по разную сторону. Я хотела большего чем владение магией, твой отец хотел жить так, как живут все. Вскоре, он мне изменил, после вашего рождения. Он мне изменил с вашей тётей. Я обозлилась. Когда моя сестра узнала про драконью магию, то спрятала вас. Но, как оказалось очень плохо. Дочь ближе к матери. Жалко, что только одна дочь ко мне ближе всего.
Нариса вздрогнула. Дверь в тронный зал снова открылась. В зал вошла Антеремма. Девушка была одета в то самое короткое, выше колен ярко-красное, облегающее платье, с открытой шеей и открытыми плечами. Её волосы волнами ложились на её оголённые плечи, её глаза были накрашены ярко-оранжевой тушью. Её губы были измазаны помадой ядовито-зелёного цвета. На её шеи висел огненный кулон. На ногах у Антереммы вместо её любимых гладиаторов были одеты под цвет платья туфельки.
Рядом с Антереммой шёл волк. Существо было такое же, какое не давно напала на Нарису, но, только, что-то в нём было не так. Рассмотрев волка, Нариса и остальные поняли, что с волком не так. Он был не настоящий, он был призрачным. Его шерсть светилась неоновым, синим, а глаза горели жёлтым огнём. На его шеи был чёрный ошейник с серебряными, острыми шипами.
— Привет, сестрёнка.
Глава 16
Правда семьи
— Неужели ты думала, что Антеремма дракон по натуре. Неужели ты думала, что она случайно оказалась такой? Если честно, я всегда думала, что драконья магия будет у тебя. У тебя всегда были хорошие способности к обучению. Антеремма взяла дар дракона от меня. Я всегда хотела, чтобы и у тебя был этот дар. — Госпожа Эндеренга тяжело вздохнула.
Нариса и Локне непонимающим взглядом смотрели то на госпожу Эндеренгу, то на Антеремму.
— Но, я не смогла его передать тебе. С рождения этот дар присутствовал у Антереммы. Я могла провести ритуал, но, мне помешали. Мне пришлось скрываться. Вас разделили, а Ваш отец полюбил другую, вашу тётю. Вскоре, ваша тётя открыла университет, и взяла вас, а также вашего куратора, вашего отца. Я думала, что одна из Вас раскроет свою сущность, и так оно получилось.
— Антеремма, одумайся! Драконья магия опасна! — Нариса пыталась вразумить сестру-подругу.
— Это не правда, Нариса, — удивлённо ответила Антеремма. — Драконья магия прекрасна. Ты не понимаешь. Я управляю ею. Мы можем сделать вместе многое. Только представь. Мир, из-за которого нам всем приходилось скрывать свою натуру, узнает нас в другом свете. Только представь. Мы сможем исправить всю несправедливость. Нариса, я прекрасно знаю, что у Вас было с Локне. Я Вас не хочу обоих терять. Ты, Нариса, моя лучшая подруга. Ты, Локне, мой… — В глазах Антереммы блеснули слёзы отчаяния. — Мой бывший парень, но, ты всё равно мой друг. Всё это будет наше, поверьте.
— Нариса, мы сможем быть одной семьёй. — Улыбнулась госпожа Эндеренга.
Её улыбка, как это не странно звучит, была одновременно и искренний, и такой притворной. Нариса видела в госпоже Эндеренге, в своей биологической матери, убийцу. Она создаёт довмагов, тех, кто подчиняется её приказам. Довмаги существа, которые при создании убивают своих оригиналов.
Нариса вспомнила слова тёти, про то, что её приёмная семья мертва. Да, она была её не настоящей семьёй, хотя, до какой-той поры Нариса считала её своей родной. Её биологическая мама убила её родных. Она убила тех, кто ей был дорог долгое время.
Только сейчас, когда нет тех, кого любила Нариса, девушка поняла, почему её родители не хотели отпускать её в университет. Они всё знали. Но, её всё равно отпустили. Её отпустили только потому, что, ей хотели дать больше, чем та школа, в которую она ходила до университета. Если бы, будущая студентка знала об этом, то никогда не поехала бы в университет. Конечно, Нариса до сих пор бы думала, что это её родная семья. Но, тогда бы не погибли бы невинные люди, совершенно чужие люди для неё. Нет, хотя, какие они для неё чужие, они для неё совершенно родные.
— Ты убила мою семью!!! Моя семья теперь где? Её нет!!! У меня только есть родная тётя, но не ты!!! Тебя не было со мной рядом, когда мне было больно, я болела, когда мне было страшно. Со мной была мама. Мамы, которой больше нет!!! Когда я узнала об этом, со мной была тётя Долита, а не ты. ТЫ — ЧУДОВИЩЕ, А, НЕ МАМА!!!
— Мне очень больно об этом слышать, доченька. Ты могла бы получить всё, но, сделала выбор сама. Охрана!
В зал вошли тролли. Они окружили Нарису и Локне.
— Отведите их в темницу. — Приказала госпожа Эндеренга.
Нарису, Локне и Сульма вели вниз. Впереди шли госпожа Эндеренга и Антеремма. За пленниками шёл главнокомандующий армии, держа в руках ключи от камеры. Один из его солдат замыкал колонну, неся на руках Сульма. Пёс пытался отбиться от жутких, огромных лап тролля, но, это было нелегко.
Рядом с Антереммой шёл её любимец. Волк никогда не отходил от своей хозяйке. Антеремма легонько поглаживала своего верного защитника, посматривая на сестру. Ей хотелось, что-то сказать Нарисе, но, вот, что. По-хорошему, она должна злиться на сестру, ведь та отбила её парня. Никто не говорил ни слово, словно все проглотили языки.
Они спускались всё глубже и глубже в подземелья замка. В его длинные, запутанные лабиринты.
— Мне очень жаль, что приходится прибегать к таким мерам, Нариса, но, это ради тебя. — В голосе госпожи Эндеренге и правда слышались печальные нотки. — Но, пойми, так будет лучше. Камера, конечно, не лучшее место для того, чтобы подумать, но, другого выхода нет.
Нариса молчала. Отвечать человеку, который был, но одновременно и не был, ей родным, совершенно не хотелось. Девушка думала о том, что теперь будет. Она ведь шла спасать Антеремму. Нариса надеялась, что её подруга образумиться и не станет вступать на тёмный путь, но, как оказалось, это не так. Антеремма уже вошла в тёмное и бездонное море слишком глубоко. Теперь, даже если бы Локне и Нариса могли бы, они не смогли бы кинуть ей спасательный круг, чтобы помочь своей подруги.
Они спустились в самый низ, в подвальные лабиринты замка. Лабиринты были тускло освещены факелами. Огонь мерцал. Он отражался от их лиц. В подвале было немного сыровато. По бокам туннеля располагались деревянные двери с маленькими окошками. Было тихо. Тишина. Бесконечные двери. Лабиринт проходов. Факелы. Да, и само подземелье. Всё это наводило тоску и печаль.
Госпожа Эндеренга и Антеремма подошли к одной
