остановился возле очередной двери и открыл ее, пропуская нас вперед.
— Прошу.
Всю дорогу я внимательно следила за ним и Викой. Ее ладошка и пальчики были такими хрупкими и маленькими, и я опасалась, что Михаил может причинить ей боль.
— Вы вызовите мне врача? — задала еще раз этот же вопрос.
Михаил кивнул, и волна облегчения заполнила меня.
— Но сначала сделаем один ва-а-а-жный звоночек!
Он усадил нас на диван, а сам опустился на журнальный столик, стоящий напротив нас. В его руках быстро оказался черный мобильник, который он протянул мне.
— Без глупостей! — предупредил он, — Будешь говорить только то, что я тебе скажу, поняла?
— Да…
Я уже знала, кому он звонил. Ване. Все это «представление» с похищением было только ради него.
Длинные гудки длинною в мою жизнь.
— Чего тебе, сука? — и родной голос Вани остро резал мои нервы. — Эй?
— Ваня… — прошептала я, а на глаза навернулись слезы. — Ваня, ты слышишь меня?
Тишина. Мне уже начало казаться, что я ошиблась, что Михаил позвонил другому человеку… Но, наконец, он ответил.
— Полина?
— Ваня…
— Полина, ты в порядке? Вика с тобой? Вам не делали больно?
Михаил щелкнул пальцами, привлекая мое внимание. Он постучал по своим губам и стал тихо произносить слова, которые я начала послушно повторять.
— Ваня, он говорит не искать нас… Все равно не найдешь. Нас отпустят только тогда… Когда ты дашь добро на торговлю в твоем районе. Это единственное ус-условие… Пока с нами обращались хорошо. Но это не может продлиться долго… — говорила, словно робот. Михаилу это понравилось, и он кивнул. Вот тогда я и не выдержала.
— Ваня, Ванечка, забери нас! Забери! Мне страшно!
А потом Михаил вырвал у меня телефон.
— Вот мое условие, Костылев! Даю тебе три часа, чтобы дать мне положительный ответ, а иначе…
Договаривать это предложение не было смысла. Все и так было понятно. Если Ваня не даст свое чертово согласие, то нас уже ничто не спасет…
Михаил отключился и посмотрел на меня. Строго. Словно папочка, который разочаровался в своей ненаглядной дочурке.
— Ну, что ж… Ты меня немного огорчила… Но пока твой Ванечка, — на имени моего мужчины он усмехнулся, — ведет себя как послушный мальчик, я не стану наказывать тебя. Я заранее позаботился о тебе! Врач постоянно дежурил здесь. Сейчас тебе помогут.
Я категорически не понимала этого человека. Он не желал мне зла в открытую, предлагал помощь. Но все равно мне было мерзко, неприятно даже смотреть на него. И в то же время этот человек показал мне кое-что. Другую сторону Вани, которая меня пугала. Он явно был как-то связан с преступным миром, иначе бы нас не похищали. Да и про какую торговлю говорил Михаил? Наркотики? Оружие? Все вместе? И это меня пугало. Невероятно пугало. Я думала, что мой Ваня был обычным гражданином. Моя ошибка была в том, что я сразу все не поняла. Ни Ваня, ни Андрей не горели желанием рассказывать, кем работает старший Костылев. Вот именно тогда я должна была насторожиться… А меня в тот момент заботили совершенно другие вещи, к сожалению.
Прижала к себе бедную девочку… Сколько же она натерпелась!
Михаил вышел из комнаты. Надеюсь, что он пошел за врачом.
Так и оказалось. И, к счастью, это была женщина.
«Прием» длился примерно сорок минут, а после мне поставили капельницу. И все же обстановка не давала мне покоя… Не то, чтобы я специалист в похищениях, но разве похититель должен так себя вести? Обеспечивать врачебную помощь женщине врага, развлекать ребенка врага… Что с Михаилом было не так?! Он явно сумасшедший. Но у этой медали было две стороны: я была рада, что нам не причиняли боль, не издевались. Но наши похитители были непредсказуемы. Может, это затишье не будет длиться долго? И что тогда? Как я смогу защитить своих детей.
Сжала ладошку Вики, которая сидела рядом со мной. Я лежала на диване, ощущая, что боль постепенно отступает, а малышка пристроилась рядом.
— Боеись? — спросила девочка и погладила меня по животу. Сейчас она была моим лучиком, ярким, неугасающим лучиком, благодаря которому я не тонула в это мгле.
Улыбнулась и погладила малышку по пухлой щечке.
— Нет, маленькая, — потрепала ее, и девочка рассмеялась, — не болею. Просто чуть-чуть устала.
Вика внимательно на меня посмотрела, а потом перевела взгляд на иголку, пронзившую насквозь мою тонкую кожу.
— Больно?
Теперь мне пришлось наигранно смеяться, чтобы окончательно разрушить страх моей девочки.
— Не-е-ет, конечно, нет. Мне совсем не больно.
Несколько секунд Вика продолжала разглядывать мою руку, а потом выдохнула.
— Холосо…
Да, все хорошо. Будет хорошо. Обязательно. Скоро наш папа придет и заберет нас.
30
Размах и короткий удар по стене. Костылев-младший равнодушно сидел в кресле и рассматривал фото девушки на своем смартфоне, пока его старший брат колошматил стену. Лицо Андрея не выражало никаких эмоций, но внутри бушевала самая настоящая буря. Он сейчас прекрасно понимал Ваню, который находился далеко от женщины, укравшей его сердце.
Андрей повел пальцем по экрану и на миг закрыл глаза, представляя, как по его коже скользит шелк ее светлых волос, как тонкие губы раскрываются в стоне, пока он будет ласкать ее маленькое хрупкое тело. Но пока это всего лишь мечты… И осталось потерпеть всего несколько месяцев, и Андрей сможет воплотить их в реальность. Правда, он сомневался, что его Василисе понравится то, как начнутся их отношения. Но по-другому Андрей не мог. Ей придется смириться, иначе… Иначе может погибнуть. А он не позволит ей умереть. Он готов убивать за нее. За свою хрупкую девочку Васю. Он понимал, почему Игорь хочет отомстить… Он был сам готов придушить Царя, отца Василисы, но Васю никто не тронет. Никто. Кроме Андрея, разумеется.
А в душе Ивана происходила настоящая буря. Его разрывало изнутри только от одной мысли, что не смог защитить их. Его малышку, его маленькую дочку. Хотя он поклялся самому себе, что никому не позволит причинить ей боль. И вот ему сообщили, что десять минут назад Вику похитили. Вику и Полину, которая под сердцем носила его малыша. И как, сука, так могло получиться? К-а-ак?! Его люди не должны были глаз с них сводить! Убьет. Лично. Каждого. Кто не доглядел. Кто недосмотрел. Он доверил им самое ценное, что было в его жизни.
— Тихо, — проговорил Андрей, наконец-то, откладывая мобильник. — Найдем их. Сегодня же.
Ваня тоже это знал. Но пиздец как было страшно. Возможно, впервые за многие годы. Миша — больной ублюдок, который
