— Хорошо, — согласился Геркулес.
— Мы будем гостями епископа Левона Кочаряна. Это самый авторитетный человек во всей Армении.
— Вы меня переоцениваете, — проговорил священник, приближавшийся к группе по длинной ковровой дорожке. На нем не было епископальных уборов. Его облачения больше походили на одежду англиканских священников: черный костюм, черная рубашка и белые брыжи.
— Ваше высокопреосвященство, Левон Кочарян, рад новой встрече с вами, — сказал Артмут, обнимая епископа.
— Ты представишь мне своих друзей?
Артмут сделал то, о чем его просили. Епископ приветствовал по очереди всех своих гостей, но задержался, когда очередь дошла до Геркулеса.
— Вы собираетесь посетить Долину Убийц? — спросил он его, не отнимая руки.
— Да, — ответил Геркулес, которого ошеломило выражение лица священнослужителя.
— Там есть нечто большее, нежели холодная голая местность и небольшие рощицы. Вот уже в течение многих веков в стенах крепостей, построенных ассасинами, сосредотачивается все могущество зла. Предание гласит, что любой, кто войдет в долину, немедленно превратится в одного из них.
— Мы будем осторожны, — пообещал Геркулес, отпуская руку епископа.
— Существуют вещи, неподконтрольные человеческой воле. Подобно тому, как вы не можете скрыть выражение тревоги на своем лице.
Геркулес с удивлением посмотрел на него, но потом решил, что все это лишь какой-то трюк. Посыльный, предупредивший священнослужителя об их приходе, рассказал ему и о состоянии Джамили.
— Мы готовы противостоять чему угодно.
— Невозможно бороться со злом оружием людей. Уверяю вас. Вам предстоит научиться бороться против него с помощью пистолетов совсем иного свойства.
— Сожалею, святой отец, но я не верю ни в святую воду, ни в какие-либо иные причуды религиозного ханжества.
Епископ нахмурил лоб и посмотрел ему прямо в глаза. Потом суровое выражение сошло с его лица, и он положил ему руку на плечо.
— Извините меня, не пристало доброму хозяину вступать в дискуссии с только что прибывшими гостями, обремененными поклажей. Я попрошу своего слугу разместить вас, и сегодня же за ужином мы продолжим этот разговор.
Все разошлись по своим комнатам, а епископ подошел к главному алтарю. Там он начал громким голосом молиться и молился до тех пор, пока в его сознании не возник кошмарный образ, отчего священника бросило в жар.
61
Эривань, 24 января 1915 года
Пастырский дом епископа был скромен, но изящно декорирован. Геркулес раньше бывал во дворцах епископов в Испании. Пышность и роскошь этих дворцов резко контрастировали со старческой немощью своих хозяев. Левон Кочарян был молод, особенно если принять во внимание высокий пост, который он занимал. Кое-где, сквозь его рыжую, не очень густую и не очень длинную бороду еще угадывались юношеские черты. Когда он улыбался, его голубые глаза сужались и становились похожими на китайские, а когда ему не перечили, они открывались в дружелюбном одобрении.
Комнат для всех не хватало, поэтому Геркулес и Линкольн разместились вдвоем в самой большой комнате, а Никоса Казанцакиса и Роланда поселили в комнате поменьше, нашлась отдельная комната и для Алисы.
Приняв освежающую ванну, первую с тех пор, как путешественники покинули Афины, они направились в просторный зал, посреди которого стоял большой стол красного дерева с десятью стульями вокруг. Стол был уставлен различными кушаньями, от которых друзьям было трудно отвести глаза. Консервы, которыми они питались во время путешествия, стали настоящей пыткой.
Епископ Левон Кочарян сел во главе стола, Геркулес и Никос расположились по обе стороны от него, далее разместились Алиса, Линкольн и Роланд.
— Надеюсь, мой добрый друг Крисостомо Андрасс уже поведал вам историю нашего несчастного народа.
— Он рассказал нам о сегодняшнем положении дел и о притеснениях прошлого века, — ответил Геркулес.
— Мы не всегда были народом притесняемым, — сказал епископ, делая слугам знак подавать вино. — Было время, когда мы были нацией, которой наши соседи восторгались и которой боялись. Мы гордимся тем, что были первой нацией, которая приняла христианство в качестве государственной религии. Современная армянская церковь является прямой наследницей этой традиции. Наша епархия независима от католической и православной религии.
— Так вы не православные? — поинтересовался Линкольн.
— Не совсем. Наша церковь отделилась от Рима в 451 году, после того как отвергла решения Халкидонского Вселенского собора. Апостольская армянская церковь, будучи частью православной восточной общины, не является, однако, восточной православной церковью. Наши верования весьма различны. Нашим великим святым покровителем был святой Георгий Освещающий. Он подвергался преследованиям со стороны языческого короля Армении и был приговорен к смерти — его сбросили с обрыва холма Хор Вирап.
— Почему его прозвали Освещающий? — спросила Алиса.
— Он получил этот титул, потому что освещает дух армян, принося в эти места христианскую веру.
— Значит, армянский народ может идентифицироваться только через армянскую церковь? — задал риторический вопрос Никос. — Нечто подобное происходит и в Греции с Греческой православной церковью.
— В 406 году политическая ситуация в Армении казалась неясной. Однако король Армении Месроп Маштоц провел национальное обновление. Он создал единый алфавит, и благодаря его начинаниям в стране настал Золотой век. Однако Армению веками терзало язычество. В пятом веке империя Сасанидов при царе Йездигерде Втором попыталась завоевать Армению и навязать нам в качестве религии зороастризм. Это породило мятеж, который возглавил один из наших крупных военачальников Вартан Мамиконян. Йездигерд направил для подавления мятежа большое войско. Столкновение мятежников с войсками произошло под Аравайром. Шестьдесят тысяч мятежников, большинство из них крестьяне, после гибели Мамиконяна потеряли веру в победу. Они считали, что без его руководства не смогут противостоять многочисленной персидской армии. Несмотря на поражение, наш народ не смирился и позднее развернул партизанскую войну, истощившую персов и приведшую к Нварсакскому мирному договору, который гарантировал армянам религиозную свободу, — рассказал епископ, приступая к первому блюду.
— Есть нечто такое, с чем я не согласен. Армения — христианская страна, но она не должна подчиняться апостольской армянской церкви. Официальная церковь неоднократно поворачивалась спиной к народу и шла в услужение агрессору, — заговорил Роланд. — Ничего она не сделала и для того, чтобы не допустить убийств ни иностранных миссионеров, ни христиан иных конфессий. Когда турки начинали преследовать их, армянская церковь закрывала на это глаза.
