и место укрепления народа Божьего, что верно в двух смыслах – как место проявления любви и верности в браке в качестве зримого воплощения любви и верности Христа Своей Церкви, с одной стороны, и как рождение детей в качестве средства продолжения народа Божьего – с другой. В связи с этим Кодекс провозглашает обязанность мирян трудиться в семье во имя укрепления народа Божьего{Канон 226.}.
Другое право и обязанность мирян в связи с семейными отношениями состоит в том, чтобы обеспечить детям христианское воспитание и образование в соответствии с учением Церкви{Канон 226.}. Кодекс исходит из того, что именно родители являются первыми наставниками своих детей, и юридически закрепляет содержащийся в Gravissimum Educationis принцип, согласно которому именно родители вправе решить вопрос о форме и характере воспитания и образования своих детей при должном уважении к интересам общей пользы.
Гражданские права и свободы и мирян. Кодекс признает ситуацию, при которой права и обязанности верных Христу (в том числе мирян), провозглашенные собственно в Кодексе, существуют не в правовом вакууме, но в среде, где существуют права и свободы, провозглашенные светским законодательством. В связи с этим, подытоживая многовековую и достаточно неоднозначную историю развития отношения Церкви к гражданским правам и свободам, Кодекс признает, что христиане-миряне обладают такими же правами и свободами, которые закреплены светским законодательством для всех граждан{Канон 227.}. Однако каноническое право настаивает на том, что использование христианами-мирянами этих прав и свобод должно происходить в духе Евангелия и с учётом положений, выработанных Церковью в ходе осуществления своей учительской миссии.
Теологическую основу данного канона составили положения Lumen Gentium{Lumen Gentium, 37.} о признании Церковью прав и свобод граждан и Gaudium et Spes{Gaudium et Spes, 43.} – о христианском характере осуществления мирских дел.
Право занимать церковные должности, осуществлять функции экспертов и советников. Естественно, что большинство церковных должностей могут занимать лица, облечённые духовным саном. Однако Кодекс признает право мирян занимать церковные должности, «которые они могут исполнять согласно предписаниям права»{Канон 228, § 1.}.
Провозгласив право мирян на занятие церковных должностей в столь общей форме, Кодекс практически оставил открытым вопрос о том, какие именно должности могут занимать миряне. Вопрос не возникает в отношении тех должностей, которые по своей природе (равно как и в силу прямых предписаний права) могут занимать священники. С точки зрения комментаторов, существует ряд должностей, которые не требуют духовного звания и более того – миряне могут оказаться более подготовленными к замещению таких должностей в силу их образования и т. п., примером таких должностей могут служить должности финансистов. Главный критерий, которым оперирует Кодекс для решения вопроса о пригодности мирян к замещению церковных должностей – квалификация кандидатов на церковные должности (наличие экономического, юридического или иного образования и т. п.).
Наряду с занятием постоянных должностей, Кодекс закрепляет право мирян на осуществление функций экспертов и советников теми мирянами, которые обладают необходимыми познаниями и отличаются благоразумием и честностью. Кодекс даже признает за такими мирянами право участвовать в церковных Соборах.
Право на изучение и преподавание священных наук. Кодекс предусматривает право мирян на базисное изучение теологии, на получение теологического образования, на углубленное изучение теологии с получением соответствующих ученых степеней и, наконец, право на преподавание священных дисциплин{Канон 229.}.
Право на изучение христианского вероучения не следует понимать как право на сугубо абстрактное изучение теологии как чисто теоретической дисциплины. Документы Второго Ватиканского Собора{Apostolicam actuositatem, 29.} понимают изучение теологии как часть формирования гармоничной личности, способной правильно оценить место теологии в системе человеческих отношений, а также способной воспринять практические проявления жизни в свете христианской веры. Согласно канону 229, изучение теологии мирянами имеет задачей возможность жить в соответствии с христианским вероучением, объяснять его, защищать при необходимости и быть в состоянии взять на себя осуществление апостолата.
Вместе с тем Кодекс далек от того, чтобы изучение теологии мыслилось как разработка единой универсальной «учебной программы», которую должны освоить миряне – напротив, Кодекс прямо указывает, что изучение теологии должно соответствовать способностям и особенностям каждого мирянина – как отмечают по этому поводу комментаторы Кодекса, «природные способности и таланты различны, поэтому от тех, кому больше дано, больше и ожидается»{Commentary… P.166.}.
Традиционно теологическое образование рассматривалось как часть подготовки к получению священного сана и как таковое было практически открыто только для лиц, посвятивших себя духовной профессии. В настоящее время каноническое право закрепляет иной взгляд на богословское образование. Оно по-прежнему продолжает оставаться неотъемлемой частью формирования священника, но при этом стало доступным и для мирян – церковные университеты и факультеты богословия в светских университетах, созданные Святым Престолом, в настоящее время открыты для получения соответствующих ученых степеней как священниками, так и мирянами.
Что же касается преподавания теологии, то оно традиционно рассматривалось как исключительная привилегия клириков. Современное каноническое право признает право на преподавание теологии и за квалифицированными мирянами. Однако данное право подвержено существенному ограничению: конкретный мирянин может получить полномочие на преподавание теологии только с разрешения полномочных церковных властей.
Осуществление литургических функций. Каноническое право{Канон 230.} закрепляет ряд способов, в которых миряне могут принимать участие в осуществлении литургических функций. Прежде всего, они могут быть на постоянной основе назначены чтецами или служителями; кроме того они могут временно привлекаться в качестве чтецов, певцов, комментаторов и т. п.{Привлечение мирян на постоянной основе к выполнению данных литургических функций не порождает права мирян на получение вознаграждения от Церкви.}. Более того, Кодекс допускает участие мирян в отправлении ряда функций клириков: таких, например, как проповедь, совершение крещения. В теологических документах Второго Ватиканского Собора{Lumen Gentium, 35, Apostolicam actuositatem, 24.} допуск мирян к совершению таинств возможен лишь в том случае, если эти таинства не могут быть совершены священником (в силу, например, физического отсутствия либо запрещения осуществлять соответствующие функции).
Кодекс допускает (и в этом отражает фактическое состояние дел) возможность привлечения мирян к осуществлению различных функций в Церкви на постоянно или временной основе на юридической основе трудовых отношений. В этом случае миряне получают право на соответствующую подготовку, которая будет способствовать выполнению ими своих функций должным образом, а также на вознаграждение и пенсионное обеспечение{Канон 231.}.
2.1.3. Обязанности и права клириков
Установив таким образом канонические права и обязанности всех верных Христу и мирян, Кодекс посвящает должное внимание обязанностям и правам особой категории верных Христу – клирикам.
Каноны, посвященные данному вопросу, открываются темой послушания. «На клириков возлагается особая обязанность: выказывать почтение и послушание Верховному Понтифику и своему ординарию»{Канон 273.}.
Дело не должно представляться таким образом, что миряне свободны от обязанности повиноваться лицам, облеченным церковной властью – выше специально указывалось, что такая обязанность мирян получила каноническое закрепление. Дело
