— Итак, — заговорила она, обращаясь к Гримбольду, — ты полагаешь, что в закрытии врат и в смерти Озеона повинен Ильдран?
Разве ты считаешь, что это невозможно? — ответил он вопросом на вопрос.
— Невозможно? Нет, скорее маловероятно. Речь идет не только о Корсандре, ллан Гримбольд. Алскег, Перан, Саутвелл, Хайферн — на всех вратах Гителена лежит заклятие. На всех. У наших бардов есть одна или две песни об этом Ильдране и его силе. Но сложно представить, что она так велика. Он из мьюриан, но он не бог. Или он обрел божественное могущество?
Боюсь, это близко к истине. В том, что произошло, видна его рука. То, что, по твоим словам, случилось с Озеоном, слишком похоже на кошмар, грозящий Таленин и постигший Гверинн, сестру Хорна. Таленин спасло только вмешательство Пеналюрика. Ты испытывала заклятие Корсандры?
— Да, — медленно произнесла леди Сиан, — и оно могло быть наложено Ильдраном, но чары слишком сильны, намного сильнее любого волшебства мьюриан.
— А ты полагаешь, что сначала мы должны освободить Пеналюрика? — спросил Котвас Холдмастер.
Если те немногие легенды, которые повествуют о веррнах, не обманывают нас, значит, Пеналюрик однажды уже победил Ильдрана. Он знаком с Повелителем Снов. Возможно, только он один, а я боюсь, что так оно и есть, способен снова справиться с ним.
— Тарин Велдвен живет в Голдингхолле, — заметила леди Сиан и непроизвольно потерла пальцами виски.
Это далеко?
— Два дня верхом, — ответил Дайан Харпер.
Нет ли более быстрого способа туда добраться?
Сиан вздохнула:
— Неделю назад при помощи врат мы могли бы перенестись туда с быстротой мысли. Сейчас вынуждены передвигаться гораздо медленнее. Но у меня есть скакуны, которые смогут преодолеть это расстояние вдвое быстрее. Если мы имеем дело с Ильдраном, в скором времени на Гителене следует ожидать его самого или его посланников. Он намеренно погубил Озеона. Намеренно заколдовал врата. И если он охотится за Таленин, как ты говоришь, то непременно явится снова. Но почему он так неотступно ее преследует?
Все взоры снова обратились на Минду, что привело ее в крайнее смущение. Она заерзала на сиденье из корней, пытаясь сообразить, что ответить.
Она удивлена этим не меньше, чем мы, сказал Гримбольд.
— Есть еще вопросы относительно меча, — добавила Танет, впервые взяв слово.
Минда озабоченно взглянула на нее. После схватки у Джазелхенджа и путешествия в бездне Танет все еще выглядела осунувшейся и бледной.
Меча и музыканта со свирелью, добавил Гримбольд.
Сиан задумчиво кивнула.
— Могу я посмотреть на меч?
По совету Гримбольда Минда принесла меч с собой. Теперь она достала его из ножен и положила на стол перед леди Сиан.
— Осторожнее с ним, — предупредил Кэмлин, вспомнив эльфа, который пытался подобрать меч у Корсандры.
— Оружие ни разу не причинило мне вреда, — заметил Маркдж'н.
Леди Сиан внимательно изучила клинок, затем медленно провела над ним руками. Голубые искры рассыпались по лезвию.
— Это меч Туатанов, — сказала леди Сиан, подняла клинок и повернула его перед собой. — Он никогда не причинит вреда истинному другу его владельца. На лезвии видны письмена, но я не могу их прочесть. Этот язык очень древний, я не знаю его. В данный момент оружие предназначено Таленин. Интересно, кто владел им в прежние времена?
Леди Сиан передала меч Минде. Танет внимательно осмотрела изображенные на лезвии символы, но покачала головой.
— Похожие письмена мне приходилось видеть, — сказала она. — В Вистлоре их называют языком богов, но никому еще не удалось их расшифровать.
— Меч Туатанов, — пробормотал Котвас. Холдмастер наклонился вперед, подперев подбородок рукой, и тоже осмотрел меч. — Тогда, возможно, мы имеем дело с Дакетами, а не с Ильдраном.
Гримбольд покачал головой:
Вряд ли. Мне приходилось сталкиваться с заклятиями Дакетов, но в этом случае я не узнаю их почерка. Боги больше не посещают Мидволд. У них есть собственные царства, кроме того, существует Договор.
— Договор нарушался и раньше, — сказала Мерривел Харпер. — Если верить старинным балладам и сказаниям, в Мидволде появится Дакет, и против него непременно выступит кто-то из Туатанов. Равновесие должно сохраняться.
Да, я помню, ответил Гримбольд. Но эти сказания очень стары. Богам необходимо наше поклонение. Они не станут нарушать Договор и рисковать существованием Множества Миров. Если Вейдернесс падет, то кто будет им поклоняться?
Сиан покачала головой:
— Пути богов неисповедимы. Но одно мы знаем точно: веррны вовлечены в эту борьбу. И что бы ни говорили в Вистлоре относительно их принадлежности к роду Киндредов, они в первую очередь потомки Увенчанного Рогами. Если вам требуется еще доказательство, то им может служить встреча Таленин с ВеррнАрлом.
— Во сне, — заметил Котвас.
— В силонеле, — поправила его Мерривел. — А это совсем не одно и то же.
— Даже если и так, — сказала Сиан, — не стоит преуменьшать значения сновидений. Сны погубили моего брата, а Ильдран зовется Повелителем Снов.
Вернее было бы звать его Повелителем Иллюзий, сказал Гримбольд.
— Не имеет значения, как мы его назовем, — возразила леди Сиан. — Озеон был убит во сне, когда он, как считалось, находился в безопасности, в своей постели в Эленвуде. Так что я согласна с тобой, Гримбольд. Надо обратиться к Тарин, Пеналюрика необходимо освободить. Неспроста Ильдран заточил его в камень. Мне кажется, Повелитель Снов боится предводителя мьюриан. Одного этого достаточно, чтобы мы предприняли все возможное.
— Но врата заколдованы, — возразил Кэмлин. — Как мы можем освободить его, если даже не в состоянии до него добраться?
Слова Хранителя Врат сопровождались одобрительными кивками остальных членов совета. Минда устала. Совет продолжался уже много часов, и она едва улавливала нить рассуждений. Для нее все казалось просто: найти Тарин, выяснить у нее путь на Вейр, вызволить Яна, остановить Ильдрана. При чем тут происхождение мьюриана? И какая разница, участвуют во всем этом боги или нет?
— Есть еще кое-что, — заговорила она, нарушив общее молчание. — Ян сказал, что это поможет мне попасть на Вейр.
Она вытащила из кармана мешочек с камнями и высыпала их на стол. Они со стуком покатились по деревянной столешнице и привлекли всеобщее внимание.
Никто из нас не имеет понятия, как ими пользоваться, резко возразил Гримбольд. На врата наложено заклятие, и неизвестно, что ожидает нас за пределами Гителена. Последствия такого необдуманного шага могут оказаться роковыми.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
