Читаем без скачивания Нижние уровни Ада - Хью Л. Миллс-младший

разведчик должен был быть уверен, что не получит полное днище картечи. Так что я немедленно отошел в тыл колонны и описал восьмерку, наблюдая, как территория вражеского лагеря буквально взрывается.

После нескольких выстрелов, сделанных головным танком, Бродяжник Восемь во втором М48-м вышел на связь.

— Темная Лошадка, мы под небольшим обстрелом из АК, теперь мы начинаем входить в комплекс бункеров. Вы можете…

В передаче Бродяжника возникла длинная пазуа. Затем он продолжил:

— ОК, Темная Лошадка, я вернулся. Тут у нас небольшая проблема. Один из наших танкистов врезался в препятствие и потерял гусеницу. Мы собираемся окружить его повозками и дать людей, чтобы переобуться. Прикрывайте нас и мы починимся так быстро, как только сможем.

Натянуть танковую гусеницу было трудным делом даже в хороший день. В джунглях и изнуряющей жаре… Я представлял, какая работа их ждет. Пока они занимались своим делом, я работал на 360-й градусной циркуляции над бронетехникой, делая круги достаточно большими, чтобы контролировать коридор вокруг остановившейся колонны.

Я был на третьем круге, когда Фаррар включил интерком.

— Господи, сэр, там гук внизу!

— Где? — быстро спросил я.

— Прямо перед головным танком.

— Нет — ответил я — Это наши ребята работают с гусеницей.

За секунду до этого я посмотрел вниз и увидел, как один наших людей с натяжным инструментом в руке махал мне, когда я пролетал мимо. Я был уверен, что Фаррар видел то же самое.

— Нет, сэр, — Эл кричал мне в ответ — они динки… Они динки! Возвращайтесь, сэр, возвращайтесь!

Я крутанулся на месте и посмотрел прямо вниз. Я увидел группу противотанкистов ВК… два человека! Один, с камуфляжной накидкой на спине и переноской для дополнительных выстрелов к гранатомету держал РПГ-7 в руке. Второй Виктор Чарли был вооружен АК47 и нес такие же разгрузки на груди и спине, как и первый парень. Он был подносчиком.

Во время затишья после танковой стрельбы, пока наши ребята работали с разорванной гусеницей, эти сукины дети подкрались на пятнадцать или двадцать метров к головному танку. И вот они, готовые взорвать М48-й!

Фаррар опять открыл огонь из своего М60. Развернувшись, я дал очередь из минигана. Все в танковой колонне бросились в укрытия.

Бродяжник Восемь крикнул мне по рации:

— Здесь внизу свои, Христа ради! Ты меня слышишь, Темная Лошадка? Прекратить огонь! Прекратить огонь!

Я резко увел машину от точки контакта и вызвал Бродяжника.

— Негативно! Негативно! Команда РПГ прямо у вас по фронту! Опасно близко. Стреляйте беглым на подавление из всего, что у вас есть, на двенадцать часов!

Я слышал приказ Бродяжника Восемь по колонне.

— Беглый огонь на подавление… орудия… картечью… двенадцать часов!

Я не смог увести «Вьюна» дальше, чем до середины бронеколонны, когда все джунгли по фронту взорвались. Все три передовые машины в колонне стреляли картечью. В то же самое время выпустили гранату из РПГ.

Лучшее место для меня было прямо там, где я был — над центром бронеколонны, нарезая узкие круги, чтобы держаться подальше от летящей картечи.

Следом за головными машинами, дали залп картечью все остальные танки. Она буквально искромсала джунгли вокруг колонны. Вспыхнуло пламя, попадали деревья, посыпались градом щепки. Пыль и дым поднялись почти со всех сторон. Я продолжал свои крутые виражи прямо над эпицентром всего этого.

Внезапно моя рация ожила на FM вместе с Бродяжником Восемь.

— ОК, Темная лошадка, — сказал он — Мы прекращаем огонь. Мы будем счастливы, если Один Шесть выскочит вперед и посмотрит, что вы там найдете теперь.

Я вывел OH-6 из оборонительного круга и вернулся к головным танкам туда, где Фаррар заметил расчет РПГ. Посмотрев вниз, я ответил Бродяжнику.

— У вас тут пять или шесть парней внизу, все выглядят убитыми. Один из них с красным шарфом — будь я проклят, если это не первый парень с красным шарфом, которого я вижу во Вьетнаме. Все они находятся не более чем в пятнадцати метрах перед вашей головной машиной. Вы должны будете послать свою пехоту проверить их. Я слетаю в базовый лагерь, чтобы посмотреть, что там делают живые Чарли.

Я добрался до Пограничной дороги, когда враг, спасаясь бегством из базового лагеря, вступил в контакт с патрулирующей бронетехникой, блокирующей дорогу. Этот Чарли был заперт в аду. Теперь он оказался между наступающей механизированной колонной на юге и танками, поджидающими его на севере.

Теперь, когда наземные войска были полностью заняты делом, для Коранды и меня было не особенно много занятий. Но мы могли дать Чарли еще один пинок перед уходом. Я отметил точку дымом и попросил «Кобру» потратить арсенал в хорошем поливе по всему базовому лагерю.

Еще я связался с ПАН Сайдвиндер, который поднял F-100 с напалмом и вызвал звено штурмовиков «Дуглас» A1 «Скайрайдер» АРВН. После того, как они сбросили свой груз, Коранда и я отправились назад в Фу Лой, зная, что мы вернемся назад через денек-другой, чтобы сделать оценку нанесенного боевого урона в этом районе.

Потребовалось около трех дней, чтобы наши на земле закончили зачистку вражеского контингента, занимавшего базовый лагерь. Большая часть ВК смылась из своих бункеров. Те, кто не захотел смыться, имели дело с М48 2-го эскадрона 11 кавалерийского. Они просто опускали ствол орудия ко входу в бункер и давали одиночный 90-мм выстрел картечью.

Парни на земле нашли — не более чем в десяти метрах впереди головного танка — пятерых мертвых плохих парней, которых мы заметили и обстреляли с воздуха. На самом деле было три стрелка с РПГ и два подносчика, вооруженных АК47. Если и был третий подносчик, то он либо удрал, либо испарился в фейрверке.

Три гранатомета РПГ и подносчики означали, что Чарли собирались уничтожить три головных танка в колонне. Если бы это произошло, остальные в колонне застряли бы позади обездвиженных головных, а потом по одному выбиты из РПГ.

Еще одна интересная вещь, которую обнаружили ребята на земле, заключалась в том, что головной танк и вражеский гранатометчик действительно выстрелили почти одновременно. Головной танк получил здоровую отметину в броневой плите с левой стороны башни. Выпущенный навскидку снаряд из РПГ, и в самом деле попал в танк, но только скользящим ударом. Снаряд не пробил броню и не взорвался при попадании. Однако неприятный шрам, который он оставил, был свидетелем мощного разрушительного удара, который русский РПГ-7 нанес даже при близком промахе.

Я кое-чему научился, что делал каждый раз, пилотируя вертолет в бою. Я обнаружил, что