— Хищники, — сказал Найл.
— Хищники? — удивился Стииг. Немного подумал и произнес: — Не знаю. Не хватает информации. Хищники не пользовались в городе ловушками, они нападали на добычу и уносили с собой. Но, с другой стороны, неизвестно, как они защищают свои жилища. Да, возможен вариант, что часть хищников переселилась из города в пустыню.
— Посоветуй, как с ними справиться.
— Не надо к ним приближаться. Чем реже появляться рядом с их местами обитания, тем меньше шансов попасть в капкан.
— Но если мы не поймаем хоть несколько десятков дикарей, то как нам восстановить жизнеспособность человеческого рода?
— Это закрытая информация.
— Да разорви тебя сколопендра! — взорвался Найл. — Мы там жилы рвем, а ты знаешь и молчишь!
— Это закрытая информация, — примиряюще повторил Стииг.
Найл немного помолчал, успокаиваясь, потом попросил:
— Посоветуй хоть, как добиться, чтобы хищники перестали на смертоносцев нападать. Вчера они устроили настоящее сражение ради шести паучьих тел. Тринадцать смертоносцев погибло.
— Вы слишком долго на них охотились. Возможно, хищники стали голодать и решились на крайнюю меру, чтобы добыть пищу.
— Когда я был в подземелье, то видел, как хищники выращивают грибы. Они не должны голодать даже без паучьего мяса.
— Тогда почему они вступили в сражение ради нескольких паучьих трупов?
— Именно это я и хотел у тебя узнать! — опять начал нервничать Найл.
— Слишком мало информации, — вздохнул Стииг. — Мы знаем, что хищники занимают экологическую нишу паразитов на пауках. Но мы не знаем ни их образа жизни, ни численности, ни уровня развития, ни социальной структуры. Мы даже не знаем, живут они в тоннелях метрополитена или лишь пользуются ими для передвижения.
— Метрополитен? — Информация о существовании такого вида транспорта, как подземная железная дорога, была внедрена Найлу в память вместе со всей прочей, но до сих пор он никак не связывал теоретическое знание с реальностями своего города.
— Ну да. Внешние признаки хищников никак не свидетельствуют о том, что они живут в условиях недостатка света и витаминов.
— Так, может, они жители пустыни, которые проникают в город?
— Как смертоносцы попались под выстрел самострела? — ответил вопросом на вопрос Стииг.
— Охотились на людей.
— Как?
— По исходящему от них страху.
— А разве хищники боятся пауков?
— Нет…
— Когда ты жил в пустыне, — продолжал допрос старец, — вы встречали кого-либо, похожего на хищников?
— Нет…
— Маловероятно, что вид, существующий заведомо очень давно, в течение года переменит образ жизни и вырастит взрослых мужчин в новых условиях. Они появляются откуда-то с другого места.
— Но подземка не выходит за пределы города! Откуда они могут являться?
— У нас не хватает информации, Найл.
— Не хватает информации, не хватает информации… Ладно, тогда я пойду. До свидания, Стииг.
— До свидания, Найл. Всегда рад тебе помочь.
* * *
Во дворце правителя ждал обед. Найл лениво поел, не чувствуя вкуса, вина пить не стал и сразу ушел в комнату, выходящую на стену соседнего дома. Эту комнату он уже начал звать про себя «комнатой для размышлений». Он еще не успел очистить разум, когда послышался негромкий стук в дверь. Вошла начальница стражи. Замялась у порога…
— Вы устали, мой господин? Вы плохо выглядите. Может, вам что-нибудь нужно?
— Просто я думаю… — ответил Найл. — А нужен мне совет. Ты знаешь, Нефтис, Смертоносец-Повелитель хочет, чтобы я обезопасил пауков от нападений хищников, Симеон хочет, чтобы я договорился с хищниками, Белая Башня хочет получить информацию о хищниках, но никто не хочет рисковать своей шкурой. Как думаешь, что мне делать?
— Я пойду с вами, мой господин, — без малейшего колебания заявила Нефтис.
Посланник Богини долго молчал, глядя в преданные глаза начальницы стражи, потом улыбнулся:
— Хорошо, что ты существуешь, Нефтис. Пойдем вдвоем.
Как выяснилось, насчет того, что «никто не хочет рисковать своей шкурой», правитель города несколько преувеличил. Узнав о предстоящем путешествии Посланника Богини, к нему явился Дравиг и напросился в спутники. Найл согласился.
Вдвоем со смертоносцем они осмотрели развалины вокруг Черной башни. На этот раз они знали, что искать, и быстро обнаружили ход под землю посреди просевшей площади с остатками булыжной мостовой.
О предстоящей экспедиции правитель города не стал никого оповещать, только разрешил Нефтис сделать необходимые распоряжения по страже, и ранним утром они отправились к Черной башне. Дравиг уже ждал. Его сопровождали четверо бойцовых пауков, светлые панцири которых выдавали в них стражей мертвых, а также восемь охранниц и два крупных раба, навьюченных большими мешками.
Найл, не ожидавший увидеть такой большой отряд, послал Дравигу импульс легкого недоумения. Начальник охраны Смертоносца-Повелителя прислал столь же короткий ответ, что женщины должны будут вынести пауков, когда те потеряют сознание, а «неголосующие граждане» тащат запас продовольствия и энергии, дабы остальные не тратили на это свои силы. Кроме того, импульс содержал эмоциональную окраску, вроде «в компании веселее», и тут уж Найл не мог не согласиться.
Проникнув в наклонный тоннель, путешественники сразу обнаружили проложенную хищниками тропу и без труда спустились вниз.
Пять ярких газовых фонарей легко разогнали темноту подземного зала: широкую платформу накрывал белый свод без всяких архитектурных изысков. Монотонность нарушали только оранжевый квадрат на потолке с надписью: «Пейте „Мону Лизу“» и врезанное в стены название станции: «Музей искусств».
— Куда идем дальше? — спросил Дравиг.
И правда, куда? В зал выходило четыре тоннеля. Некоторое время Найл размышлял, неуверенно оглядываясь, потом закрыл глаза и решительно вымел из головы все мысли. В сознание вступил покой, полный покой, и правитель сразу заметил, как мимо него к выходу скользит невесомый, чуть теплый поток. Тепло. Настоящее живое тепло. У него должен быть источник.
Правитель открыл глаза и указал на черный зев, откуда шло это дуновение:
— Туда!
ЧАСТЬ 2
ХИЩНИКИ ПУСТЫНИ
Найл вел экспедицию быстро и уверенно, сам не понимая, откуда эта уверенность берется. Черный тоннель с лохмотьями проводов на стенах ничем не отличался от того, по которому ему уже пришлось путешествовать, и совершенно не пугал. Зато пауки и охранницы — Найл хорошо чувствовал их мысли — испытывали сильный страх перед мрачной бесконечной трубой. Дравиг, например, даже решался время от времени прикоснуться к сознанию Посланника Богини, стараясь делать это, по возможности, незаметно. Правитель понимал его состояние и не обижался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
