Читаем без скачивания Слепой. Защитнику свободной России - Андрей Воронин

Сиверов ходил по лощине в общей сложности не менее трех часов. Он так и не обнаружил никаких следов ночного происшествия, но зато опять увидел таинственного наблюдателя, который, как подметил Глеб, все это время следил за ним.

В конце концов Глеб устал бродить по лощине и выбрался из нее. Он вернулся в Суздаль уже вечером, в начале восьмого. По дороге Сиверов купил бутылку шампанского и поехал к Оксане.

Глеб припарковался во дворике, неподалеку от дома, в котором жила Лаврентьева. Внимательно осмотревшись и не обнаружив ничего подозрительного, он вышел из «БМВ», прихватил пакет с шампанским и направился к нужному подъезду.

Сиверов позвонил в дверь. Послышались легкие, быстрые шаги Оксаны.

– Проходи, Федор, я так рада тебя видеть, что ты даже не можешь себе представить, – появившись на пороге, искренне сказала женщина.

– Чтобы хоть как-то компенсировать твое волнение, я купил шампанское, твое любимое, – сказал Глеб, вошел в прихожую и отдал хозяйке пакет.

Они прошли в комнату и сели за стол.

– Мне кажется, что я постарела за эту ночь на сто лет, – Оксана придвинулась поближе к Сиверову.

– Хочу тебя успокоить, ты выглядишь неотразимо, как всегда.

– Спасибо за комплимент. А ты, по правде сказать, выглядишь усталым.

– Что и неудивительно, ведь я почти всю ночь не спал. Занятно было побродить по лощине Сатаны в темноте.

– Неужели тебе не было страшно там одному, ночью, в дождь?

– Я уже говорил тебе по мобильнику, что ничего опасного там не заметил, разве что слышал крик ночной птицы, – снова соврал Глеб.

– А я металась по квартире всю ночь, не могла найти себе места. Выпила все успокоительные капли, что были в доме.

Сиверов обнял Оксану и прижал к себе, нежно поцеловав в губы.

– Зря ты так переживала. Вы, женщины, – эмоциональный народ.

– Да, как же мне было не переживать? Моя сестра рассказывала про лощину такие страсти, что любые фильмы ужасов по сравнению с ними покажутся комедией. К тому же за последнее время там нашли мертвыми несколько человек. И как мне, зная все это, можно было оставаться спокойной?

– Я тебя понимаю. Но еще раз повторяю: ничего подозрительного в лощине я не видел и даже был разочарован, бродил там, как ежик в тумане. Только время зря потерял, – пошутил Глеб, стараясь хоть как-то разрядить обстановку.

– Ты на самом деле никого не видел?.. Ну, ты понимаешь, о ком я говорю, – слегка отстранившись и глядя Сиверову в глаза, спросила Лаврентьева.

– Я тебе уже несколько раз сказал, что ничего и никого там не видел.

– Прости, Федор, но у меня такое чувство, что ты что-то скрываешь, недоговариваешь.

– Знаешь, Оксана, наверное, ты действительно сильно перенервничала. Тебе просто так кажется. Ничего я от тебя не скрываю.

– Когда я подходила к окну и всматривалась в темноту, я видела твое истерзанное тело, – женщина заплакала, прижавшись к плечу Глеба. – Ты небезразличен мне, Федор.

Сиверов погладил Оксану по ее густым черным волосам и еще сильнее прижал ее к себе.

– Извини, я не думал, что причиню тебе столько страданий. Сам я спокойно смотрю на это как на неотъемлемую часть журналистской работы. Я всегда куда-то собираюсь, еду, нахожу материалы для статей… Понимаешь?

– Конечно. Это твоя работа. Извини меня за слезы, но я боялась тебя потерять.

– Успокойся, Оксана, я же рядом с тобой. Волноваться нет причин. Давай лучше выпьем шампанского и поговорим о чем-нибудь хорошем, – предложил Глеб.

– Да, я совсем забыла. У меня же на плите тушатся котлеты. Я сейчас.

Женщина встала и вышла из комнаты. «Если мне потребуется еще ехать в лощину, она не должна об этом знать. Просто жалко смотреть в ее наполненные слезами глаза», – подумал Сиверов.

Оксана возвратилась через несколько минут с подносом в руках, на котором стояли различные блюда. Она поставила еду на стол.

– Все, о плохом забыли, – улыбнулась женщина. – Давай открывай шампанское.

– Вот такое настроение мне нравится намного больше, – произнес Сиверов.

Глава 14

Уже стемнело, когда на окраине Суздаля остановился шикарный «пежо» черного цвета. Из машины вылезли два крепких парня в темных костюмах. Они прошли на обочину и остановились, посматривая по сторонам.

– Что-то он опаздывает, – сказал один из них, – такого раньше не случалось.

– Да уже прошло пять минут, как он должен был подъехать, – взглянув на часы, произнес второй и добавил: – Шеф не любит ждать.

Примерно минут через десять неподалеку от «пежо» остановился синий «фольксваген», из которого вышел мужчина, облаченный в летний армейский камуфляж. Наброшенный капюшон закрывал его лицо. Один из парней, дежуривших возле «пежо», шагнул навстречу приехавшему и сказал:

– Здравствуйте.

– Добрый вечер, – подходя, отозвался мужчина в камуфляже.

– Остановитесь, я должен вас обыскать. Такой у нас порядок, – пояснил телохранитель.

– Надо, значит, надо.

Мужчина в камуфляже остановился, охранник тщательно обыскал его.

– Все чисто, проходите, – произнес он.

Второй телохранитель открыл дверцу «пежо», и мужчина сел в салон на заднее сиденье. Он увидел сидящего перед ним худощавого, спортивного телосложения человека, одетого в светлый костюм без галстука. Темнота скрадывала часть его лица. Видны были только тонкие губы и острый подбородок. Не поворачивая головы, хозяин машины сказал:

– Что-то ты сегодня опоздал на целых пятнадцать минут. Ты же знаешь, как я этого не люблю. Недаром в моих жилах течет немецкая кровь. Пунктуальность и порядочность – мой жизненный девиз.

– Извини, шеф, пробило колесо, пришлось останавливаться. Такое не запланируешь, – оправдываясь, пояснил опоздавший.

– Да, к сожалению, в этой жизни все не запланируешь. Но впредь не опаздывай, это выводит меня из себя.

– Понял, приму к сведению.

– Вот и отлично, – примирительным тоном сказал хозяин «пежо». После короткой паузы он спросил: – Что там у тебя? Ты никогда раньше не просил о встрече. Должна быть веская причина, чтобы я, отложив все дела, приехал сюда. Надеюсь, ты меня не разочаруешь.

– Дело действительно важное. Тут к нам пожаловал один журналист из Москвы.

– Ну и что? – перебил собеседник. – Тут их в последнее время – как собак нерезаных. И чем же напугал тебя столичный писака?

– Он какой-то не простой журналист.

– В смысле?

Мужчина пожал плечами:

– Настырный. Но не это главное. У меня сложилось впечатление, что он профессионал. Ведет себя, словно опытный криминалист. Я не исключаю даже, что он и не журналист вовсе.

– А кто же он, по-твоему? – напрямую спросил шеф.

– Не знаю. Может, он только выдает себя за журналиста, а на самом деле мент, к примеру, или еще кто…

– И что же такого он натворил?

– Лазит по лощине днем и ночью, все чего-то высматривает, вынюхивает.

– Возможно, он на самом деле журналист, – чуть повернув голову, произнес хозяин «пежо».

– Кто его знает? Только не нравится он мне.

– А вообще, откуда ты знаешь, что он журналист?

– Город у нас небольшой. Узнать нетрудно. Он опрашивает очевидцев событий, был у местного психотерапевта Товарова, который лечит тех, кто видел медведя…

– Понятно, – задумчиво произнес шеф.

– Я наблюдал за этим типом в лощине. Он может помешать делу. Мой вывод однозначен. Поэтому прошу, чтобы ваши люди убрали его.

– Даже так! Если ты обращаешься с такой просьбой, значит, видимо, дела на самом деле хреновые.

– Вот его фотографии, – мужчина в камуфляже извлек из кармана куртки пачку снимков и протянул их шефу. – Он остановился в гостинице «Сокол».

– Это на Торговой площади?

– Да, на ней. Там я и фотографировал его.

– А как зовут этого незваного гостя?

– Молчанов Федор Анатольевич. По крайней мере, под таким именем он зарегистрирован в гостинице.

– Ты, я вижу, неплохо поработал, собрал целое досье.

– Еще раз хочу повторить: ситуация серьезная. Его однозначно надо ликвидировать, – категорично заявил мужчина в камуфляже.

– Хорошо, мои люди сделают это. Не будем особо торопиться, подберем время, место и спокойно все сделаем.

– Согласен, спешить не надо. Но и затягивать не следует. Ведь мы не знаем, на кого он работает.

– На кого бы он ни работал, можешь считать, что он – покойник.

– Отлично, – одобрительно кивнул мужик из лощины.

– Держи, – шеф протянул пачку банкнот, – здесь пятнадцать тысяч долларов. Это за труды твои праведные.

– Благодарю, – взяв деньги и сунув их в карман куртки, произнес мужчина в камуфляже.

– Работай. В конце месяца мои люди передадут тебе столько же. А может, и больше.

– Я делаю все, как и договаривались.

– Хорошо.

– А теперь, – начал мужик из лощины, – я хотел бы рассказать еще кое-что…

Глава 15

Было очень душно. Пообедав в ресторане гостиницы, Глеб поднялся в номер, ополоснул лицо и шею холодной водой и принялся медленно ходить по комнате взад-вперед. Он еще раз тщательно воспроизвел мельчайшие детали позапрошлой ночи, когда едва выжил в лощине Сатаны. Затем вспомнил свою поездку туда на следующий день. «Странно, я видел медведя-монстра, но не обнаружил его следов. Такого в принципе не может быть, – остановившись возле окна, подумал Сиверов. – И потом, я отчетливо помню, что стрелял в него два раза почти в упор, в огромного зверя. Я точно в него попал! Но тогда возникает вопрос: а где же следы крови? Их я в лощине не обнаружил. Все это смахивает на какую-то мистику, чертовщину. Не летает же этот зверюга по воздуху? Всему этому должно быть логическое, рациональное объяснение».