Шурик решил на Леночке проверить, то сексуальное удовольствие с пихтовым маслом, которое он познал с другой женщиной, но повторить с ней он не мог, он понимал, что та любовь была случайной, импульсной, без продолжения. Поэтому этот антикварный предмет мебели он привез продавщице Леночке, а не отдал его директору антикварного магазина. Он сменил объект обожания. На Маграра, он не обратил внимания, даже не заметил его приход, или сделал вид, что не заметил. В кармане у Шурика лежал новый флакон с маслом… Маграр побрел домой. Ждал он, ждал Мариону с ребенком, а, не дождавшись, решил, что за ней, вероятно, опять заехал Еврор Сергеевич, и позвал соседа Родьку скоротать вечерок за пивом.
Никогда не знаешь, где объявиться ангел любви, а он облюбовал дачу с лебедями.
Хитрый ангел поселился в душе Амгольда Николаевича, уже давно в нем чувства не возникали, а тут не на шутку увлекся Нинелей. Она первую неделю много хлопотала по хозяйству, все убирала на свой вкус, но через неделю у нее стало появляться свободное время, солнце светило исправно на маленький земельный участок внутри высокого забора.
Она, после трудов праведных надела купальник, взяла раскладушку, поставила ее у озера и легла загорать. Амгольд Николаевич из своей беседки видел край этой раскладушки, Ирмина скрывал куст сирени. Он встал и почти на цыпочках подошел к молодой женщине, и двумя пальцами с двух сторон нажал ей по ребра. Она вскочила, вскрикнула, но, посмотрев на довольного Амгольда Николаевича, улыбнулась.
– Вам скучно, Амгольд Николаевич? – спросила Ирмина.
– А ты, как думаешь? Поговорить не с кем, а ты вся в работе.
– Так меня сюда взяли поработать.
– Ирмина, а ты не догадываешься, что тебя пригласили для меня? Не сопоставляла факты нашего присутствия на этой даче?
– Когда? Мне сказали убирать – я убираю.
– А, если я скажу тебе любить, ты будешь меня любить?
– Как скажите, Амгольд Николаевич.
– Что ты такая покорная?
– Так подчиненные всегда влюблены в своего хозяина, а я у вас так давно работаю, так, значит, давно вас и люблю…
– Что ж ты молчала? Мне поговорить не с кем, а тут любовь моя пропадает, так, где говоришь, встретимся? Ты знаешь, лучшие комнаты в этом доме, они на месяц в нашем распоряжении, а неделю мы уже потеряли. Куда вино принести?
– Вы не шутите? А то завтра меня возьмете и уволите!
– Ирмина, я приглашаю тебя на любовное свидание без свидетелей, говори, где здесь лучшая спальня?
– Лучшая спальня у Еврора Сергеевича. А вдруг он вернется? Лучше вы ко мне придете.
– А почему ни ко мне?
– У меня надежнее, жду вечером, после ужина, чтобы повар спать лег спокойно.
– Разумно, я приду…
Муж Серафимы, давно жил праведной жизнью, он уже и забыл, как это все может быть, без ее участия. Красивый мужчина, с густой шевелюрой наполовину седых волос, появился на пороге спальной комнаты Нинели. Он был несколько обескуражен простым убранством ее комнаты, у него в комнате все было в стиле люкс, а у нее словно свалка старых вещей, далеко не антикварного вида. Среди этого мебельного хлама сидела приятная женщина, в платье с белым воротником, в белых босоножках. Его чувства попали в состояние облома, не по приколу хозяину любить служанку в нищих условиях.
– Ирмина, перейдем в холл, там приятнее, и вид из окна лучше.
Да, ангел любви куда-то улетел.
Она, выпив вина в присутствии Амгольда Николаевича, почувствовала, что она человек, ей импонировало его внимание, рядом с ним ей было приятно во всех отношениях. Она перестала себя чувствовать горничной, душа ее возвысилась до уровня собеседника, и она спокойно отстегнула белый воротник со своего платья.
Невольно женщина потянула молнию на платье до груди, маленькая золотая цепочка лучше подходила к моменту их общения. Еврор Сергеевич рядом с ними не задержался за столом, привезя комод, он покинул территорию дачи.
Амгольд и Ирмина вышли из-за стола и, не сговариваясь, направились к его спальне.
Обстановка полностью соответствовала моменту, оба они были высокие и в меру стройные, остановились у кровати и обнялись, в порыве, своих проснувшихся чувств.
Редкое единство взглядов привело их в душ, они стояли под струями воды, улыбаясь, словно смывали с себя прикосновения прошлой жизни.
Ей доставляло удовольствие касаться его тела, в струях прохладной воды, он с внезапным желанием, с удовольствием ощущал новые, волнующие импульсы в своем теле, о которых последнее время подзабыл. Они вытерли друг друга полотенцами, не касаясь себя, словно их души уже переселились в любимые тела. Так и дошли они до кровати, продолжая ощущать себя в двух кратном увеличении импульсов желания.
Желание, страсть, влечение, прикосновение, поцелуи, объятия воссоединили их требующие любви тела. Они поплыли по воле волн царственного желания любви.
Глава 33
Шустрый Шурик сделал так, что новые звонки с предложениями антикварной мебели поступали к нему, он наклеивал на мебель немного янтарных камней, после этого заказ поступал ко мне, вот откуда взялась в разных местах мебель с янтарем.
Шурик скупил все янтарные бусы в городе и заказал их за его пределами. А я верила в чудеса, только первые часы были на самом деле янтарные, важен результат.
Стоял готовый к продаже комод с янтарными камнями, а Шурик услышал очередное предложение от неких наследников.
Ему предлагали шкаф – шарманку, естественно без янтарных камней, а у него весь янтарь кончились, хоть объявление давай: скупаю янтарные бусы. Если мебель была без янтарных камней, то она попадала на реставрационные работы в магазин, а если на ней находился, хоть один янтарный камушек, она попадала к отцу Шурика Селедкина. Вот в чем состоял прикол и бизнес любовь, хотя второго случая судьба не предоставила.
Еврор Сергеевич от Шурика узнал о готовом комоде с янтарем, и немедленно появился перед моими очами. Я мысленно обругала Шурика, так мне не хотелось с комодом расставаться, но клиент есть клиент. Вслух я сказала, что такой предмет интерьера для продажи готов, в голове у меня промелькнула любовь с Шуриком у этого комода. Ехать, демонстрировать комод, Еврору Сергеевичу у меня желания не было, я вспомнила про Леночку, та в последнее время стала такой модной женщиной, что не грех ее представить дорогому клиенту.
Леночка, поехала показывать товар лицом, господину Еврору Сергеевичу. Комод, весь из себя, с деревянными вензелями в тон янтарным часам, с янтарем, весь полированный светился в комнате Родьки. Еврор Сергеевич, как увидел это сокровище, так и присел на распахнутый диван. Леночка подошла к комоду, встала рядом с ним на скрещенных ногах, в черных босоножках на шпильках, отделанных крупными стразами по вырезу и по широкой застежке, в узкой части точеных ног.
