— Слушай, а это мысль! Молодец! Но только после отпуска уже. Я посоветуюсь с Игорем и решим. — ответила она. — Всё, спасибо, пойду укладывать нашего художника, ладно?
— Да, конечно. — девушка тут же скрылась за дверью.
Истомин-младший с трудом сдерживал себя, чтобы не пойти к брату и не накинуться на него с кулаками. Хотелось разнести весь дом в пыль. Однако, он сдержал душевные порывы, быстро уйдя к себе.
Прошло два дня. Екатерина Дмитриевна, Вилен Андреевич и Петя благополучно улетели отдыхать в Доминикану.
После возвращения из аэропорта, Калерия, войдя в их с Игорем спальню, обнаружила там большой букет белых роз. Она радостно обвела взглядом цветы и увидела внутри записку: «Жду тебя сегодня у 3-ей колонны Казанского собора, в 18.00». Девушка усмехнулась тому, каким именно образом муж назначил ей свидание и почувствовала себя самой счастливой на свете.
Наступил вечер. Лера уже заканчивала собираться, и заблаговременно вызвала такси, чтобы быть на месте вовремя.
— Ты куда такая красивая? — спросил, увидев её, Герман, который вышел из кухни.
— На свидание, я же говорила. — улыбнулась девушка.
— Я думал, ты шутишь. — разочарованно произнёс он, а мысленно исправил себя: «Надеялся».
В этот момент, раздался звонок в дверь.
— Я открою! — Вера Харитоновна моментально отреагировав, пошла в холл.
— Ты кого-то ждёшь? — интригующе улыбнувшись спросила Калерия.
— Вроде нет. — пожал плечами парень.
В гостиную вошли двое незнакомых мужчин, внушительного вида. Оба высокие, с резкими чертами лица.
— Добрый вечер! — поздоровался один из них.
— Добрый… — Лера не понимала, кто эти люди и вопросительно взглянула.
— Разрешите представиться: — понял её взгляд мужчина. — майор юстиции, старший следователь по особо важным делам, Киреев Дмитрий Владимирович. А вы, надо полагать, Калерия Александровна Истомина?
— Да.
— А вы? — мужчина обратил внимание на Германа.
— Герман Максимович Истомин. — представился тот.
— Что произошло? — не выдержала Лаврова, напряжение и тревога в душе которой, уже не находили места.
— Ваш муж, Игорь Максимович Истомин задержан по подозрению в незаконном обороте и распространении наркотиков в сети своих отелей. У нас есть ордер на обыск вашего дома.
— Что? — Лера не могла поверить своим ушам, совсем оцепенев. — Игорь… Не мог. — с трудом проговорила она. Дыхание перехватило.
— Ознакомьтесь с постановлением. — сухо отрапортовал следователь и протянул ей документ.
Калерия пробежалась по нему глазами, но очевидно было одно: она не понимала ничего, всё смешалось в кучу.
— А адвокат Игоря будет присутствовать при обыске? — спросил, вмешавшись Истомин-младший. — Согласно закону, это разрешается.
— Разрешается, но не является обязательным. Мы, пока, до адвоката господина Истомина не дозвонились. — резко ответил Киреев. — Понятые где? — спросил он обращаясь к напарнику.
— Сейчас подойдут. — доложил тот.
В дом вошли двое мужчин из охраны их дачного посёлка.
— Ну, можем начинать. — распорядился майор так, будто находился у себя дома. — Сейчас в присутствии двоих понятых, будет производиться обыск на предмет поиска запрещённых веществ, а именно наркотика героина. Перед тем, как его начать, я хотел бы спросить, не хотите ли вы добровольно предъявить или обозначить места, где он может храниться?
— Мы не знаем и вообще, уверены, что в нашем доме ничего такого нет и никогда не было! — жёстко ответил Герман, видя, что Лера не в состоянии, что либо говорить и слегка её приобняв, будто желая защитить.
— Ну, хорошо. Тогда начинаем. — дал отмашку Киреев.
Обыск пролился около двух часов. Всё это время, Калерия сидела на диване в гостиной, рядом с Германом, смотря в одну точку и не веря происходящему. Размеренная, счастливая жизнь в одно мгновение стала рушиться на глазах.
Когда следователь уходил, она подошла к нему:
— Как я могу увидеть мужа?
— Пишите заявление на моё имя, а я рассмотрю его в официальном порядке и решу, стоит ли вам с ним встречаться. — перейдя на ещё более деловой тон, ответил мужчина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Мне необходимо его видеть! Это очень важно, вы слышите? — повысила голос Лаврова.
— Это вы меня не слышите, похоже. Я сказал, пишите заявление. — бросил следователь и ушёл.
Прошло несколько дней. Лера ждала, получения разрешения на свидание с мужем, но результата не было. В итоге, собравшись, она пошла к Кирееву сама.
— Добрый день! — девушка вошла в небольшой кабинет в Следственном комитете.
— Добрый, гражданка Истомина. Присаживайтесь. — он кивнул, указывая на стул напротив.
— Почему вы не выписываете мне разрешение на свидание с мужем? — тут же перешла к делу Калерия.
— Я рассматриваю ваше заявление. Пока не вижу необходимости в этой встрече.
— Что значит вы не видите необходимости?! Я имею право видеть Игоря! Подследственным разрешаются два свидания в месяц с близкими родственниками! — завелась она.
— Да, но быть этим свиданиям, или не быть, решает должностное лицо, ответственное за ведение дела, в данном случае, это я! — грубо ответил Дмитрий Владимирович. — Вы мне тут буквой закона не тычьте!
— Дмитрий Владимирович, — Лера осеклась и решила попробовать другую тактику. — ну я вас очень прошу! Мне очень надо увидеть его! Это вопрос жизни и смерти! Пожалуйста! — умоляюще произнесла она.
— Знаете сколько у меня дел и сколько там вопросов жизни и смерти? Мои вопросы жизни и смерти никого, вот, не волнуют! У меня у матери сердце больное, с ней бы сидеть, а я принимаю таких как вы, с этими вечными жалобами! — он был раздражён и оставался непреклонен.
— А вы приводите свою маму к нам в отделение, я попрошу нашего заведующего её посмотреть. Я кардиохирург, мы вам поможем. — тут же уцепилась за соломинку девушка.
— Да, бесполезно. Сколько я по врачам её вожу…
— У нас не просто врачи, а специалисты высшего класса и центр крупнейший в Питере. — настаивала она.
— И что, правда, можете помочь? — недоверчиво сощурив глаза, с налётом скептицизма, спросил майор.
— Мы очень постараемся! У вас ведь есть мой телефон? Позвоните, я устрою вам встречу с заведующим. Наш Михаил Никитич один из лучших в этой сфере.
— Ну, хорошо. Спасибо. Я обращусь. — согласился Киреев. — Ладно, Истомина, подпишу я вам разрешение. — смягчившимся тоном добавил он и быстро найдя на столе нужную бумагу, расписался. — Идите, пока не передумал.
— Спасибо! — просияла Лера, и схватив лист тут же покинула кабинет.
Дверь с другой стороны открылась и Игоря ввели в комнату для свиданий. Пока снимали наручники, он смотрел на жену через стекло, которое их разделяло, а она тоже не отводила глаз, пытаясь говорить с ним взглядом.
Бизнесмен сел на стул и они почти синхронно сняли трубки переговорного устройства.
— Я хотела к тебе прийти сразу же, но мне долго не давали разрешения. — слегка дрожащим голосом произнесла девушка. Она пыталась держать себя в руках, но пока что получалось не слишком хорошо.
— Не надо ко мне ходить. — мрачно произнёс Истомин. — Помнишь, ты хотела развестись? Так вот, я попрошу адвоката, чтобы он помог оформить развод. Теперь ты свободна.
— Что? — осознание ужаса ситуации, сменилось удивлением, смешанным с негодованием.
— Не нужно тебе всё это. Меня посадят. Сейчас начнётся изматывающее следствие. Тебе это всё не нужно. — жёстко ответил Игорь.
— Это ты так решил? — теряя спокойствие, почти прошипела Калерия. — Молодец, справился! Почему ты позволяешь себе выбирать за меня?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Потому, что ты молодая, красивая девушка! Ты ещё устроишь жизнь! Оставь меня! — тоже завёлся муж.
— Игорь, неужели ты до сих пор не понял ничего? Неужели, я похожа на ту, кто бросит тебя в беде? — с отчаянием спросила она.
Они посмотрели друг другу в глаза и бизнесмен осознал, что всё, что он хотел ей сказать — глупость. На него смотрела пара серых, удивительно родных глаз. В них читалась железная уверенность в том, что всё будет хорошо и поддержка. А ещё, кажется, любовь.
