Наших лошадей мы оставили в здешней конюшне и теперь я не знал, бежать мне сначала туда или искать их где-то в заколках между домами. Короля я тоже потерял из виду, но решил, что о нем не стоит особо беспокоиться – как раз он-то выберется из любой передряги. А вот я могу и остаться здесь навсегда.
Холм, на вершине которого располагался Велитриум, вздрогнул от самой макушки до основания. Нет, это не землетрясение, это наверняка рвется наружу таинственный подземный огонь. Если я не хочу превратиться неизвестно во что, мне лучше поторапливаться.
И тут мне повезло – мимо проскакала, волоча за собой оборвавшиеся поводья, серая лошадь со сбившимся набок седлом. Я успел броситься ей вслед и поймать рваные полоски бывшей уздечки прежде, чем она удрала. После некоторых попыток вырваться лошадь остановилась, хрипя и оглядываясь обезумевшими глазами. Пытаться ехать на ней сейчас было бы самоубийством – она бы меня просто сбросила – потому я потащил ее за собой к воротам. Лошадь упиралась, но шла.
Возникший у крепостных ворот затор из кричащих людей, ржущих коней и телег на удивление быстро просачивался наружу. Еще одна судорога, заставила землю под нашими ногами содрогнуться, и выходившая на реку стена форта плавно поехала куда-то вниз, увлекая за собой часть обрывистого берега. Раздавшийся громкий всплеск неопровержимо засвидетельствовал, что бревна, доски и прочие строительные материалы достигли Громовой и сейчас, возможно, уплывают вниз по течению…
Наконец, мы вырвались наружу. Людской поток пронесся через предместье и хлынул в окрестные леса, растекаясь на отдельные ручейки. Меня неудержимо несло вместе с толпой, и, как мне показалось, мы бежали куда-то по направлению к реке. Я не мог определить, кончилось уже столь внезапно наставшее землетрясение или продолжается доныне, а тут вдобавок неподалеку раздался незнакомый и неприятный звук, напоминающий шипение разъяренной змеи. Только очень уж большой змеи, наподобие сказочного змея, обвивающего всю землю… Моя бедная лошадь заметалась и сделала робкую попытку встать на дыбы. Я повис на поводьях, мимо нас с криками пробегали какие-то люди, а неведомая тварь все исходила зловещим низким шипением и свистом.
Кажется, я даже не успел испугаться по-настоящему. Наоборот, голова соображала очень отчетливо и как никогда быстро. Я не знал, что это за звук, но был твердо уверен в одном – мне надо оказаться как можно дальше от его источника.
Насмерть перепуганная лошадь все же позволила мне забраться в седло. Мы понеслись по петляющей между деревьев узкой тропе, догнали последних убегающих и помчались дальше. Шипение постепенно стихало, сменившись еле различимым низким гулом. Гул мне не понравился еще больше. Было в нем что-то необъяснимо пугающее.
А потом мне показалось, что я ударился головой и у меня позеленело в глазах. Мы неслись бешеным галопом через опускающийся на лес с высоты невероятно красивый туман, переливающийся всеми оттенками старой бронзы, изумруда и летнего луга. Частью ума я понимал, что это и есть то самое ужасное зеленое пламя, о котором мы столько наслушались в последнее время и надо бежать что есть силы… но еще мне хотелось остановить лошадь, а дальше – будь что будет. Меня действительно так и подмывало навсегда остаться в сказочном царстве призрачного зеленого сияния. Я даже подумал: может, превращенные люди довольны своей судьбой? Здесь было так хорошо…
Серая кобыла сделала неожиданный скачок в сторону, клубы малахитового облака рванулись куда-то вверх, а мы неуклюже съехали по скользкому склону, обдираясь о колючие кусты, и со всего размаху угодили в холодную воду Громовой реки.
* * *
Столь странный поступок неразумного животного спас мне жизнь. Оказывается, тропинка, по которой мы мчались неведомо куда, шла по обрывистому и наглухо заросшему берегу реки и, оступившись, лошадь как на санках слетела вниз. Теперь она стояла по колено в быстро бегущей холодной воде и, фыркая, жадно пила, а я сидел у нее на спине и медленно приходил в себя.
Напившись, лошадь подняла голову, встряхнулась и неторопливо побрела вниз по течению, подыскивая удобное место, чтобы выбраться наверх. Над нами поднимался отвесный склон высотой не меньше чем в сорок-пятьдесят локтей, и я устало удивился – как это мы не сломали себе шеи, когда так лихо обрушились вниз?
Вокруг было тихо, только плескалась вода. Даже птицы не кричали. Зеленый свет совершенно пропал, но, сколько я не прислушивался, человеческих голосов я тоже не услышал. Я попытался прикинуть, насколько далеко мы умчались от форта – выходило, что не дальше, чем на четверть лиги. Интересно, что сталось с Велитриумом? Нам с серой кобылой, кажется, повезло, а вот как дела у остальных обитателей крепости? И что с королем? Вдруг всегда сопутствовавшая ему удача на этот раз была занята спасением другого человека?
Короче, у меня быстро появились сто и один повод для беспокойства. А вот подходящего места для подъема на глаза пока не попадалось. Наконец, я заметил выходивший к реке овраг, поросший черной ольхой, и решительно направил лошадь туда. Она немного повозражала, упираясь и храпя, но все же пошла.
Овраг оказался длинным и постепенно сужался. Я уже начал жалеть, что сунулся сюда, но поворачивать назад не хотелось. Скоро должно было совсем стемнеть, а прежде мне следовало обязательно выбраться наверх и отыскать кого-нибудь из живых людей. Я решил, что проеду еще десятка три шагов вперед, а там попытаюсь заставить лошадь подняться вверх по ставшему более пологим склону.
Кобыла вдруг остановилась, принюхалась к чему-то и попятилась, прижав уши. Я посмотрел вперед над ее головой – овраг, заполненный сгущающейся темнотой, и более ничего.
– Вперед, – я легонько шлепнул лошадь поводьями по шее. Она не тронулась с места.
И тут, приглядевшись, я разглядел впереди нечто странное. Видимо, после сегодняшнего землетрясения здесь обрушился большой пласт земли, ярко черневший в наступающих сумерках. А в глубине открывшейся небольшой пещеры что-то светилось. Сначала голубоватым, затем багровым – цветом раскаленного металла. И этот свет приближался.
Мне очень захотелось удрать. Мало того, что я недавно пронесся через смертоносный туман и уцелел, так на мою голову обрушилась новая неведомая напасть… Слишком много для одного человека за один день. Но удирать мне было некуда и потому я остался, вцепившись в поводья и пытаясь успокоить заплясавшую на месте лошадь.
Мерцающий тускло-красный огонь поравнялся с провалом в склоне оврага. Что-то невероятно огромное, еле слышно урча, пробивалось через плотный слой лесной почвы. Вот высунулся на миг гладкий бок невиданного доселе существа, осветив ложбину призрачным багровым светом, и сразу скрылся… Оно явно пыталось зарыться глубже, и вскоре я услышал знакомый звук – шорох осыпающейся земли и хруст рвущихся корней. Неизвестное чудовище, только что напавшее на форт Велитриум, теперь спешило скрыться в недосягаемых человеку недрах земли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
