Раскрутив тиски, я поднял почти готовое оружие и потряс его, ожидая услышать лязг и грохот плохо подогнанных деталей, но так и не услышал его. Вполне возможно, что все сработает.
Снова зажав ружье в тиски, я направил его в пулеуловитель и быстренько собрал одну пулю – подхватил турбинку из мешка, запихнул ее в гильзу, поставил патрон пулей вверх в обжимной станочек, взялся за рычаг и потянул. Патрон сжало стальной многоячеистой диафрагмой, обжимая гильзу.
С замершим сердцем я потянул тяги, пока еще лишенные деревянного цевья, открывая затвор, и несколько секунд глупо смотрел на стол, видимый в дыре окошка выброса гильз.
Потом хлопнул себя по лбу и засмеялся – ну конечно, там будет видно стол! А как иначе, если у меня магазин не подсоединен?! Это у нормальных помповых дробовиков с подствольным магазином на просвет затвор не посмотришь, а у меня-то - ущербная помповая Сайга!
Я подсоединил пустой магазин, вложил патрон в патронник… Стоп, предохранитель.
Я схватил нож и метнулся к пулеуловителю, отрезал длинную полоску кожи и обмотал ею предохранитель, придавливая его. После этого привязал к спусковому крючку веревку и только после этого аккуратно и медленно закрыл затвор. Отошел в соседнюю комнату и радостно дернул за веревку.
А ну покажи всю мощь гладкоствола!
Ружье радостно рявкнуло, я побежал обратно.
Оружие было цело. Ствол выдержал, сделанные с большим запасом прочности детали механики – кажется, тоже. Я осмотрел ружье со всех сторон, но так и не нашел ничего критичного. Подошел к пулеуловителю и принялся копаться в слоях кожи, пытаясь найти пулю. Нашел в итоге в самом конце, где она торчала из последнего слоя, основательно деформировавшись о стену и выбив из нее небольшой кусочек. Учитывая то, что после опытов прошлого раза я проложил куски сыромятной кожи войлоком, что по задумке должен был гасить энергию, это было прекрасный результат. Просто великолепный.
Я вернулся к ружью и потянул тяги затвора, открывая его. Нехотя, преодолевая силу трения и сопротивление деталей, затвор все же пошел.
Смазать забыл, блин.
Когда затвор дошел до крайней точки, из окошка выброса гильз вылетела и задорно поскакала по полу гильза. Я подобрал ее и осмотрел.
Гильза была цела, не раздулась, не лопнула. Фрезерованная закраина отлично отработала свою роль, да и в целом гильза выглядела как новая – хоть перенабивай по новому кругу. Только вмятинка на донце и говорила о том, что гильза уже стреляная, да устье было деформировано выходящей пулей, а в остальном, в принципе, при критической необходимости, гильзы действительно можно переснаряжать как минимум один раз.
Я вернулся к ружью, вытащил из тисков и принялся собирать его до конца, прикручивая приклад и цевье, что принесли мне еще раньше ужина. Все красиво встало на свои места, только приклад пришлось немного пошоркать надфилем в месте соединения со ствольной коробкой – что-то мешало. Цевье встало на направляющую для него вообще как родное, стальные тяги своими расплющенными концами расположились точно в предназначенных для них пазах.
Когда все защелки и винты были защелкнуты и завинчены, я отстегнул магазин, взял ружье в походное положение и резко вскинулся, испытывая эргономику получившегося оружия. Вложился в приклад, прочно севший прямо в плечо, глянул вдоль ствола, держа в фокусе крошечную мушку на его конце, повернулся вправо-влево, дернул несколько раз цевьем, имитируя перезарядку, быстро сменил плечо и следом – руки, опустил оружие и вскинул еще раз. Потом пристегнул пустой магазин и проделал все те же операции еще раз.
Было неожиданно удобно. Не AR-15, конечно, но, с учетом длины и немалого веса этой дуры у нее получился неожиданно приятный баланс. Скорее всего, тут виной тяжелый толстый литой ствол, уравновешивающий такой же тяжелый деревянный приклад… Но то ли я забыл вес оружия, то ли еще что-то, но получившееся ружье не казалось таким уж тяжелым. Конечно, с полным магазином будет еще тяжелее, но вряд ли это тоже сыграет решающую роль.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Следующие экземпляры надо будет попробовать делать с зубчатым концов ствола, типа как на ДТК-1. С весом и балансом получившейся ружбайки "корона" на его конце будет очень кстати. Кончились патроны и нет времени перезаряжаться - фигня, длинным коли!
Кстати, о перезарядке.
Я взял еще один пустой магазин, заткнул его за пояс за неимение разгрузки, вскинул ружье, сделал пару холостых выстрелов и приступил к перезарядке. Левой рукой схватил свежий магазин, большим пальцем той же руки нажал защелку, устроенную как и в предыдущий раз - по типу АК, вставил магазин в шахту и по привычке потянулся рукой к кнопке затворной задержки. Даже на страйкбольной реплике я всегда имитировал полную перезарядку своей AR-15, включая сброс задержки.
Надо избавляться от этих привычек - я уже не дома, а в руках у меня не АРка.
Я снова подсоединил пустой магазин, зажал ружье в тиски и сделал еще один пробный выстрел. После этого зарядил патрон в магазин, второй вложил прямо в патронник и сделал два выстрела подряд уже с рук. Ружье ощутимо лягалось, но, благодаря тому, что я знал, как формируется вектор отдачи, и схитрил при проектировании с формой приклада и его шейки, приклад бил почти что перпендикулярно телу, и ствол почти не уходил вверх. Может, это было не очень хорошо для суставов, не привыкших к гашению таких энергий, но зато позволяло эффективно противостоять отдаче просто правильной вкладкой и стойкой.
Я отстрелял еще четыре патрона, и больше просто не смог – из ушей разве что кровь не лилась, настолько громко моя стрелялка ахала, даже несмотря на открытое окно. Надо было выйти хотя бы на открытый воздух для тестов, но мне так не терпелось пострелять, что я не стал этого делать – только и сделал что открывал рот во время выстрелов, чтобы барабанные перепонки не разорвало.
Я попытался лечь спать, но в ушах так звенело и шумело, что заснуть я не смог. Пришлось снова встать и ждать, когда дополнительные звуковые эффекты поутихнут хотя бы немного. Не зная, чем себя занять, я сначала неполно разобрал ружье и почистил его. Хотя драгонит магическим образом почти не оставлял нагара, все равно лучше приучать себя и впоследствии других ухаживать за оружием, это формирует правильные рефлексы. Ухоженное оружие – работающее оружие. А неработающее оружие – бесполезное оружие. Даже не оружие, так, хрень тяжелая и длинная.
Закончив с чисткой, я снарядил все имеющиеся у меня магазины и успел даже повязать на ружье ремень из пресловутого куска кожи. За окном к тому моменту уже была глубокая ночь, в ушах у меня звон и грохот наконец поутихли и я с чистой совестью отправился спать.
Глава 25
Я протянул ружье королеве и довольный отошел прочь, предоставляя ей право выстрелить. Она взяла оружие, неловко приложила прикладом к плечу, дернула, как я показывал, цевье, досылая патрон и вопросительно посмотрела на меня.
Я кивнул.
Бам!
Патронник разорвало, брызнули осколки очков, королева с криком откинула от себя винтовку, прижимая руки к окровавленной щеке!
Я обмер, не в силах двигаться и только мог что наблюдать, как к моей голове несется закованный в железо кулак Аберфорта.
Бам!
Я проснулся.
Я сел, судорожно хватая воздух и держась за голову. В ушах звенело, будто бы я и правда словил мощный хук латной рукавицей. В горле пересохло, я встал с кровати и прошел к столу, чтобы попить воды.
Бам!
Я дернулся от неожиданности, выронил кувшин, так и не сделав из него ни глотка. Керамика печально крякнула об пол, отлетевший черепок царапнул мне ногу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Бам! - снова ударило в дверь, а потом раздались приглушенные расстоянием крики.
Что именно кричали, я не разобрал.
Но это был первый раз, когда я слышал, чтобы в этом замке кто-то кричал.
На всякий случай взяв со стола нож и зажав его в руке, я подошел к двери, прижал к ней ухо и прислушался.
Бам! - снова ударили в дверь с той стороны. А еще я расслышал тихий стон.
