— Господи Боже! — Рем с кряхтеньем распрямился. — Пойдем же скорее! Пойдем смотреть!
— Ты понял, что натворил? — сидящая на полу на лестничной клетке Сибилла выглядела полностью опустошенной.
Ее красивое лицо застыло восковой маской, под глазами пролегли черные тени, скулы и нос как будто заострились, складка губ изогнулась — казалось, она вот-вот заплачет.
— Я⁈ — Рем почувствовал, что в его груди разгорается пламя. — Я — натворил? С больной головы на здоровую, разгарнак! Идите вы все к дьяволу! Я — натворил! Это натворил тот ублюдок, который выпотрошил троих людей! Я в гробу видал разбираться, чем бы это всё закончилось! Ясно? С какой бы целью не расковыряли ребра тем бедолагам — эта цель сущее дерьмо, уж поверь! Я как-то за последние пару лет решил для себя этот вопрос полностью и окончательно. Можешь просто принять это к сведению, потому что так я буду делать и впредь! А попробуешь прервать меня еще раз, когда я буду молиться — ты позавидуешь этому ублюдку из башни, понятно тебе, чародейка?
В голосе Буревестника было столько яростной энергии, столько огня, что волшебница даже попыталась отстраниться, вжаться в холодный камень стен.
— А-хм! — Сибилла подавилось гневной отповедью и потупила глаза. — Понятно… Понятно, почему в Аскеронской Башне так много Силы и так мало магов…
Рем зашагал вниз по лестнице, а колдунья проговорила ему в спину:
— Надеюсь, ты найдешь время чтобы обсудить со мной то, что здесь произошло…
— Всенепременно, — обернулся Аркан. — Только подготовлю встречу для дю Массакра.
XXIV
Воины дю Массакра боялись своего сеньора ничуть не меньше, чем сумасшедших Арканов. Непонятно, что лучше — пойти на алебарды и пики ортодоксального ополчения, или быть отправленным на плаху явно теряющим всякий облик человеческий бароном. О том, что старый душевный недуг вернулся и теперь мучает сеньора не говорил разве что ленивый… Его милость барон и до этой новой напасти был гневлив и несдержан до невозможности, а теперь и вовсе — ярость в нем так и клокотала.
Колонна всадников двигалась к Дуал-Кульбу, сорвавшись с места ни свет ни заря, выполняя приказ находящегося в состоянии аффекта господина, который носился туда-сюда в сопровождении этого беса — Джероламо — и поторапливал своих людей. Войско шло без передышки, кавалеристы устали, лошади — так и тем паче…
Дорожная пыль, на небе — ни облачка, вода во флягах давно закончилась, ветра нет, знамена бессильно повисли… Оставалось только ворчать и переругиваться — этим-то бывалые массакровские ветераны и занимались.
Старый черт Сервий Аркан кружил вокруг лагеря под столицей, стычки происходили каждый день, линия фронта постоянно менялась… После провального штурма замка Аркан всеми силами союзников дю Массакра, после того, как две трети аскеронских аристократов заперлись в замках и отказались вмешиваться в кровную вражду — ни о какой быстрой победе и речи быть не могло! Нет, такие вендетты быстро не заканчиваются, резня будет продолжаться до тех пор, пока не закончатся враги. Это ведь не борьба за трон, верно? Это личное дело трех знатных семейств: Заканов, дю Массакров и Арканов. Ну а тот факт, что какие-то представители этих семей имеют права на престол — так всякое бывает, да? А герцога дворяне выберут на Высоком Совете из претендентов, которые останутся в живых… Очень будет удобно, если до голосования доживет только один.
В небе каркали вороны, клича беду. Дорога вилась меж лесистых холмов, с каждым часом Дуал-Кульб был всё ближе, усталость — всё сильнее, тревога — всё ощутимее. Оптиматы осеняли себя знаком Крыльев Феникса, проводя скрещенными ладонями по лицу — ото лба к подбородку, проверяли, как ходит оружие в ножнах. И обсуждали перспективы — свои, своего господина, этой клятой войны и — всего Аскерона.
…После того, как за дело взялся Аркан Змий, дело приобрело совсем скверный оборот. Сражаться на два фронта — это истощало, какой бы мощной ни была армия, и сколь много ресурсов не было бы накоплено.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Если бы не Антуан — любимец всего войска — который привел несколько больших отрядов из Лабуанского герцогства, так и вообще — хоть в осаду садись до самого Совета… Антуан дю Массакр — вот кто стал бы отличным герцогом! Так думали не только солдаты барона, но и львиная доля всех аскеронских оптиматов. Но — у Антуана не было прав на скипетр! Ни капли крови Барилоче в его жилах не текло, а Аскерон был слишком свободолюбивой землей, и слишком много вооруженных простолюдинов-ортодоксов тут проживало. Люди не стали бы терпеть узурпатора… Законность, легитимность, или даже — видимость таковых, вот что отличает цивилизацию от варварства! Аскеронцы гордились своей цивилизованностью, и всегда отмежевывались от дикости вроде решения подобных вопросов поединком. Идиоту ведь ясно, что победивший в бою один на один не обязательно окажется чудесным герцогом! Хотя, солдаты дю Массакра были уверены: Антуан и в драке бы не сплоховал, и Аскероном руководил бы как следует…
Несколько побед, одержанных Антуаном над аркановскими отрядами дали время измотанным войскам восстановить силы, выдохнуть, подготовиться к новым сражениям. Но, черт бы его побрал, объявился еще и Аркан Буревестник — виновник всего этого бардака, и прикончил Жоанаров, и вместе с этим чудовищем — Змием — выпотрошил Фабрицио Закана! А потом — едва не убил молодого дю Массакра в Риохе, и теперь какого-то черта напал на старую имперскую психушку, которую — тоже невесть какого хрена, охранял благородный рыцарь Карл дю Букур со своими людьми. Между прочим — один из преданнейших вассалов барона дю Массакра. Неужто и вправду — там содержалась старая баронесса, которую уж много лет считали пропавшей без вести? Позорище-то какое…
Отборные воины барона, латники, оруженосцы и рыцари при золотых цепях и шпорах, приближалась к Дуал-Кульбу в весьма подавленном настроении. Конечно — мощный гарнизон замка, и люди дю Букура станут наковальней, а они — молотом, и несколько сотен аркановских всадников, которые посмели взять в осаду замок будут раздавлены но… Можно после обеда? И поспать час-другой? А потом — уже расшибать бошки и крушить проклятых еретиков… Хотя, говорят, у Аркана в дружине оптиматов и популяров чуть ли не столько же, сколько ортодоксов. И иноземцев, и прочего сброда — полно.
Ликующие крики из авангарда раздались весьма неожиданно. Вести по колонне разнеслись мгновенно:
— Над замком штандарты Массакра!
— Всё поле усеяно мертвыми телами!
— Осадный лагерь разгромлен, вместо фургонов — обугленные головешки, циркумвалационная линия — разрушена в нескольких местах!
— Арканов и след простыл! Сбежали, разгромлены!
— Виват, дю Букур!!!
— Виват, барон дю Массакр!
— А что за хрень с куртиной? Ничего себе ее разворотило!
— Арканы балуются магией?
— Говорили же — чернокнижники они, клятые еретики и демонополконники… Свят, свят, никак колдунством стену разрушили?
Сам барон явно приободрился, принял горделивую позу, помахал замершему на вершине северной башни гиганту в тяжелых доспехах. Эти доспехи ни с чем спутать было нельзя, такие архаичные, старинные латы носил только Карл дю Букур — они достались ему то ли от деда, то ли от прадеда.
— Я чувствую остаточные нестабильные эманации, ваша милость, — проговорил Джероламо, державшийся справа и чуть сзади от дю Массакра. — Здесь проводился мощный магический ритуал, но был прерван. Серьезный выплеск разрушительной энергии, эфир до сих пор лихорадит!
— Пф! — барон ткнул пальцем в сторону разрушенной стены. — Вот! Аркан применил колдовство, чтобы разрушить стену, это же идиоту ясно! Но это ему не помогло… Дю Букур раздавил чертовых деревенщин!
— Но эманации скорее соответствуют запретной магии крови, а не стихийным чарам Земли, ваша милость. Ортодокс не стал бы…
— Ортодокс? Арканы — отродья дьявола, — отрезал дю Массакр. — Джероламо, прекрати мандражировать и готовь портал — нужно будет быстро переместить пациентку в Монтабан, слышишь меня?
