матери.
Та неопределенно хмыкнула и пошла к двери.
Лейла пристроилась на диване рядом с Минни.
– Забавная у тебя мама, – сообщила она, зевая и роняя голову на плечо Минни. – Думаешь, она всерьез говорила все это насчет любви и прочего?
– Не знаю, – ответила Минни. – Но она ведь вышла за моего папу, а он вряд ли похож на твоих типичных романтических героев, да?
Они захихикали.
Когда они решали, какой фильм посмотреть следующим, зазвонил телефон Минни. Номер был незнакомым.
– Алло? – осторожно произнесла Минни.
– Это Минни?
– Да.
– Это Тони. Из школы.
Тони Гринтон! Минни узнала его голос. Он был одним из самых популярных мальчиков в этом году.
– Тони Гринтон, – одними губами сообщила она Лейле.
С чего вдруг Тони Гринтон вздумал звонить ей? Минни сидела позади него на уроках математики. Она изучила его шею лучше, чем свою собственную. У него были прекрасные каштановые волосы, снизу подбритые, и между щетиной и густыми волосами проходила четкая линия. И Минни частенько на уроках математики гадала, что бы она почувствовала, если бы провела ладонью по этой щетине и вверх по волосам. Как-то раз она подняла телефон, который Тони уронил на пол. Он сказал «спасибо».
– Привет, Тони! – пропищала Минни и тут же зажала рот ладонью.
– Мне твой номер дала Линн. Мы ведь в одном классе по математике, да?
Минни чувствовала, как ее глаза все расширяются и расширяются, когда она пыталась передать свое волнение Лейле. Та подпрыгивала на диване, бесшумно аплодируя. Потом она жестом предложила Минни держать телефон так, чтобы можно было слушать вместе.
– Ну… у меня тут возникла математическая проблема, и я понадеялся, что ты поможешь ее решить. Ты ведь сильна в математике, да? Линн сказала, что ты не будешь против.
В трубке слышался шум. Похоже, Тони находился на какой-то вечеринке.
– Ну да, – растерянно произнесла Минни.
– Сколько человек может уместиться в машину «Мини Купер»?
Минни услышала смех; другие люди слушали их разговор.
– Рекорд – двадцать восемь человек! – крикнул мужской голос.
– Хочешь этот рекорд побить? – пропел Тони сквозь смех.
– А пошел ты, Тони! – рявкнула Лейла, выхватывая у Минни телефон и прерывая вызов.
Минни побледнела. Ей бы следовало давно привыкнуть к этой шутке, но она продолжала причинять ей боль, в особенности когда исходила от кого-нибудь вроде Тони.
– Не позволяй им расстраивать тебя, Мин, они же просто мальчишки!
Лейла покачала головой. Тут звякнул ее собственный телефон, и она нахмурилась, посмотрев на пришедшее изображение.
– Что там? – спросила Минни.
Лейла повернула телефон. Ей прислали фотографию Дэна Дитона, целовавшего Лору Кросби. Лейла и Дэн не были настоящей парой, но они несколько раз целовались, и Минни знала, что подруге он нравится.
– Да пошел он, пошли они все! – сердито бросила Лейла, потирая глаза кулаками. – Знаешь, когда я встречу правильного парня… я имею в виду настоящего мужчину, а не одного из этих школьных балбесов… Так вот, когда я встречу настоящего человека, он будет верить в романтику, он будет знать, что это важно. Жизнь не может состоять из простого спаривания. В ней должно быть нечто большее, так?
Говоря это, Лейла смотрела на Минни страдальческими щенячьими глазами.
– Конечно, – согласилась Минни. – И не слушай мою маму, она просто старая и озлобленная.
– Да, и когда правильный человек попросит меня выйти за него замуж, я хочу, чтобы он устроил настоящую диснеевскую сказку. Чтобы были единороги, и голубки, и весь этот чертов диснеевский праздник!
– Ты что, хочешь выйти замуж за гея? – засмеялась Минни.
– Может быть, – ответила Лейла, и боль наконец ушла из ее глаз.
Она встала и закружилась по комнате, захваченная воображаемой картиной будущего предложения руки и сердца.
– Он промчится по цветущему лугу на единороге, как рыцарь в сияющих доспехах, и вокруг будут кружить голубки, русалки и крольчата, и все будут петь, как в «Зачарованной». И будет пикник, и все мои любимые вкусности, в особенности «Нутелла», и он привезет для меня пышное голубое платье, как у принцессы. Я надену его и буду выглядеть фантастически, а он скажет: «Лейла, я люблю тебя. И если тебе нужна волшебная сказка, я подарю ее тебе». И я буду есть печенье «Нутелла» в этом чертовом платье принцессы, и скажу: «Да, черт побери!»
Минни хохотала:
– А знаешь, что смешно? Вот точно так мой папа делал предложение моей маме!
Третье февраля 2020 года
– Русалки? – спросил Алан.
– Поющие кролики? – удивилась Бев.
– Ты ведь знаешь, что ничего такого не существует? – медленно произнесла Флер, глядя на Минни так, словно у той вдруг вырос второй нос.
– Послушайте, я понимаю, что это звучит странновато, но она рассказывала мне, как представляет себе идеальное предложение руки и сердца, когда нам было по семнадцать лет. Это символически, но поверьте, ей это понравится!
Минни, Флер, Бев и Алан сидели вокруг кухонного стола в «Ничего трудного». Минни собрала тайное совещание по поводу плана идеального обручения Лейлы. И еще она подумала, что это добавит всем позитива, перед тем как придется заговорить о закрытии предприятия.
– Такая миссия нуждается в секретном кодовом названии, – решил Алан. – Как насчет «Операция „Я это сделаю“» или «Операция „Единорог“»? Ну, такое, которое мы можем упоминать так, чтобы Лейла ничего не заподозрила?
– Думаю, Лейла сразу что-нибудь заподозрит, если мы начнем пользоваться странными названиями, – возразила Флер, выковыривая изюм из хлеба, который Беверли испекла для них этим утром. – Мой двоюродный прапрадед был кем-то вроде шпиона в России и уже почти готов был убить Сталина, но тут вдруг у него началась жуткая аллергия на пшеницу, так что ничего не вышло. Кажется, у него была кличка Багет или что-то в таком роде, и выглядело это даже иронично, потому как именно хлеб и был единственным, что не шло ему на пользу.
– А что, если мы назовем нашу миссию «Операция „Дядюшка“»? – предложил Алан. – Я спокойно могу сказать: «Моему дяде нужно кое-что сделать», ну и так далее. Это ведь прозвучит совершенно естественно в разговоре, да? – Алан крутанулся на барном табурете.
– Или мы можем наладить между собой мгновенную связь по телефонам через WhatsApp, и тогда вообще обсуждать что-то вслух не придется, – заметила Минни.
Она уже начинала жалеть, что попросила их помочь. До сих пор никто не предложил ничего дельного относительно того, как осуществить ее план.
– Мой бывший инструктор зумбы работает в костюмерном отделе Королевской шекспировской компании… Он, наверное, может дать напрокат костюмы, – внесла свою лепту Флер и добавила: – А у моего астролога есть лошадь в
