Читаем без скачивания Нижние уровни Ада - Хью Л. Миллс-младший

зачистки и поиска на местности. Поскольку это был вылет по боевой тревоге для АМСВ, Боб Харрис не получил постановки задачи перед взлетом и не слышал о численности вражеских войск. Уэйн Макаду и его взвод сликов быстро вытащили АМСВ из Фу Лой и направились вверх по реке Сайгон к западной части Трапеции.

Харрис, следуя своей обычной процедуре, был в головном слике, слушая любую радиоинформацию, которая помогла бы ему оценить наземную тактическую ситуацию. Если бы он знал, что ему противостоит вражеский взвод, Харрис, вероятно, вызвал бы для подкрепления пехотную роту. Это был обычный порядок, для обеспечения нормального превосходства над обороняющимися, один к трем для атакующих, традиционно считавшегося необходимым.

После того, как они высадились из «Хьюи» и были в трехстах метрах от района цели, сержант АМСВ Джим Граттон и специалист Митчелл отправились в дозор и привели взвод к лесистому району. Граттон был в своей обычной рубахе, набитой гранатами и вооружен дробовиком. Митчелл был с М16.

Харрис отправил вперед своих скаутов Кита Карсона, чтобы они заняли позиции возле Греттона и Митчелла. Ситуация требовала осторожного продвижения, поскольку воздушные разведчики видели врагов в зоне и была возможность минирования. Скауты Кита Карсона, будучи бывшими вьетконговцами, как правило, лучше обнаруживали мины-ловушки, чем наши люди.

По мере того, как строй АМСВ подходил к лесному району цели, Граттон почувствовал реальную опасность. Киты Карсоны были вне себя от страха. Дозорный связался по рации с Харрисом, который находился позади головной части отряда.

— Вокруг в лесу много людей. Мы думаем, эта штука занята.

Четыре Шесть передал по радио эту информацию обратно оперативному в Фу Лой и ему снова сказали, что он должен войти и вступить в контакт с врагом, прижав того в этом месте. При необходимости дополнительные войска привлекут для поддержки двадцати восьми бойцов аэромобильного стрелкового взвода, уже находящихся на земле.

Сообщив, что понял приказ, Харрис вплотную подвел взвод к лесу, ожидая, что в любой момент откроют огонь. Но, как ни странно, никакого вражеского огня не последовало.

Четыре Шесть снова связался с передовым дозором по радио.

— Почему в нас не стреляют? Что там видно сверху?

Конечно, Харрис знал, что Граттон не мог видеть сквозь густую растительность. Никто в строю не мог видеть больше, чем на несколько дюймов в любом направлении. Не было возможности обнаружить вражеские позиции или огневые рубежи. Даже дневной свет был почти закрыт густыми зарослями удушающей листвы джунглей.

Не осознавая этого, АМСВ Харриса был примерно на полпути во вражеский базовый лагерь. Чарли сидели в своих бункерах на всех направлениях вокруг строя АМСВ — ожидая и наблюдая, позволяя всему взводу войти в западню, прежде чем захлопнуть капкан засады. Люди Харриса, хотя и грамотно построенные, и применяющие все навыки и уловки в джунглях, в которых была подкована их команда, не имели ни малейшего понятия, что они уже были среди хитро замаскированных вражеских бункеров.

Неожиданно для себя стрелки Харриса оказались достаточно глубоко в ловушке. Резким стаккато по колонне ударили пули АК47. Вражеский огонь велся с фронта и с обоих флангов. Все попадали на землю, но никто не знал, куда стрелять в ответ из-за густых джунглей и полной невозможности увидеть цель.

Потребовалось лишь мгновение, чтобы понять, что любое движение среди АМСВ вызывает огонь. Очевидно, враг видел их.

Понимая, что нет никакой возможности атаковать врага, которого он не мог увидеть, Харрис занялся поиском укрытия и выводом своих людей из зоны поражения. Большая часть подразделения была рядом с воронкой, оставленной 750 или 1000 фунтовой (прим. 350–450 кг) бомбой, после одного из налетов Б-52. Похоже, что это было единственное доступное укрытие. Скатившись со своим связистом в воронку, Харрис связался с остальными в подразделении и велел сделать им то же самое.

Именно тогда он узнал, что оба его пойнтмена, Граттон и Митчелл, залегли. Они были накрыты первым же вражеским залпом. Невозможно было сказать, в порядке ли они, ранены или мертвы. Внезапно, в затишье после ослабевшего огня, Харрис услышал, как Митчелл кричит, а, затем, стонет.

Харрис немедленно приказал своему левому флангу ползти вперед и попытаться добраться до Грэттона и Митчелла. Но как только они начали двигаться, вражеский огонь обрушился на его бойцов, прижав их к земле под зарослями.

Тогда лейтенант Харрис передал по радио бойцам на правом фланге:

— Левый фланг прижат. Мы думаем, Митчелл в передовом ранен. Посмотрите, сможете ли вы медленно подползти туда! Попытайтесь вытащить Митчелла или прижать базу огнем, чтобы позволить Грэттону вернуть его.

С рядовым первого класса Августом Гамильтоном в качестве передового дозорного, правофланговая группа начала продвижение. Они проползли только несколько футов, когда вьетконговцы открыли по ним огонь. Одна из вражеских пуль попала в переднюю часть шлема Гамильтона — прямо в лоб.

Видя, что в Гамильтона попали, ползущий за ним боец ухватил его за ноги и вытащил с линии огня. Затем Харрис узнал, что его правый фланг тоже не может двигаться вперед. Они не могли видеть, кто стреляет в них, поэтому не могли эффективно ответить.

Теперь, зная что Гамильтон тяжело ранен, Четыре Шесть приказал своей правофланговой группе доставить раненого обратно к укрытию в воронке от бомбы, где медик мог его осмотреть.

Рядового первого класса Гамильтона вытащили, толкнули, подняли и наконец, опустили в укрытие воронки. Док сказал Четыре Шесть, что парень быстро теряет кровь. Запаса кровезаменителя надолго не хватит, и очень скоро потребуется еще кровь или Гамильтон умрет.

От этих начавшихся на земле тактических проблем, Боб Каллоуэй в разведывательной машине был полностью ошарашен ситуацией. Он ничем не мог помочь.

Он не мог вызвать «Кобру», чтобы обстрелять бункеры, потому что АМСВ были прямо посреди комплекса базового лагеря. Он не мог вызвать удар артиллерии, чтобы обработать это место тяжелыми фугасами по той же причине.

Все, что мог сделать Каллоуэй, это летать кругами вокруг точки контакта и передавать информацию своей «Кобре», которая, в свою очередь, передавала ее дальше ротному оперативному. Это было незадолго до того, как Каллоуэю пришлось отказаться даже от этого, из-за интенсивного огня из бункеров снизу. Он либо уходил из района, либо рисковал быть сбитым.

К этому моменту я был в своей хижине, обсуждая тактику воздушной разведки с Джимом Брутоном. Я прекратил следить за сообщениями по радио, когда вышел из машины на стоянке и понятия не имел, что АМСВ получили задание в западной части Трапеции.

Мы с Брутоном разговаривали, когда дверь в хижину распахнулась, и в нее