помнишь, что обещала ответить мне «нет», что бы я ни предложил? Я помню!
Катерина тоже помнила. Но тогда-то она думала, что вернувшийся к бывшей супруге Максим хочет осчастливить ее, предложив роль любовницы.
– Нет, – прошептала она. – Даже не уговаривай. Выйду!
– Я так и знал! – с деланой досадой проговорил Максим, а в следующий момент уже наклонился, и впился в ее губы своими. Катерине казалось, что она вся превратилась в огромный кусок счастья. Она уже и не мечтала, что будет когда-то вот так стоять с ним в своей прихожей и неистово целоваться.
– Я ведь почему отказать хотела… – сказала она, как только они смогли оторваться друг от друга. – Я ведь думала, что ты собираешься… – так, тут, кажется, в двух словах не получится. – Мне надо столько тебе рассказать. Тут такая путаница получилась…
Нельзя было допускать, чтобы Максим думал о ней плохо. Он должен был узнать эту дурацкую историю, чтобы, наконец, окончательно понять, что ей ну нужны ни его должности, ни положения.
– Я все знаю, – он и правда засмеялся, да еще так заразительно, что она не смогла не улыбнуться ему в ответ. – Суженая ты моя.
Все понятно. Значит, вездесущая Вольдемара уже добралась и до него. Интересно, ему удалось отвертеться от ее фирменного гадания на картах?
Но спросить об этом она не успела. Максим шагнул в направлении комнаты, но тут же чуть не упал, споткнувшись о чемодан. Пару секунд он с удивлением смотрел на него, словно не мог понять, как этот предмет оказался на его пути.
– Что это? – спросил он. – В отпуск собралась? Правильно, отдыхать нужно. И куда же?
– Нет, не отдыхать, а работать, – голос Катерины дрогнул. – В Германию.
Конечно, то, что она собралась работать на Виктора, Максиму не понравится. Но скрывать что-то от него она больше не будет. Из-за своих секретов она уже однажды чуть его не потеряла.
– Ого! – удивился он. – А я-то надеялся тебя соблазнить красотами Сибири. Ну-ка, что там за предложение, может мое еще сможет конкурировать?
Катерина вздохнула и выложила все. И про перспективы, и про зарплату, и про того, кто все это предложил. Лицо Максима мрачнело с каждым словом.
– Не могу поверить, что ты согласилась на все это после всего того, что он сделал, – выразил он словами то, что и без этого было написано на его лице.
Да уж, если так пойдет, то она его опять потеряет. Но это же несправедливо!
– Значит, вот что, – уверенно произнесла Катерина и для убедительности уперла руки в бока. – Виктор – последний человек в этом мире, с которым мне хотелось бы работать. Но так уж получилось, что мне пришлось уволиться с прежнего места. А все из-за того, что закрутила роман с боссом, который неожиданно уехал, оставив свою бывшую на растерзание толпы. И вот незадача, единственный, кто предложил мне новое место, это тот самый подлый Виктор. Что мне было делать? Тешить гордость и умирать с голоду?
– Ну, умирать, конечно, не надо, – виновато улыбнулся Максим. – А вот распаковать чемоданы стоит.
Он выглядел таким растерянным, что она не вытерпела и обняла его. А могла бы ведь еще подуться для приличия. Но разве это возможно, если так хочется прижаться к любимому всем телом и обнять его крепко-крепко?
Она чувствовала его руки у себя на талии. Он сжимал ее так сильно, словно давал понять: никуда не отпустит. И никто в этом мире не заставит их больше расстаться. Ни Виктор, ни Юлька, ни Вольдемара. Теперь они есть друг у друга, и вместе им по плечу решить все.
Катерина не могла больше ждать. Вот не могла и все. И пусть Максим что угодно думает… Она протянула руки и быстро расстегнула верхнюю пуговицу рубашки, потом еще одну и еще. От нетерпения хотелось рвануть этот дурацкий ворот, чтобы посыпались эти дурацкие пуговицы. Она раздвинула ткань и с наслаждением лизнула ямочку между ключицами. М-м-м-м. Вкусный. Просто с ума сойти, какой он вкусный.
– Я с дороги… – хрипло сказал Максим, зарываясь носом ей в волосы. – Может…
Никаких таких «может» Катерина слушать не хотела. Эти «может» могут и подождать, а она нет! Она еще раз лизнула ямочку и поцеловала, прикусив зубами, отчего на коже остались красные точки. «Мой!» – подумала Катерина и от удовольствия засмеялась.
– Кусаться?! – угрожающе протянул Максим. – Ну, держись…
Он сгреб ее в охапку, так, что она придушенно пискнула и поцеловал. И этот поцелуй свел их обоих с ума, и они заспешили, словно этот поцелуй – последнее, что у них осталось, а потом все, конец света, потому что все равно уже потемнело в глазах. Они прижимались друг к другу, целовались и тискались в этом маленьком тесном коридорчике, стукаясь о стены, роняя что-то и спотыкаясь. Кажется, оборвали вешалку, и она с глухим стуком свалилась на пол, и плащи с куртками путалась под ногами. Но все это было где-то далеко и нереально. А реальными были ее губы у него на шее (далась ей эта ямочка…), ее руки, обхватившие его тело, его губы, целующие ее куда попало – в глаза, в нос, в щеки, в маленькие розовые уши…
Кое-как они вывалились в комнату, и даже двигались в спальню, оставляя за собой дорожку из скинутой впопыхах одежды. Но потом вдруг оказалось, что больше нельзя ждать, и никак нельзя терпеть, и надо сейчас, скорее, и ближе. И воздух кончился, и нечем дышать. И тьма кружилась, сжимаясь в узкий горячий тоннель, спекая двоих в одно целое, ибо только так правильно, а иначе не выжить. Мир лопнул, разлетевшись на тысячи ярких звезд.
– Кажется, у меня будет синяк… – лениво пробормотал Максим Катерина хихикнула и завозилась, щекотно дыша ему в подмышку. – Эта твоя вешалка…
– Синяки заразны, да… – важно сказала она и развернулась, с любопытством разглядывая его лицо. И тоном ведущего программы про здоровье добавила: – Передаются воздушно-капельным путем.
– Ну, не такой уж он был воздушно-капельный – преступно-хриплым голосом заявил Максим. – Надо как следует проверить. Только на этот раз на кровати…
Эпилог
