вдох давался с огромным трудом. Глеб хорошо владел различными дыхательными техниками как из боевых искусств, так и из йоги. Он стал применять свои навыки и умения, в частности делая дыхание более редким, но глубоким. В итоге ему стало немного лучше, и все же сильное головокружение не проходило. Его по-прежнему бросало из стороны в сторону, словно он находился на палубе корабля, попавшего в сильный шторм. Только многолетняя привычка в любой ситуации сохранять выдержку и спокойствие заставляла Сиверова идти вперед. И вдруг он стал чувствовать, как в груди зарождается какой-то смутный, необъяснимый страх. Причем это противное чувство усиливалось, сковывая мышцы всего тела.

«Мне совсем нечего бояться. Нет никакой угрозы. Никто не нападает, не гонится за мной. Все спокойно. К тому же у меня есть оружие», – подбадривал себя Глеб. Однако страх иррационален и часто действует помимо воли человека. Сиверов остановился, опершись рукой о сосну. Несмотря ни на что, он намеревался обойти всю лощину Сатаны. «Сейчас отдохну, успокоюсь и продолжу путь. Все будет нормально», – разговаривал он сам с собой.

Но сильный приступ головокружения заставил Глеба опуститься на землю и сесть, прижавшись спиной к дереву. «В голове какой-то туман, трудно сосредоточиться, – отметил Сиверов. – Может, я заболеваю?»

Посидев некоторое время прижавшись к сосне, Глеб неимоверным усилием заставил себя подняться. Голова начала кружиться так сильно, что он не знал, в какую сторону нужно идти. Сиверов снова оперся руками о спасительное дерево. «Пожалуй, нужно прекратить эту затею и вернуться обратно к машине. В таком состоянии я вряд ли смогу обойти эту чертову лощину», – здраво рассудил Глеб. И тут резкий приступ безотчетного, сильнейшего страха невидимыми цепями сковал грудь так, что Сиверову захотелось развернуться и броситься прочь из этого гиблого, ненавистного места. Только нечеловеческая сила воли, отшлифованная на многих опасных боевых выходах в Афганистане, заставила его остаться стоять на месте, судорожно хватая ртом воздух.

«Ничего не понимаю… Что со мной творится? Но иногда лучше вовремя и правильно отступить, чем идти напролом. Кажется, сейчас именно тот самый случай. Спокойно, я разворачиваюсь и ухожу. Буду идти от дерева к дереву и отдыхать. Так и выберусь отсюда», – выработал стратегию отхода Глеб.

Развернувшись, он, шатаясь, пошел к дереву, находящемуся от него примерно в двадцати метрах. Он шел так долго, что эти двадцать метров показались ему двадцатью километрами. Однако Сиверов добрался до дерева и судорожно вцепился пальцами в кору с такой силой, будто от этого зависела его жизнь.

Едва Глеб остановился, как новая, еще более сильная волна леденящего душу страха окатила его с ног до головы, чуть не бросив на землю. И только благодаря дереву, которое Сиверов обхватил двумя руками, он не упал. Ему было так страшно, словно он висел над пропастью, зацепившись пальцами за край скалы.

Глеб подавил в себе непреодолимое желание закричать от страха. «Боже, так же можно лишиться рассудка! Не поддавайся страху, контролируй себя, иначе страх убьет, – цепляясь за дерево, повторял себе он. – Впереди еще сосна. Сосредоточься на ней и просто считай от одного до десяти и обратно. Это поможет отвлечься – цель и счет», – настроил себя Сиверов и, шатаясь, падая несколько раз и поднимаясь, пошел к очередному дереву.

Последние метры перед сосной он полз в грязи. Хватаясь пальцами за кору, он встал на колено, а затем выпрямился. И в этот момент Сиверов услышал позади себя громоподобное звериное рычание, идущее словно из преисподней. У Глеба потемнело в глазах, и он едва не потерял сознание. «Пистолет… Нужно срочно достать пистолет и стрелять, стрелять… Только это может спасти твою жизнь», – подсказывал ему перегруженный мозг.

Сиверов развернулся и вытащил из кобуры пистолет. На короткий промежуток времени это его несколько успокоило. Ведь он вооружен и прекрасно стреляет, а у зверя, кем бы он ни был, не будет ни малейшего шанса. «Давай подходи! Ну где же ты?! Я жду тебя! Чего ты медлишь?!» – пересохшими губами шептал Сиверов.

Он вновь услышал ужасный рык, от которого, казалось, сжалось сердце. Удушающая волна страха снова со всей пугающей мощью навалилась на Сиверова. Он выстрелил в сторону, откуда раздавалось рычание.

Выстрел пистолета немного привел Глеба в чувства. «Я вооружен! Ко мне он не подойдет, а если попробует, то это будет его роковая ошибка», – успокаивал Сиверов себя. На всякий случай он выстрелил еще раз. «Если это зверь, то он должен испугаться выстрелов и уйти», – подумал Глеб.

Несколько минут было тихо, а затем Сиверов опять услышал мощный рык, причем где-то совсем близко. Глеб инстинктивно выстрелил снова. «Почему зверь не уходит? Может, это и не зверь вовсе, а что-то другое?» – слабеющее сознание Сиверова рисовало огромного медведя-монстра с горящими, словно угли, глазами.

Наступила тишина, такая, что где-то в вышине были слышны крики ночной птицы. Сердце Глеба учащенно забилось. Вдруг из темноты показался огромный медведь на задних лапах. В высоту он был не менее восьми – десяти метров. Глаза зверя были кровавыми и светились в темноте. Медведь зарычал и оскалился, обнажив огромные клыки, похожие скорее на клыки льва. Зверь шел на Сиверова. Глеб, чувствуя, что теряет сознание, успел два раза нажать на курок.

Когда Сиверов очнулся, рядом никого не было. Он лежал возле дерева, сжимая в правой руке пистолет. «А где же медведь? – глядя по сторонам, подумал он. – Может, я его напугал или ранил, и он ушел?» Сиверов пополз, стараясь выбраться из лощины. Голова кружилась, но ползти он мог, а значит, у него были шансы вернуться к машине.

Вдруг Глеб в который раз позади себя услышал мощный звериный рык, но, оглянувшись, никого не заметил. «Неужели зверюга преследует меня?» – подумал он, затем спрятался за кустарник и стал наблюдать. Но вокруг никого не было.

Он пытался подняться, но при каждой попытке падал. В конце концов Сиверову удалось встать на ноги, и он пошел, однако примерно через десять метров, почувствовав сильную слабость и головокружение, снова упал. Несколько раз Глеб терял сознание, но упорно продолжал ползти. Временами ему казалось, что зверюга преследует его, но, оглядываясь назад, он никого не видел.