что старшая повелела. У Ольги Фёдоровны яйца покрепче твоих будут, для Новы княжна — альфа-самка. Хочешь субординации и беспрекословного подчинения, презентуй дар в знак внимания, а затем вызови на поединок с голым торсом — так ты выразишь намерения. Вот и всё, в принципе.
— Что ещё за дар? Оружие, что ли? — Шорох озадаченно поскрёб затылок.
— Ты на её хвост и когти погляди, на кой ей твои железяки! Дамы любят цветы и сладкое! Букета у тебя нет, а вот глюкозы более чем предостаточно. Сахар, повидло, шоколад. Дерзай, покуда время есть. — Безобразов со скучающим видом откусив батончик, отвернулся, пряча гаденькую ухмылку.
— Лейтенант, что с дверью? Долго ещё тетёшкаться будете?
— Никак нет, господин полковник! Минут десять-пятнадцать, не больше! Сталь чересчур толстая, плазма с трудом берёт, третий баллон спалили, но осталось всего ничего. Парни, поднажмите, не жалейте закиси! Сделаем в лучшем виде, командир!
Нова тем временем, бесшумно подступив к вояке, стряхнула нанизанные на жало окровавленные сердца, а затем, отойдя в угол, стянула с гибкого тела напрочь изорванный «Мародёр». Разведка боем далась нелегко. Девица, бесшабашно выйдя из режима маскировки, вступила в схватку сразу с двадцатью боевиками неприятеля, за что едва не поплатилась жизнью. У троих вражеских воинов сыскался немалый запас пуль истинного серебра. Бронекостюм не устоял, а вот чешуйчатая кожа магический боеприпас держала уверенно.
Но с физикой не поспоришь: одна из пуль угодив в голову, вызвала сильное сотрясение мозга и краткосрочную потерю сознания. Нову спас случай, а точнее, далёкий взрыв, спровоцировал сумятицу во вражьих рядах. Нескольких секунд анчутке хватило, чтобы прийти в себя, собраться с силами и закончить начатое.
Выдрав сердца троих невезучих стрелков, Нова воротилась к своим с победой. Слова парня заставили девушку украдкой улыбнуться. Бритый наголо суровый человек ей сразу пришёлся по вкусу. В нём чувствовались сила и опыт. Недурной самец — для продолжения рода идеально сгодится. Не так красив, как хитрый мальчишка, но тоже ничего. Нова, ещё раз тщательно проверив физическую совместимость, скрупулёзно фильтруя феромоны органами обоняния, приняла решение поддержать игру Безобразова.
У полковника изначально не было шансов не то что победить, а даже продержаться десять секунд в схватке против шустрой бестии. Сбросив с плеч испорченный бронекостюм, девушка беззастенчиво поменяла боевую форму на привычную человечьему глазу. Крепчайшие чешуйки встопорщились, костяные пластины, видоизменившись структурно, скрылись под кожей. Гребень на спине разгладился, будто его и не было. Жало втянулось в хвост. Пилообразные зубы поменяли форму, лишь острые клыки остались прежними. Поглядев на сталистого цвета когти, девица убрала и их. Трансформация тела заняла несколько секунд, но от пытливого взгляда Шорохова смена ипостаси не укрылась.
— Роман, чего это она? — Рот мужчины приоткрылся от удивления.
— Мне-то откуда знать? Не думал, что Нова может менять личину по своему усмотрению. Командир, забудь, что я тебе сказал!
Шорох пропустил слова княжича мимо ушей: внимание целиком захватило странное юное создание, одновременно прекрасное и отталкивающее. Когда-то давным-давно, будучи огольцом, он не раз слышал от деда-дьяка байки о демонических суккубах, способных одним взором покорить сердце самого стойкого мужа. Но и думать не думал, что доведётся повстречаться с инфернальным отродьем лично.
Рука закалённого в боях солдата невольно потянулась к магнитным закрепам. Повинуясь мысленному приказу, сработала сложная автоматика, считывающая информацию напрямую из нервных импульсов.
Рукоять «Скорпиона» ударила по ладони, но полковник не заметил боли. Взгляд огромных янтарных глаз богомерзкого создания Ольги Кровавой будто в душу проник, напрочь смывая горечь предательства Евдокии, которая предпочла молодого повесу. До этого момента полковник думал, что влюблён в княжну, но как же он заблуждался!
Нова изящной походкой подошла к тактическому рюкзаку, порывшись в объёмистых внутренностях, по-человечески вздохнула.
— Если сменку ищешь, то нет ничего, запасные комплекты у Ольги в хранилище. — Безобразов, памятуя о том, что прямой взгляд способен вызвать агрессию, скосил глаза от греха подальше.
— Ольга. Хранилище, — повторила Нова вслед за княжичем осипшим, но красивым контральто.
Соляными столбами застыли все без исключения. Занятый вскрытием гермодвери боец выронил из рук плазменный резак, у прочих от изумления расширились глаза.
— Ты говорящая? — выдавил из себя Роман не менее охрипшим голосом.
— Больно. Учусь. Мать вещает мыслями. Вы слепые. Глухие. Тяжело. — Девица, закашлявшись, сплюнула на бетонный пол сгусток голубой крови.
Полковник и думать забыл о недавнем кратком приступе ненависти ко всем демоническим существам. Вытащив из армейской аптечки фиал с чёрной жижей, протянул скривившейся от боли Нове. Анчутка, отрицательно покачав головой, отвернулась, пытаясь скрыть розовый румянец и лёгкую улыбку: прикусить язык острыми зубами было совсем не трудно.
— Не робей, девочка, держи, по доброй воле даю, тебе нужнее! — Шорохов едва ли не силком вложил ценный флакон в ладонь ящероподобной девы.
— Добрая воля? Подарок? — прошептала одними губами Нова. — Ты выбрал, человек. Я выбрала. — Проглотив зелье залпом, уже без хрипотцы в голосе промолвила: — Поединок. Готовься. Минута.
— То есть «выбрала»? В смысле? — В глазах Шорохова мелькнуло понимание.
— Ты выбрал, человек. Отказ — смерть. Поражение — смерть. Победа — награда.
— Остынь, девочка, я ничего и никого не выбирал! Ты неверно меня поняла!
Шорох медленно опустил руку к бедру. В тот же миг хвост Новы, сжавшись в пружину, выстрелил в недоумённое лицо воина. Острое ядовитое жало замерло в миллиметре от расширенного зрачка.
— Выбор сделан, человек. — В голосе Новы прозвучали стальные ноты.
— Сорян, командир. Кажись, правила изменились. Я думал, ящерка тебе в панамку насуёт, а тут вона как вышло. Не обессудь, старина! — Княжич, подавив смешок, виновато пожал плечами.
Полковник, взвившись на месте, попытался сделать шаг в сторону шутника, но не успел. Скала, будто живой исполин, застонала, а затем по всей структуре камня прошла мелкая дрожь. Бетон стен, потолка и пола покрылся трещинами.
— Мать. Магия. Чувствую силу. — Анчутку будто переключили: задорные искры в глазах потухли, чешуйчатое лицо стало отрешённо серьёзным.
Споро подступив к ничего не понимающим бойцам, жестом, не терпящим
