– Моим поступком? – Джиллиан взглянула на свои все еще слегка голубые ладони.
– Вашим… вашим нежным объятием. Оно было таким романтичным, таким страстным и полным любви! Я хочу, чтобы вы не стеснялись, если сегодня вечером вас снова охватит желание обнять мужа. Вы среди друзей, леди Уэссекс, которые не осудят вас за проявление вполне естественных чувств к своему мужу.
– Благодарю вас, леди Гейфилд. – Джиллиан едва сдержала просившуюся на губы улыбку. – Если меня переполнят чувства и я не смогу преодолеть желание поцеловать мужа, я не буду смущаться, зная, что вы одобряете мое поведение.
– Безусловно. – Леди Гейфилд широко улыбнулась и пожала Джиллиан руку, с восторгом предвкушая, как на следующий день после ее приема разлетятся сплетни о совершенно неподобающем поведении Уэссексов. – Разумеется, я нисколько не стану возражать, если вы дадите волю своим чувствам, ведь вы совсем недавно вышли замуж.
– Совершенно верно. – Джиллиан сочла весьма забавным, что весь свет, затаив дыхание, ждет от нее и Ноубла неприкрытого проявления нежных чувств. – Я ценю ваше предложение следовать зову наших страстей и желаний, но, подозреваю, лорд Уэссекс не готов заниматься со мной любовью прямо при всех ваших гостях. – При этом заявлении позади Джиллиан раздался общий вздох сожаления гостей, прислушивающихся к их разговору.
– О да, несомненно. – Со смесью ужаса и восторга леди Гейфилд ожидала, что еще скажет леди Уэссекс, и втайне надеялась на что-нибудь такое же шокирующее. Если только Уэссексы сочтут уместным повести себя скандальным образом, репутация хозяйки самого экстравагантного салона Лондона ей обеспечена.
Извинившись перед леди Гейфилд и лордом Россом, Джиллиан отправилась на поиски своей кузины. Она прошла через приемную в вечернюю столовую, но нигде не нашла Шарлотты и уже собиралась заглянуть в игральную комнату, как вдруг заметила в углу рядом с огромной пальмой знакомую фигуру в кресле.
– Сэр, – сделав реверанс, нвздоровалась Джиллиан и присела рядом с высохшим стариком, приготовившись спросить, откуда он знает Ноубла.
– О, это ты, детка. Я так и думал, что увижу тебя сегодня здесь. У тебя такой вид, словно ты повстречалась с разбойником. – Ярко-голубые глаза живо глянули на нее из-под густых белых бровей, словно читая ее мысли.
– По-моему, так и есть. С благородным разбойником.
– С Карлайлом.
– Да, а как вы об этом узнали? – Открыв от удивления рот, Джиллиан смотрела на дряхлого старика.
– Что-то непременно случится, если искать в нужном месте, стараясь раскрыть тайну. Тайну и обман, сказал я тебе. Тайна и обман – это то, с чем ты столкнешься.
– Но где обман, а где правда? – спросила Джиллиан после короткого размышления.
– Ты сама должна ответить на этот вопрос. – Сложив вместе скрюченные ревматизмом руки, старик откинулся на красные подушки. – Твое сердце знает, где правда и где ложь. Умная женщина прислушивается к тому, что подсказывает ее сердце.
– В том-то и дело, – вздохнула Джиллиан. – Когда я прислушиваюсь к своему сердцу и стараюсь делать то, что оно мне подсказывает, все кончается какой-нибудь неприятностью. Вот теперь из-за того, что я последовала зову моего сердца, Ноубл вызвал на дуэль лорда Карлайла, и я должна спасти мужа. Знаете, совсем нелегко быть женщиной.
– Никто не говорил, что твой путь будет легким, детка. – Палмерстон засопел и прикрыл глаза. – Но все в твоей власти. Тебе стоит лишь протянуть руку и взять то, что принадлежит тебе по праву.
– Но чем за это заплатить? – тихо спросила Джиллиан. – Счастьем Ноубла? Если такова цена, то я буду бороться. Я нужна ему, Палмерстон, и не собираюсь от него отказываться, когда он во мне нуждается.
Старик ничего не ответил, и Джиллиан не могла понять, уснул ли он или просто таким образом дает ей понять, что разговор окончен. Решив, что скорее всего он уснул, так как был очень дряхл, Джиллиан ласково похлопала его по узловатой руке и тихо отошла. А через несколько минут ей удалось найти свою кузину.
– Добрый вечер, тетя, добрый вечер, дядя!
Тетя поздоровалась с ней несколько неуверенно и суетливо, но разрешила дочери пообщаться со своей племянницей. Джиллиан присела в реверансе перед дядей и, удостоенная его холодного взгляда, поторопилась завладеть Шарлоттой.
– Шарл, мне нужно с тобой поговорить.
– Позже, Джилли. Мама рассчитывает познакомиться с самым божественным виконтом. Я уверена, что леди Уитерби в конце концов смирится с поражением своей бедной дурнушки Энн и представит ему меня.
– Это гораздо важнее, чем твой божественный виконт.
– По-моему, не может быть ничего важнее божественного виконта, – усомнилась Шарлотта и, раскрыв веер, добавила: – Если, конечно, это не божественный граф, маркиз или герцог.
– Речь идет о графе, которому ты несколько часов назад весьма откровенно строила глазки.
– О лорде Карлайле?
– О нем самом.
Шепнув несколько слов на ухо матери, Шарлотта последовала за кузиной в укромный уголок.
– Я полагала, что после сегодняшней прелестной сцены лорд Уэссекс запретит тебе видеться с лордом Карлайлом.
– Едва ли уместно слово «прелестная», когда в опасности жизнь человека, Шарлотта. Да, он запретил, но сейчас это не имеет значения, потому что я должна его спасти. Взгляни, оно пришло несколько часов назад. – Джиллиан протянула кузине полученное днем письмо.
– О Боже! – Шарлотта обеспокоенно нахмурилась, прочтя несколько строк. – Неужели ты собираешься пойти на это? Встретиться с ним тайно? Сегодня вечером?
– Шарлотта, здесь говорится, что у него есть важные сведения, которые помогут нашему расследованию.
– Ты не слишком ему доверяй.
– Так как Ноубл уверен, что за нападением на него стоит Макгрегор? Я должна убрать его со сцены, убедив, что мы подозреваем кого-то другого в этом отвратительном происшествии.
– Но я думала, ты действительно в этом уверена.
– Я – да, а Ноубл – нет. И если я хоть чему-то научилась, так это необходимости сохранять трезвую голову. Мне совершенно ясно, что следует предпринять. Я должна встретиться с лордом Карлайлом и не только выведать у него важные сведения, но и просить его извиниться перёд Ноублом, хотя вряд ли он на это пойдет, и таким образом не доводить дело до дуэли.
– А если он не согласится?
– Тогда мне придется сделать все, чтобы они завтра не встретились. – Джиллиан вздохнула. – Мне не хотелось бы идти на довольно крутые меры, но я должна заботиться о Ноубле.
– Мне почему-то кажется, что Ноубла не слишком обрадуют подобные заботы о нем. Или я ошибаюсь?
– Ты должна пойти со мной, когда будет назначено место встречи, и быть моим свидетелем, – не отвечая на вопрос, сказала Джиллиан.
