Хамуду!
— Открыть ворота!
Тяжелые, окованные бронзовыми листами ворота распахнулись. Колесница князя первой въехала в город.
— Рад приветствовать славного князя в городе Крокодила!
— Твоё лицо кажется мне знакомым, — Янис приказал вознице остановить колесницу. — Я знаю тебя?
— Ныне я сотник при воеводе Шалике. Я сражался рядом с князем в последней битве.
Янис не любил вспоминать об этом неудачном эпизоде своей жизни и поморщился. Сотник понял, что допустил бестактность.
— Прошу простить своего слугу, славный князь.
— Ничего. Ты не виноват, сотник. Где Шалик? Отчего не прибыл встречать меня?
— Воевода с отрядом отбыл к нижнему городу. Там ночью взбунтовались ремесленники.
— Что? — удивился князь. — Бунт?
— Точно пока никто ничего не знает, князь. Но верхний город надежно защищен.
Янис приказал вознице править дальше и подал знак отрядам двигаться за своим знаменем. Колесницы ливийской гвардии входили в город Крокодила.
Командир ливийцев поравнялся с колесницей Яниса и задал вопрос:
— Что сказал страж у ворот, господин? Я слышал его слова о бунте?
— Ничего страшного. Ремесленники черного города проявили недовольство.
— Тогда нам стоит спешить туда.
— В нижнем городе колесницам не развернуться.
— Я могу сойти с колесницы и взять с собой двести бойцов.
— Не думаю, что ливийскому войску придется вступить в бой сегодня. Я берегу вас для сражений с регулярной армией Южного Египта…
****
Дом Крокодила.
Крокодилополь.
Дворец номарха Себекхотепа.
Преображение проклятой.
Женщина в темной накидке явилась Верховному жрецу бога крокодила. Кемес был поражён видением и дотронулся до призрака. Его пальцы прошли сквозь «тело», не встретив сопротивления плоти. Перед ним был не человек!
— Кто ты? — спросил он.
«Это сейчас не так важно, жрец!»
— А что сейчас важно?
«Атла!»
— Атла? Финикиянка слишком понравилась князю.
«Она желает тебя убить. Впрочем, ты и сам ждёшь скорой смерти, Кемес!»
— Смерть более не пугает меня. Но повтори, сказанное тобой?
«Атла желает умертвить тебя своими руками!»
— Атла? Она разве сможет убить мужчину?
«Сможет. В этом не сомневайся, жрец! Но вслед за тобой настанет черед и вашего князя-номарха!»
— И как она сделает это?
«Раздави змею сейчас! Не дай убить себя».
— Я готов забрать её жизнь в момент, когда она заберёт мою!
«Нет! Этого делать нельзя, жрец! Тогда она использует и твою кровь для «красной маски»!
— «Красная маска»?
«Древняя магия. Весьма опасная и дающая могущество своему обладателю. Не дай ей стать сильнее».
— Я готов. Что мне делать?
«Твоим оружием станет зеркало!»
— Зеркало?
«Заставь ведьму увидеть свое лицо!»
— Что это даст? — спросил жрец.
«Ты сам все поймёшь, когда она посмотрит в зеркало. И твой номарх все поймет!»
* * *
Великий жрец Себека прибыл во дворец. Он разминулся с теми, кого послал князь по его душу. Он прибыл сюда сам, ибо хотел предупредить номарха. Нужно растоптать змею пока не поздно.
Слуги помогли жрецу выбраться из носилок, и он прошел во дворец. У главы культа Крокодила Солнца был постоянный доступ к владыке.
Жрец подозвал к себе одного из сотников стражи.
— Что угодно господину?
— Ты знаешь, где сейчас находится финикиянка? Та, которую недавно доставили во дворец?
— Она в покоях князя.
— Вот как? — обрадовался жрец. — Тогда я смогу показать истинное лицо ведьмы государю.
— О чем говорит, господин? — не понял жреца сотник.
Жрец не стал отвечать и пошел дальше сопровождаемый своей свитой. Но, к его удивлению, стража у покоев Себекхотепа не пустила его к номарху.
— Что такое? Как смеешь ты преграждать мне путь?! — набросился он на стражника.
— Никто не смеет войти к номарху! — бесстрастно ответил воин.
— Я великий жрец Себека! Я всесилен в доме Крокодила! Тебя ждет наказание!
Воин не тронулся с места. Шум привлек самого Себекхотепа и он вышел из своих покоев, чтобы узнать кто смеет кричать у самых его дверей.
— Жрец? — спросил он. — Это ты осмелился кричать перед моими покоями?
— Князь! Жрец Крокодила Солнца не может стоять у твоих дверей! Кто осмелился отдать приказ не пускать меня? Я принес важные вести!
Себекхотеп был возмущен тем, что жрец стал спорить с ним при слугах и придворных, но сдержался и жестом попросил его войти. Жрец дал команду своим людям ждать его у самых дверей и скрылся за дверью покоев номарха.
Великий жрец увидел Атлу.
— Ах вот почему мне нанесли оскорбление, князь! Эта девка уже стала распоряжаться в твоем дворце?
— Жрец! — вскричал номарх. — Здесь распоряжаюсь только я!
— Но она сидит в твоих покоях и может слушать наш разговор!
— Жрец крокодила настроен против меня, — произнесла Атла. — Но что я такого сделала, что он перешёл к прямым оскорблениям? Разве я действовала во вред дому Крокодила? Напротив! Я хотела сделать всё, чтобы не лилась кровь. Но она льется по твоей вине!
— Что? — полное лицо жреца налилось краской. — Как смеешь ты говорить такое мне, Великому жрецу?! Я пришел сюда, дабы открыть глаза князя относительно тебя. Продажная девка!
Атла поднялась со своего стула. Она сделала несколько шагов к жрецу. В её правой руке была зажата «игла богини». Он не видел «оружия» и совсем не боялся финикиянки.
— Я знаю о тебе много, ведьма. Или ты думаешь обмануть меня? Я жрец Себека.
Служитель Себека достал из складок своей одежды небольшое бронзовое зеркало. Атла резким ударом вогнала «иглу» в самое сердце жреца. Жрец хотел что-то произнести, но уста уже не повиновались ему.
Номарх взирал на это с полным равнодушием. Сейчас он не боялся нанести удар по тому, кто осмелился его публично оскорбить и оспаривал его авторитет и власть.
Атла выдернула иглу. Тело осело на пол. Тонкая струйка крови из ранки стекала в ладонь финикиянки. Она смазала кровью своё лицо и спустя мгновение кожа её стала более светлой.
Номарх удивился тому, что она делает. «Кровавая маска» изуродовала лицо прекрасной жрицы, но прошло не более мгновения, и маска исчезла. И лик красавицы стал ещё краше.
— Атла? Что это было?
— Я выполнила своё обещание. Жрец Крокодила мёртв.
— Но что было с твоим лицом?
— С моим лицом? — она с удивлением посмотрела на Сбекхотепа. — О чем говорит князь?
— Мне показалось, что ты мазала лицо его кровью…
— Я? Князь видит на моем лице кровь?
— Нет. Мне показалось, Атла. Так он мёртв?
— Да, — сказала Атла. — Жрец Себека отошел в загробный мир. Пусть теперь им занимаются бальзамировщики. Его ждут за дверью его соратники из храма Себека. Они могут поднять скандал, государь.
— Нет. Я уже позаботился о них. Из дворца им не выйти. Я назначу нового великого жреца, и все его подручные будут
