Сначала ее поразила тема. «Пожар как двигатель прогресса». Но еще большую оторопь вызвала фамилия автора. Михаил Комов. Кто бы мог подумать, что человек, у которого огонь отнял самое дорогое, когда-то пел ему дифирамбы…
Глава 19
Уйдя из архива, Катя выпала из научного контекста. Поэтому ей пришлось сначала продираться сквозь исторические парадигмы, дуализм и синкретизм автора. Но суть статьи сводилась к следующему.
Огонь – сила сколь разрушительная, столь же, как это ни странно на первый взгляд, и созидающая. Например, из-за нее Москва стала белокаменной. Пожар 1365 года, возникший от опрокинутой церковной лампадки, до основания истребил Кремль, его стены и башни, посад, Загородье и Заречье, лишив тысячи жителей имущества, скота и крова. Но горожане недолго пребывали в унынии. Кремлевские стены вскоре восстановили и сделали их не из дуба, как прежде, а каменными, чтобы они могли противостоять не только военной силе, но и огненной стихии.
В провинциальных городах такая же картина, правда, на века позже. Пламя уничтожало деревянные посады, после чего на смену постройкам из бревен и досок пришли каменные дома.
Спокойная, размеренная жизнь без потрясений приводит к застою. А на ошибках учатся, приобретают опыт, движутся вперед. Не было бы счастья, да несчастье помогло. То, что в масштабах личности – трагедия, в масштабах истории – урок. Чтобы изобрели сейсмограф, сначала должно было случиться землетрясение.
Катя и сама не поняла, откуда это пришло, но внезапно поняла все. Вернее, кое-что вспомнила, остальное поняла.
Прочитала статью, посмотрела на фамилию автора в свете последних событий, вернее в отблесках пламени, и возникла ассоциация. Пожары – это не всегда плохо, порой даже хорошо. И будто в ее голове разархивировался файл, записанный давно, но именно сейчас ставший актуальным.
Предположение было довольно смелым. И конечно, ее версия требовала проверки, как русские дороги ремонта. Так что Катя едва дождалась утра понедельника, чтобы бегом отправиться на асфальтовый завод, ой, простите, в архив. Кажется, у нее появился повод навестить бывших коллег, а заодно и разоблачить маньяка.
Заведующая читальным залом Нина Федоровна Кате обрадовалась и не стала смотреть на нее косо, обвиняя в измене науке.
– Хорошо, что вы выбрались отсюда, Катенька, – одобряюще улыбнулась она. – Здесь не место молодым хрупким девушкам. Здесь самое место молодым и физически развитым баскетболистам.
– Проблемы с верхними полками? – догадалась Катя.
– Еще какие! В пятницу Надежда Константиновна со стремянки упала, два ребра себе сломала. Производственная травма. Директор в крик: мол, вы мне всю технику безопасности нарушаете! Запретил выдавать документы, лежащие на верхних полках.
– Ой, а ведь там всегда все самое интересное. – Катя знала по собственному опыту. – Действительно, лучше баскетболистов пригласить.
– Чай будете, Катенька? Как раз только заварила, с ромашкой…
– Буду, Нина Федоровна, но сначала мне бы кое-что посмотреть.
– Надеюсь, не с верхней полки?
– Да нет, мне бы на журналы регистрации взглянуть, на заказы.
– И зачем вам это?
– Нужно одного исследователя найти. Поступил заказ на написание родословной, и мне вспомнилось, что попадалась мне на глаза такая тема лет пять назад, – соврала Катя.
– Ищите, Катенька. Помните, где что лежит, или показать?
– Помню, Нина Федоровна.
И Катя получила доступ в свою старую каморку, заставленную стеллажами и насквозь пропахшую стариной. Конечно, ей пришлось покопаться, полистать пожелтевшие страницы, изучить неразборчивый почерк. Но вскоре она получила представление о десяти последних заказах, которые Михаил Комов сделал перед тем, как круто изменить свою жизнь и уйти в бизнес.
И все они касались двух вещей: огня и смерти, пожаров и кладбищ. Вот, например, в 1780 году огонь до основания сжег город N. Кроме документов, где этот пожар подробно описывается, исследователь затребовал подробную схему города и отдельно изучил его погосты.
Именно это Катя и вспомнила. Еще тогда, пять лет назад, была какая-то странность. И она ее даже с кем-то обсуждала. Пожары – это не только плохо, но и хорошо…
Что же это получается? Пироман узнал о теме научного интереса Комова и отомстил ему за что-то таким страшным образом? Или Михаил, что называется, напророчил себе несчастье. Как летчик, который выбирает небо, чтобы погибнуть в нем, как моряк, который любит воду, чтобы однажды захлебнуться. Либо исследование настолько захватило, что превратилось в манию, в навязчивую идею?
В любом случае не осталось сомнений, что кандидат наук и преуспевающий бизнесмен особенным образом связан с поджигателем. Он не просто муж одной из жертв. Здесь что-то большее.
Горячий и ароматный ромашковый чай Нины Федоровны и ее же великолепная память – вот и все, что понадобилось Кате, чтобы найти ответы на многие вопросы.
– Нина Федоровна, вы слышали, что случилось с Михаилом Комовым? – Катя издалека подошла к интересующей ее теме.
– А что с ним случилось?
– В его загородном доме случился пожар. Его жена погибла в огне.
– Вот несчастье! – всплеснула руками заведующая.
– А мне в этом видится что-то зловещее. Помните, он занимался как раз изучением пожаров.
– Думаете, накаркал?
– Но, согласитесь, это немного странный интерес. Я, конечно, понимаю, он готовил доклад для конференции про роль пожаров в истории. И действительно, роль определенная есть. Хрестоматийный пример – пожар Москвы 1812 года, когда подожгли пороховые склады, чтобы не достались врагу. Однако, насколько я помню, Комов потом еще долго этим занимался. Причем от столиц перешел к глухой провинции.
– Катенька, это он не сам. Это все на той самой конференции началось, где Мишаня свой доклад делал. Я тоже там была. Как сейчас помню. Интересная дискуссия тогда возникла, – воодушевилась собеседница. – Парень такой забавный – учитель истории из подмосковной школы – встал тогда и рассказал, что он полностью согласен: пожар – это не только плохо, иногда это хорошо. Лично ему и его ученикам разрушительный пожар помог найти настоящий клад. А дело было так. Они вели раскопки на старом кладбище, пытались найти надгробие одного известного помещика, а вместо этого отрыли сундук с сокровищами. Стали выяснять, откуда взялось богатство. Оказалось, именно от пожара, который выжег их город в восемнадцатом веке. Городок был деревянным, пламя перекидывалось от дома к дому. Люди в панике бежали прочь, не зная, где укрыться, чтобы не попасть в огненную ловушку. Спасение нашли на кладбище, где нечему было гореть. Там, как известно, только мать сыра земля, ей пламя нипочем. И вот после того пожара люди устроили на погосте что-то вроде тайников. Чтобы лихорадочно не выносить скарб из огня и дыма, лучше заранее схоронить все ценное на случай новой огненной напасти. В отсутствие огнетушителей и пожарных инспекторов очень разумно заранее подготовиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
