засранец».
Он не отпускал ее. Пока она не отстранилась и снова не вытерла щеки, чувствуя, что, может быть, на этот раз действительно сможет удержать себя в руках. Она шмыгнула носом, и он наклонился, чтобы взять коробку с салфетками со столика у телевизора.
— Я правда в порядке.
Он вздохнул.
— Ладно, может… может быть, я не в порядке прямо сейчас, но я приду в норму. — Она взяла салфетку, которую он вынул для нее из коробки, и высморкалась. — Мне просто нужно немного времени.
Он внимательно посмотрел на нее и кивнул, его взгляд вновь стал непроницаемым.
— Спасибо. За твои слова. За то что позволил залить слезами весь твой номер.
Он улыбнулся.
— Всегда пожалуйста.
— И твой пиджак. Ты… Ты пойдешь на вечеринку? — спросила она, страшась момента, когда ей придется вылезти из этого кресла. Из этой комнаты.
«Давай честно, — прошептал внутри этот разумный, всезнающий голос, — сильнее всего ты боишься, что он уйдет».
— А ты пойдешь?
Она пожала плечами.
— Я обещала. Но мне не хочется сейчас ни с кем разговаривать.
Она снова вытерла щеки, но поток слез чудесным образом прекратился. Адаму Карлсену, ответственному за девяносто процентов слез на факультете, удалось кого-то утешить. Кто бы мог подумать?
— Хотя мне кажется, что бесплатная выпивка была бы кстати, — добавила Оливия.
Мгновение он задумчиво смотрел на нее, прикусив щеку. Затем кивнул, принял, казалось, какое-то решение и встал, протянув ей руку.
— Идем.
— Ой. — Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы взглянуть на него. — Я думаю, я подожду немного, пока не…
— Мы не пойдем на вечеринку.
Мы?
— Что?
— Идем, — повторил он, и на этот раз Оливия взяла его руку и уже не отпускала. Она не смогла бы ее отпустить, потому что его пальцы крепко сжимали ее ладонь. Адам взглядом указал на ее туфли, пока она не поняла намек и не влезла в них, опираясь на его руку, чтобы удержать равновесие.
— Куда мы идем?
— За бесплатным алкоголем. Ну, для тебя бесплатным, — поправился он.
Оливия едва не задохнулась, когда поняла, о чем он.
— Нет. Я… Адам, нет. Ты должен пойти на вечеринку. И на церемонию открытия. Ты главный докладчик!
— И я уже сделал свой доклад. — Адам схватил с кровати ее красное пальто и потащил ее к выходу. — Ты можешь идти в этих туфлях?
— Я… да, но…
— Моя карта со мной, твоя не нужна.
— Адам. — Она схватила его за запястье, и он тут же повернулся к ней. — Адам, ты не можешь пропустить эти мероприятия. Люди скажут, что ты…
Он улыбнулся одной половиной рта.
— Что я хочу провести время со своей девушкой?
Мозг Оливии замер. Вот так просто. А затем заработал снова, и…
Мир уже был чуть-чуть другим.
Когда он снова потянул ее за руку, она улыбнулась и последовала за ним.
Глава 15
Гипотеза: нет момента в жизни, который не сделает лучше еда, доставленная по конвейерной ленте.
Их видели все.
Совсем незнакомые Оливии люди, и известные авторы научных блогов, и преподаватели с факультета, у которых она училась в предыдущие годы. Все они улыбались Адаму, называли его по имени или «доктор Карлсен», говорили ему «отличный доклад» или «еще увидимся». Некоторые полностью игнорировали Оливию, некоторые с любопытством ее разглядывали… ее и Адама и их соединенные руки.
Адам в основном кивал в ответ, поболтать он остановился лишь с Холденом.
— Пропускаете скукоту, ребята? — спросил он с понимающей улыбкой.
— Ага.
— Тогда я обязательно выпью твою часть алкоголя. И извинюсь за тебя.
— Не стоит.
— Просто скажу, что у тебя срочные семейные дела. — Холден подмигнул. — Или, возможно, срочные дела будущей семьи, как звучит?
Закатив глаза, Адам потянул Оливию к выходу. Ей пришлось ускориться, чтобы не отстать: не то чтобы он шел особенно быстро, просто у него были такие длинные ноги, что его шаг равнялся примерно трем ее шагам.
— Эм, я тут, вообще-то, на каблуках.
Адам обернулся к ней, опустил взгляд к ее ногам, а потом поспешно поднял глаза.
— Я знаю. Сегодня в вертикальном измерении ты менее ущербна, чем обычно.
Она прищурилась.
— Эй. У меня рост сто семьдесят три сантиметра. Это довольно много.
— Хм. — Его лицо оставалось непроницаемым.
— Что у тебя за вид?
— Что у меня за вид?
— Вот это твое лицо.
— Просто обычное мое лицо?
— Нет, у тебя выражение лица, говорящее: «Ты не высокая».
Он улыбнулся совсем чуть-чуть.
— На этих каблуках можно ходить? Или нам лучше вернуться?
— Все нормально, но можно идти помедленней?
Адам притворно вздохнул, но все же сбавил шаг. Он отпустил ее ладонь и положил руку на талию, чтобы слегка подтолкнуть свою спутницу вправо. Ей пришлось скрыть легкую дрожь.
— Итак. — Оливия сунула руки в карманы куртки, пытаясь игнорировать покалывание в кончиках пальцев. — Тот бесплатный алкоголь, о котором ты говорил. Еда к нему прилагается?
— Я накормлю тебя ужином. — Губы Адама изогнулись чуть сильнее. — Хотя ты обходишься недешево.
Она склонилась и слегка толкнула его руку плечом. Было сложно не заметить, что бицепс у него словно каменный.
— Это правда. Я определенно намерена заесть и запить свои страдания.
Адам еще никогда не улыбался так широко.
— Куда хочешь пойти, хитрюга?
— Давай подумаем… Ты что любишь? Помимо воды из-под крана и вареного шпината?
Он бросил на нее хитрый косой взгляд.
— Как насчет бургеров?
— Хм-м-м. — Оливия пожала плечами. — Ну можно. Если нет выбора.
— Что не так с бургерами?
— Не знаю. У них вкус как у подошвы.
— Что?
— Может, мексиканский ресторан? Ты любишь мексиканскую еду?
— Бургеры вовсе не…
— Или итальянскую? Я бы с удовольствием съела пиццу. И может, у них в меню найдется для тебя блюдо из сельдерея.
— Мы идем есть бургеры.
Оливия рассмеялась.
— А как насчет китайской кухни?
— Ел на обед.
— Ну, в Китае люди едят китайские блюда много раз в день, так что не позволяй себе отказываться от… О.
Адам сделал еще два шага, прежде чем понял, что Оливия встала как вкопанная. Он крутанулся на месте, чтобы взглянуть на нее.
— Что?
— Туда. — Она указала на красно-белую вывеску через дорогу.
Адам проследил взглядом за ее жестом и некоторое время просто смотрел, моргая. А затем сказал:
— Нет.
— Туда, — повторила Оливия, чувствуя, как ее губы растягиваются в широкой улыбке.
— Оливия. — Меж его бровей залегла глубокая вертикальная складка. — Нет. Есть рестораны гораздо лучше, куда мы можем…
— Но я хочу в этот.
— Почему? Там…
Подойдя к Адаму, она схватила его за рукав пиджака.
— Пожалуйста. Пожалуйста!
Ее спутник ущипнул себя за переносицу, вздохнул и поджал губы. Но всего пять секунд спустя положил ладонь меж ее лопаток, чтобы повести ее через дорогу.
Проблема, объяснял Адам приглушенным тоном, пока они ждали место за столиком, была не в суши-баре, а в акции «съешьте все, что сможете, за двадцать долларов».
— Это всегда плохой знак, — сказал он, но его голос звучал скорее смиренно, чем воинственно, и, когда официантка пригласила их к столу, он покорно последовал за ней. Не в силах сдержать широкую улыбку, Оливия восхищенно смотрела, как движутся тарелки на ленте конвейера, протянувшейся сквозь ресторанчик. Когда она, вспомнив об Адаме, снова взглянула на него, то увидела, что тот смотрит на нее со смесью раздражения и снисходительности.
— Знаешь, — сказал он ей, глядя на салат из морской капусты, проплывающий мимо его плеча, — мы могли бы пойти в настоящий японский ресторан. Я буду рад заплатить за все суши, которые ты захочешь съесть.
— А они будут проезжать мимо моего столика?
Адам покачал головой.
— Беру свои слова обратно: ты обходишься мне пугающе дешево.
Оливия проигнорировала его слова и, подняв стеклянную дверку,
