дверь, а следом за ними и Максим тоже. Сдать экзаменационный лист секретарю ведь много времени не занимает. В коридоре и встретились. На лице одного из исключенных (а по факту, они именно исключенными уже и являлись, просто документ об этом будет выпущен чуть позднее) блестели крупные слезы, да и другой, утешающий, своим скорбным ликом запросто мог все молоко прямо у коров в вымени в простоквашу превратить.
- Господа, простите за нескромный вопрос, а вам вообще есть куда пойти? – Вот словно щелкнуло что-то в голове, задал этот вопрос.
- Простите, милсдарь, это не ваше дело. – Угрюмо отозвался тот, что просто хмурый стоял.
- Возможно, что и так, а возможно, что и очень даже мое, если вдруг у вас нет на примете дела, которым вы бы планировали заняться.
- Меня отец на порог не пустит! – Со всхлипами выдал второй. – Я и так отказался в военное училище по его стопам поступать, а тут еще и это. Скажет, статские тупицы в моем роду не нужны.
- А я сам своим родителям на глаза не покажусь, потому что гордость имею. – С вызовом, в такт рыдающему, произнес второй.
- Тогда где бы мы могли уединиться, чтобы я изложил вам свои предложения, возможно они вам по душе придутся.
Много ли в Райском саду времени понадобилось Змею, чтобы совратить Еву, убедив сорвать яблоко с древа Познания? Максиму понадобилось не намного больше. Перенос в иной мир, он замечательным зарядом убеждения обладает. Оба парня согласились войти в дружину Максима. Это ведь для них был чуть ли не единственный шанс показать родным свою состоятельность, как достойного сына и просто человека. Просто, чуточку изменилось расписание для достижения ими поставленной при поступлении в институт цели. Экзамены на инженера путей сообщения ведь можно сдать и экстерном. Правда, денег такой способ потребует конских. Ну, и способностей к запоминанию массивов информации тоже немалых. И все это им пообещал предоставить Артемьев. Деньги – в качестве платы за добытое мясо и по итогам возможных боестолкновений с врагами, а способности к запоминанию – так соответствующее заклинание на что? Заодно и Максим потренируется как в наложении заклинания, так и в качестве учителя по всем институтским предметам разом. В учебниках же далеко не все моменты внятно раскрыты. Парни сразу же и кинулись придумывать, как будут своим семьям письма отправлять, о том, что с ними все в порядке, и они прилежно грызут свой гранит науки. А на грозящие опасности для жизни они и не обратили внимания вовсе, хотя Максим и про эти опасности все подробно расписал. Ну, не верится молодости, что все ее существование отнюдь не навсегда.
После окончания сессии закономерно наступают каникулы. У Максима Артемьева они тоже наступили, и перед ним в полный рост встал вопрос, на что же потратить эти замечательнейшие десять дней своей жизни. Первым делом хотелось, конечно, побывать дома. Очень соскучился по семье. С другой стороны, прибавка числа охотников привела к добыче большего количества мяса, а сбыт и так уже находился на пределе. Нет, можно было, конечно, и цены сбрасывать, у его-то товара цена была чуть ли не копеечная, но ведь так можно и на ответные реакции конкурентов, почувствовавших себя ущемленными, нарваться. Словом, одно к одному. Ведь можно не весь путь до дома одним прыжком преодолевать, а постепенно, передвигаясь на поезде, и выходя на наиболее крупных станциях типа Москвы, Ярославля и что еще там при движении на поезде проезжают. Пару-тройку драгоценных дней потратить, зато и проблему со сбытом разом решить. Точнее, не совсем сразу, пока еще их Аграфена нужные связи на рынке наладит…. Но все равно, свет в конце тоннеля появится.
Собственно, поступил по задуманному. Ну, частично. Терпения не хватило весь путь до дома в поезде проделать. Достиг Москвы Златоглавой, вышел из вагона, доехал с извозчиком до Большой Сухаревской площади с бесчисленными, тянущимися куда-то вдаль рядами палаток и понял, одного Сухаревского рынка им для сбыта получившегося избытка мяса еще надолго хватит. А ведь имеются здесь и еще Немецкий, Болотный, Полянский рынки, не говоря уже про Вербный торг на Красной площади. Короче, торговать, не переторговать, а потому просто отыскал местечко поукромней, да к родному дому и шагнул.
Сеновал встретил блудного младшего хозяина ароматами высохшей травы и легкого морозца. Разумеется, никого их родных здесь в этот час не обнаружилось, потому направился в дом.
- Максимка приехал! – Заливистый вопль кажется Дашки. Вот ведь, меньше полугода дома не был, а уже голоса близняшек путать начал. Впрочем, через мгновение обе они в едином порыве мчались к нему обниматься. Напрасно думал обнаружить сестренок при следующем приезде чопорными девицами, все такие же круть-верти, хохотушки.
В Максимов походный мешок с гостинцами для всей семьи чуть с головой не нырнули, пытаясь первыми рассмотреть все привезенные подарки. А подарки были что надо! По деревянной кукле каждой. Да не чурочке какой, а с подвижными руками и ногами на шарнирах, еще и в нарядные иноземные платья наряженные. Ну, и сверточек с обрезками тканей, чтобы, значит, могли еще дополнительные наряды попытаться сами сшить. Сам Максим никому не признался, но на покупку именно этих кукол его Мария надоумила, когда гуляли с ней по столичному «Пассажу». Разумеется, не сестрам посоветовала купить, а просто посетовала, что в ее детстве такой красавицы у нее не было. Понятно, дорого эти гостинцы встали, но не дороже денег же. А с подарком матери сильно мудрить не стал. Большой Оренбургский пуховый платок – он не только статусное украшение даже очень богатых горожанок, и даже титулованных дворянок, но и просто тепло и мягкость дарит, что на холодных просторах Российской империи порой и летом отнюдь не лишним бывает. Ну, и отчиму подарок тоже привез. Револьвер с серебряной насечкой и щечками на рукоятке, вырезанными оленями изукрашенными. Очень неоднозначный подарок, но почему-то чувствовал, что в потихоньку складывающейся в стране обстановке такой в доме вовсе не лишним будет.
- Я почему-то и не слышала, как калитка хлопнула. – Пожаловалась мама, тоже, в свою очередь, выходя к сыну.
-Так я и старался открывать и закрывать ее потише. Сюрприз вам хотел сделать. – Мгновенно нашелся сын, вручая ей ее подарок.
- Вот уж точно сюрприз! – Довольным голосом отозвалась мать, накидывая себе на плечи привезенную Максимом обнову. – В таком только гостей встречать.
А потом все сели пить чай. Включая Ваську,
