— Эй, Мери! — возмутился старший Сторм. — Нечего стоять тут и оскорблять моего сына!
— Что это с тобой случилось, Донован? — присоединился к отцу Дуглас. — Не позволяй девчонке разговаривать с тобой в таком тоне!
— Мери, ты что, не слышала? Отец велел тебе отойти от них! — завопил Вильям Поттэр.
— А ты закрой рот, братец! — возмутилась его вмешательством Мери. — Тебе должно быть стыдно больше всех. Это же надо до такого дойти — напасть на Дэнни посреди дороги! Ты превратился в испорченного пьяницу и хулигана.
— Пап, ты слышал, как она меня обозвала?
— Не обращай на нее внимания. Она слишком много времени проводит с девчонкой Стормов.
— При чем тут моя девчонка? — вновь подал голос самый молчаливый из двух семейств — Дрейфус Сторм. — Это ты, держа свою дочь под замком, превратил ее в сварливое существо.
— Мери Эллен не сварливая! — горячо запротестовал Донован.
— Это еще что такое? — растерянно и негодующе воскликнул Дрейфус. — Не хочешь ли ты сказать, что перешел на их сторону?
— Вовсе не на их сторону! — К Доновану стала возвращаться его обычная строптивость. — Мери хорошая, добрая девочка, больше всех страдающая от собственной семьи.
— Ты слышал, пап? — завопил Вильям. — Они все спелись против нас с тобой!
— Перестань ссорить всех, негодяй! — прошипела Мери. — Все именно из-за тебя и началось. Ухаживать не умеешь, а жениться захотелось. Научись сначала быть вежливым и ласковым, как Донован.
Дэнни едва не поперхнулась, когда ее старший брат улыбнулся Мери самой ярчайшей улыбкой, на какую только был способен.
— Никогда бы не поверила в такое, не наблюдай я всю сцену собственными глазами, — прошептала Дэнни подошедшему к ней Джейку.
— И мне с трудом верится, — заметил он.
Дэнни сделала шаг вперед:
— Мне кажется, мы уже нашли решение всех наших проблем.
— Я догадываюсь, о чем ты хочешь сказать, Дэнни. И думаю, что это замечательная идея, — проговорила на глазах расцветшая Мери.
— Ну что там у вас? Не тяните! — нетерпеливо бросил Дрейфус Сторм.
— Объясняю! — торжественно заявила Дэнни. — Для начала констатируем: Вильям и я никогда не поженимся. Но я думаю, что мы можем получить другую замечательную пару.
В это время в помещение ворвался Бэн:
— Я привел священника, Джейк. Извини, но нам надо поговорить втроем, а у него мало времени. Идем!
В камерах внезапно повисла тишина. Все смотрели на Бэна, сопоставляя только что произнесенные Дэниэллой слова с его известием о приходе священника.
— Не хочешь ли ты сказать… — начал было Дрейфус Сторм.
— Никогда в жизни! — перебил его истошным воплем Вильям Поттэр.
— Но, Дэнни, — смущенно произнес Дуглас. — Я еще слишком молод, чтобы жениться.
— Не о тебе речь, глупец! — прорычал Шерман Поттэр. — И все равно я против.
— Мне кажется, — любезным тоном произнесла Дэнни, — мы забыли спросить самих Донована и Мери.
— У Мери такое же мнение, как у меня, — заявил Шерман. — В семье Поттэров решения принимают мужчины.
Дэнни проигнорировала замечание Поттэра.
— Что скажешь, Донован? Согласен ли ты жениться на Мери?
Донован посмотрел на Мери, и глаза его наполнились нежностью. Но потом он взглянул на отца и брата, отрицательно качавших головами, и с глубоким сожалением произнес:
— Я очень хотел бы, но не могу. Ведь Мери — из семьи Поттэров.
Мери кинулась к Дэниэлле.
— Видишь? Я говорила тебе! Говорила! — Ее восклицания были полны отчаяния.
Дэнни протянула руку, чтобы обнять и успокоить подругу, но та уже бросилась к своим.
Негодование переполняло Дэнни, и она подошла к отцу и братьям.
— Ах, она из рода Поттэров, Донован? Какое удобное оправдание! Она красивая, милая, добрая, и если ты думаешь, что найдешь похожую на нее, которая тоже полюбит тебя, то, значит, ты круглый тупица! Как можно отказываться от своего счастья из-за того, что кто-то против?
— Да, но против не кто-то, — угрюмо ответил брат, — а моя семья.
— Я тоже твоя семья, и никто не знает Мери лучше, чем я, и я за! — одним духом выпалила Дэниэлла. — Ты любишь ее, так что же ты так легко сдаешься?
Донован медленно покачал головой:
— Я не знаю, люблю ли я Мери… Но я привык считаться с мнением отца.
В этом Донован не кривил душой. При всей своей вздорности он всегда в конечном счете делал так, как велит отец. Дэнни уважала в нем эту черту, но сейчас готова была убить его за такое бессмысленное послушание.
Мери расплакалась, и сама Дэнни почувствовала, что слезы наворачиваются ей на глаза. Она подошла к подруге:
— Пойдем отсюда, Мери. Донован, ты еще раскаешься, но будет поздно.
Подруги взялись за руки и уныло направились к выходу. Они сделали все возможное, но что-то не сработало, и, значит, надо примириться с поражением.
— Постойте! — негромко произнес Джейк. Он стоял возле камеры Поттэров, скрестив руки на груди.
Подружки остановились и с надеждой воззрились на своего единомышленника по борьбе с семейными распрями.
— Черт меня побери, если вы не самые упрямые люди, каких я когда-либо встречал! — продолжал Джейк, обращаясь ко всем вместе. — Я хочу сделать такое предложение: Донован и Мери обручаются прямо здесь, сейчас. А затем я всех отпускаю по домам. За исключением Мак'Брайда, естественно.
Дэнни и ее подружка замерли в ожидании, а Бэн нахмурился.
— Ты уверен, что это уже можно сделать? Ведь землемер еще не прибыл, — сказал он Джейку.
— Одному Господу известно, верно ли я поступаю, но, похоже, другого выхода нет. Я и подумал, почему бы хоть раз в жизни не проявить снисходительность к нарушителям спокойствия?
— Шериф, мы, Стормы, готовы к такому соглашению, — заявил Дрейфус.
Однако Шерман Поттэр оказался менее сговорчивым.
— Мне не по нраву эта идея, — заявил он. — Одно дело брак Вильяма с Дэнни: строптивая девчонка входит в мою семью и подчиняется мужу. Совсем другое дело — ваш взбалмошный Дон будет командовать моей дочерью.
— Давайте посмотрим на это с несколько иной стороны, мистер Поттэр, — предложил Джейк. — Молодые люди явно симпатизируют друг другу. Выйдя отсюда, Донован одумается и все равно женится на Мери. Чтобы предсказать это, не надо быть великим психологом. Отцы семейств, затеявшие ссору, могут сейчас благословить их и тем самым хоть немного оправдаться.
— Соглашайся, па! У меня уже нет сил торчать здесь, в неволе, да еще и на этой чертовой пище, — сказал Вильям.
— Минутку! — вступил в оживленную беседу Донован. — Почему никто не спрашивает моего мнения?
