комнату. Сняла накидку и плюхнулась в кресло, рядом с камином. Чувствовала себя разбитой. Закрыла глаза и слышала, как маг раздевался, а потом скрипнула кровать под весом его тела.
— Аура, — позвал он.
Маг лежал на боку, опираясь на руку. Его серебряные глаза нежно смотрели на меня. Белоснежная батистовая рубашка полностью расстёгнута. Мой взгляд скользнул по рельефной золотистой груди мага.
— Подай, пожалуйста, мой альбом, — показал он на столик, который стоял рядом со мной.
Кивнула и принесла Юстину альбом в кожаном переплете. Похоже тут хранились его наброски.
— Что ты собрался делать?
— Я хотел воспользоваться выпавшей мне возможностью, — уголки его губ растянулись в улыбке, — стой смирно.
— Нарисуешь меня?
— Я рисовал…но…мне очень нужен был оригинал, — пробормотал он, его взгляд задержался на моих губах.
Я облизала губы. Мне вдруг стало горячо, толи от присутствия мага, то ли от камина, который был за спиной.
— Хорошая девочка, — промурлыкал он, пока его рука с простым карандашом скользила по листу, — и еще немножко…
Серебряные глаза сосредоточенно двигались по листу, а его движения были точными. Надеюсь, что ему уже лучше.
— Покажешь?
— Почти готово, — отозвался маг. — Иди сюда.
Юстин похлопал рукой по кровати, рядом с собой. Я села напротив него, и маг протянул альбом. Открыла и замерла. Богиня, мне помоги. Портрет был идеальный. Он был моей точной копией, настолько похожей, что стало не по себе.
— У тебя талант, — пробормотала, — Юстин, это потрясающе.
Он закрыл альбом и убрал на прикроватный столик.
— Тебе придется остаться со мной, Аура. Утром я отвезу тебя домой.
— А где я буду спать?
— Со мной.
Мои щеки вспыхнули. Маг хмыкнул.
— Это настоящий скандал, — хихикнула я.
— Мы никому не скажем, — медленно протянул он. — Ты можешь переодеться в мою рубашку. Я не стану смотреть.
Маг затушил свет. Лишь одна свеча пылала, позволяя комнате оставаться не в полной тьмноте. Тени гарцевали по стенам. Я достала белоснежную рубашку, которая пахла свежестью и сандалом. Быстро переоделась и юркнула в кровать под одеяло. Мы лежали друг напротив друга, на расстоянии вытянутой руки.
— Аура. Мы могли бы вернуться к тому разговору, с которым ты пришла ко мне, — предложил маг.
— Я хотела попросить тебя… — прошептала.
— О чем?
— Помнишь ты говорил, что хотел бы, чтобы мы были на одной стороне?
— Помню, — мягко произнес маг.
— Тогда будь на моей стороне…
— Аура, я всегда буду на стороне цены и будущего венценосца. И отдам жизнь за них, как было с моими родителями. У меня нет другой стороны, кроме этой.
— Значит я пришла просить зря?
— Значит.
Глубоко вздохнула. А Юстин продолжил:
— Аура, я готов защищать тебя… но если придется выбирать между тобой и долгом…
— Ты выберешь долг.
— Прости. Ты мне не безразлична…
— Но не настолько, чтобы пренебречь честью и долгом, — едко добавила я.
— Аура!
— Давай спать, пожалуйста. Я устала.
— Спокойной ночи, — тихо выдохнул он, — Спасибо, что помогла с ритуалом. Без тебя я бы не справился.
Я не ответила и повернулась к нему спиной. Любить человека, для которого долг превыше всего…что может быть ужаснее? Закрыла глаза и попыталась уснуть.
Мне снился странный сон.
Серые пески до горизонта и алое небо. На самом верху дюны сидела Зэя и смотрела в красное небо.
— Аура! — обернулась она. — У меня получилось!
— Зэя? — удивилась.
Как вышло, что я тут?
Не могла понять сон или реальность. Что-то не припоминаю, чтобы мир теней мне снился.
— Все кончено, — грустно пробормотала змея, и поднялась, — портал в центре Карбонадо почти открылся. Скоро мир теней исчезнет, а Бора войдет в ваш мир. Мы попробуем переправиться с ней, но всякое может случиться.
— Так это не сон?
— Сон? — удивилась змея. — Я звала тебя, но моя магия почти рассеялась.
— Мой камень уничтожен, Зэя, — печально улыбнулась змее, — больше не смогу перемещаться…
— Неважно. Аура. Если мы перейдем в твой мир, я найду тебя.
Распахнула объятья и Зэя бросилась ко мне. Мы обнялись в последний раз, потому что не знали доведется ли нам встретится еще.
Глава 18. Начало
Проснулась на рассвете, но Юстина рядом не оказалось. Его сторона кровати была примята, а в воздухе чувствовался аромат сандала. Потянулась и закуталась в одеяло поглубже, высунув только нос. Не хочу вставать! Но надо, Аура, надо. Вздохнула, вылезла их теплого плена пухового одеяла и стала переодеваться. Холодно, ой. Спешила натянуть жакет, ибо мурашки бегали по телу, словно у себя дома. Быстренько умылась и заплела косу, а затем выскользнула из комнаты. Услышала, как внизу Юстин с кем-то разговаривал и пошла на его голос. Его низкий тембр привел меня в столовую.
Простая светлая комната без излишеств. Массивный деревянный стол из сосны и такие же крепкие стулья с золисто-серой обивкой.
— Аура? Доброе утро, — улыбнулся маг, — садись, будем завтракать.
— Доброе, — хмуро ответила и плюхнулась напротив.
Слуга принес кашу с лесными ягодами в элегантной фарфоровой тарелке, сдобные булочки и кофе. Мы завтракали в тишине.
— Никак не могу понять, — начал Юстин, — что же вчера стало катализатором ритуала? Долго думал, и не мог уснуть. Почему, когда ты вошла в круг ритуал сработал?
— Не знаю, Юстин, — пробормотала.
Возможно, любовь? Но разве могла ему сказать?
— Это очень странно, — пробормотал маг и отпил кофе.
Его движения были плавными. Цвет лица — золотистый. Маг одет в модный черный костюм, с приколотой к жакету брошью «Ока».
— Ты себя хорошо чувствуешь? — подняла глаза, наслаждаясь терпким напитком.
— Да. Ночи достаточно, чтобы моя магия восстановилась, — он вздохнул. — Отвезу тебя домой.
— На химере?
— На Айзелин.
— О! Мне очень хотелось на ней полетать.
Пообедав, мы отправились на улицу. Юстин из капли своей крови призвал Айзелин. Красная птица позволила себя оседлать. Этот полет стал даже лучше, чем полет на семаргле. Я прижималась к крепкой спине мага. Под ногами мелькали пышные серые облака. И хотя становилось все холоднее, но это не портило впечатления от полета.
Юстин посадил птицу на земле Карсиа, но достаточно далеко от поместья, чтобы не нарваться на магов-стражей.
— Нужно прощаться, — пробормотал маг, ловко спрыгивая с птицы. Он снял меня с Айзелин сам. Там, где его руки коснулись, я все еще чувствовала оставшееся тепло.
— Что ж, прощай, — тихо сказала.
— Ты так говоришь, словно надеешься меня больше не увидеть, — он нахмурился.
Мне хотелось кричать. Сдерживалась из последних сил. Что я должна тебе сказать? Что люблю? Что только это поняла? И теперь обречена страдать? Я хочу, чтоб ты убрался, проклятый маг! Из моей головы, сердца и
