забегал вперед и заглядывал Соне в лицо. Его толстые губы улыбались, а нос забавно морщился.
- Что тебе? - спросила наконец молодая женщина у негритенка.
Тот не отвечал, но продолжал кривляться и крутиться под ногами.
- Ты чей? - вновь заговорила с ним Софья Васильевна.
Негритенок не ответил, но вдруг незаметно сунул ей в руку записку и тотчас убежал сломя голову. Девочки не заметили его маневра, а тетушка мгновенно спрятала письмо в муфту, подаренную ей Сашенькой. Соня теперь одевалась иначе: кое-что ей перешло от Сашеньки, которая взялась полнеть в связи с ее положение, а что-то нашила портниха Марьи Власьевны. Теперь на Соне была чудесная песцовая шубка и кокетливый меховой капор.
Вернувшись домой, молодая женщина тотчас поднялась к себе Дрожащими руками она развязала ленты капора, скинула шубку. С невольным трепетом распечатала таинственное письмо.
" Соня! Соня! Я схожу с ума! Спасите меня, это в вашей власти. Простите мою дерзость: я смел предлагать вам свидание! Я совершенный дурак, коли подумал, что с вами возможно так обращаться. Меня извиняет лишь то, что я страшился потерять вас навсегда.
Соня, я не знаю, что сталось со мной. Верно, это воздаяние мне за прежние грехи. Я не могу без вас жить! Уехать тоже не могу, уже пробовал. Вернулся с полдороги, потому что здесь осталось мое сердце. Что же делать мне, скажите, ведь вы любите меня. Не отпирайтесь, любите. Я давно это знаю.
Тогда что же мешает нам соединиться? Вам запрещают видеться со мной? Но вы не ребенок. Что дурного в нашей любви? Она давно могла осуществиться, не будь я так глуп и не уважай так ваш дом. Соня, вы должны принадлежать только мне! Что вам за дело до вашего кузена и других? Дайте мне надежду, Соня, или я наделаю пропасть глупостей и ошибок. Я ничего и никого не боюсь, пусть меня вызовут, так будет даже лучше! Лучше умереть на дуэли, чем так страдать, как страдаю я теперь!
Спасите меня, любовь моя. Я жду вашего ответа. Эзоп доставит мне письмо. Он будет стоять под вашими окнами..."
Соня подскочила к окну и посмотрела вниз, на улицу. Там, спасаясь от мороза, скакал на месте и стучал рукавицами, маленький негритенок. Завидя ее, он растянул в белозубой улыбке одеревеневшие губы.
- Что за оказия! - рассердилась Соня. - Он и впрямь сошел с ума!
Она дала знак Ззопу, чтобы тот шел прочь. Однако арапчонок продолжал улыбаться и кивать на манер китайского болвана. Мальчишка уже изрядно замерз, но не собирался уходить. Делать нечего, Соня взялась писать ответ.
"Как вы посмели прислать мне столь дерзкое письмо? Ваше предложение оскорбительно для меня. Кто дал вам право обращаться ко мне в подобном тоне? Я не верю вам, ваше сиятельство, вы однажды жестоко обманули мою семью. Оставьте меня, или я буду вынуждена прибегнуть к защите".
Молодая женщина огляделась вокруг в поисках груза для записки, и взгляд ее упал на крохотную фигурку бронзового ангелочка, которого она отчего-то любила. Соня обернула ангелочка запиской и открыла форточку. Негритенок заметил ее маневр и подскочил поближе. Ангелочек прилетел прямо в руки ловкого бесенка. Он тотчас бросился наутек. Теперь следовало проверить, не заметил ли кто-нибудь в доме происходящее за окном. Она заглянула к девочкам. Те увлеченно играли в куклы. Спустившись вниз, Соня отыскала Сашеньку и Биби в кладовой. Дамы делали ревизию припасам. Владимир уехал к должности, Миша с утра в пансионе. Прислуга занята. Все свидетельствовало о том, что никто из домашних не посвящен в Сонину тайну.
- Смею надеяться, что теперь уже конец, - произнесла вслух девица, вернувшись в свои пенаты.
Она села у окна, еще раз перечитала письмо и глубоко задумалась. Покоя не было в ее душе. Софья Васильевна чувствовала себя преступницей. Без ведома Владимира она вступила в переписку с чужим мужчиной. Она скрыла объяснение с князем, и все, что происходило теперь в ее душе, тяготило бедную девицу. Она винила себя в том, что забросила дом, что отдалилась от детей и беременной Сашеньки. И вовсе уж мнила себя предательницей по отношению к Владимиру. Ведь он всегда был для Сони единственным мужчиной, другом и братом. Теперь же все помыслы девицы связаны с другим мужчиной, и нет надежды, что наваждение пройдет. Князь Горский завладел ее душой, и борьба Сони с его властью покуда не принесла плодов.
- Как мне забыть тебя? - прошептала влюбленная дева, поднося к губам записку князя. - Зачем ты так жестоко шутишь со мной? И даже если правда все, что ты пишешь, для меня это оскорбительно. Князь, вы обращаетесь ко мне, как к презрительной женщине. Коль скоро вы любите меня, отчего не просите у Владимира моей руки?
От этого предположения Соне сделалось еще хуже. Она знала, что Владимир не пустит на порог человека, обманувшего его однажды. Как ни прикидывай, оставалось одно - забыть! Но как? Где найти силы не отвечать на его зов?
Пускай он обманывает, пускай обманывается сам, что если кинуться в этот омут, забыть обо всем, а после - хоть потоп? Сердце бедняжки затрепетало от воображаемых картин.
- Нет, - твердо ответила Соня соблазну. - Это дурной путь. Владимир выгонит меня из дома и будет прав. И князь не станет со мной церемониться. Удовлетворив самолюбие, он станет презирать меня... Значит, забыть...
ГЛАВА 6.
1.
- Барыня, извольте выдать денег кухарке, в доме припасы все вышли! Грубо тормошила горничная Амалию Штерич.
- Оставь меня. я все уже дала! - отмахнулась госпожа Штерич, которая жестоко страдала от головной боли. - Где Турчанинов? Скажи ему, что у меня опять мигрень.
- Не мудрено!- огрызнулась прислуга. - Где это видано, столько пить!
Она указала на остатки вчерашнего пиршества.
- Поди вон! - простонала Амалия.
- Денег дайте, так и пойду!
Амалия поняла, что ей не отвязаться от назойливой девки. Насилу она поднялась с кровати и взяла из комода резную шкатулку красного дерева. Преодолевая головокружение, дама села и открыла шкатулку. Там было пусто.
- Где деньги? - удивленно уставилась Амалия на дно шкатулки.
- А я почем знаю? - грубо ответствовала горничная.
- Кроме тебя сюда никто не входит! - завизжала дама в истерике.
- А вот и нет! - ничуть не смутилась горничная. - По ночам кто только не шастает. Вот у них и
