Глава 26. До первой жалобы
Глава 26. До первой жалобы
Яна провела в кабинете Шаброля ещё около четверти часа. Всё это время хозяин кабинета составлял документ, в котором были отражены все пункты, о которых она просила. Ей отсрочили первую выплату на четыре недели. А дальше она должна будет вносить в городскую казну по пятьдесят луардов раз в месяц, пока долг не будет погашен полностью. Но насчёт суммы долга тоже удалось внести правки. Был учтён срок давности, и размер долга скостили вдвое.
Чувствовалось, что Шаброль идёт на уступки скрепя сердце. Но медлить или пытаться вставить слово против ему не давали. Каждый раз, когда он открывал рот, чтобы возразить, инспектор назидательно понукал его.
— Вижу, у вас совершенно нет опыта составления деловых бумаг. Вы от безделья писать разучились? Столько времени убить на простой документ! Может, пора устроить проверку чистописания у чиновников ратуши?!
Слово "чистописание", на котором проверяющий сделал акцент, заставило Шаброля вздрогнуть. Он нервно стиснул автоперо и принялся всё больше и больше увеличивать скорость письма. Чувствовалось, что проверка чистописания — это последнее о чём он мечтал.
Яна внутренне праздновала победу. Инспектор, в те моменты, когда переводил на неё взгляд, тоже выглядел провокационно весёлым и торжествующим. Он уже не просто подмигивал — он целые месседжи ей посылал при помощи мимики.
Обычный человек не так уж и много информации может передать простым гримасничаньем, чего не скажешь об актёрах. У них гримасы — рабочий инструмент. И, кстати, не так уж много Яна знала в этом мире актёров — одного единственного, поэтому ей в голову пришла невероятная догадка. А что если мужчина в плаще, который так профессионально измывается над Шабролем, — никто иной, как Этьен? И пусть внешнего сходства было немного — только глаза, но ведь актёр на то и актёр — он может наложить грим. А изменившиеся до неузнаваемости голос и манеры можно объяснить свойственным актёрам искусством перевоплощения.
Неужели действительно он? Чем больше Яна присматривалась к инспектору, тем больше убеждалась в правильности своей версии. И пока кто-либо не докажет ей обратного, она решила считать мужчину в плаще Этьеном. Яну очень тронуло, что он проникся её проблемой и поспешил на помощь. И ведь как креативно подошёл к делу! Талант! Большой грозный начальник в его исполнении был бесподобно въедлив, придирчив и обличителен! Да, сцена по Этьену плачет. Он заслуживал цветы и овации. Но пока, конечно, Яна могла лишь послать ему благодарную улыбку.
Шаброль закончил составлять документ — осталось его завизировать, но он замешкался. Нервно ёрзал на стуле и не спешил прикладывать палец к метке внизу листа. Как всё-таки чиновников заклинивает, когда дело касается того, чтобы кому-то что-то разрешить, чтобы кого-то от чего-то освободить или дать послабление.
Он рыбьими глазами смотрел на написанные им же самим строчки, и у Яны закралась тревога, что весь мастерски придуманный Этьеном план может провалиться. Однако Этьен совершенно не намерен был сбавлять обороты и продолжил спектакль.
— Готово? Ну наконец-то, — недовольно выдал он. — А я уж думал, вы до ночи не справитесь. Что ж, придётся доложить кому следует, какие нерасторопные в Трэ-Скавельской ратуше чиновники. Полагаю, меры последуют незамедлительно.
Шаброль нервно сглотнул. Чувствовалось, что "кого следует" он боялся, трепетал и благоговел.
Документ тут же был завизирован и протянут Яне.
— Монсир инспектор, не нужно, — посмотрел Шаброль заискивающе и начал лебезить: — Мы всё исправим.
Яна уже выходила из кабинета, но успела услышать последнюю фразу "инспектора":
— Хорошо, я повременю докладывать наверх о разгильдяйстве, которое здесь обнаружил. Но до первой жалобы от горожан.
.
.
Яна возвращалась в лавку в приподнятом настроении. Вопрос с уплатой налогов хотя бы частично был решён и хотя бы немного отсрочен. А когда настроение хорошее, то и день кажется чудесным. И это несмотря на то, что солнце зашло за тучи, и на улице сделалось довольно прохладно, пасмурно и ветрено.
Торговцы на площади озабоченно поглядывали на небо, опасаясь, не собирается ли зарядить дождь и не нужно ли прятать товары под навесом. А вот у лотка с пирожками продолжалась бойкая торговля. Розовощёкой булочнице даже на небо некогда было взглянуть. Она только и успевала отоваривать покупателей. Яна, кстати, давно заглядывалась на её пирожки — такие аппетитные. Но уж больно дорогие — по два луарда за штуку. Поэтому и в этот раз Яна мужественно прошла мимо. Тем более, что сегодня Этьен пообещал позаботиться об обеде.
Она уже подходила к лавке, когда услышала за спиной шум.
— А ну, стой, маленькая дрянь! — прорычал мужской голос.
Яна обернулась и увидела, как по краю площади со всех ног бежит девочка, а за ней гонится здоровенный бородатый мужчина. Не понятно было, что случилось. Но он выглядел таким разъярённым, что у Яны невольно включился инстинкт защитника — захотелось помочь малышке. Тем более, Яна её узнала — Жанетт.
— А ну, стой, кому сказал?! — снова зарычал бородатый.
Яна бросилась к ребёнку, взяла за руку и потянула через бурьян ко входу в лавку. Они бежали быстро-быстро, но расстояние стремительно сокращалось. Последний рывок — Яна подхватила Жанетт на руки и в несколько гигантских прыжков добралась до порога. Едва они успели заскочить внутрь, бородатый уже был у входа. От его перекошенной от ярости рожи, волосы дыбом вставали. Яна попыталась захлопнуть перед ним дверь, но не успела — он протиснул свою огромную тушу в лавку. Яна инстинктивно задвинула Жанетт за спину, прикрывая от него. Силы были неравны, Яна это понимала. И вдруг раздался кошачий вой и одновременно страшный грохот. Стало темно, как ночью. И пол зловеще заскрипел, будто доски заходили ходуном. Ох, что происходит?..
