– Люди, способные воспринимать инсоны из яви – такие, как мы с тобой – называются Эмпатами. Чтобы увидеть инсон требуемого человека, необходима некая часть его материального тела. Например, очень хорошо подходят волосы.
– И много таких, как мы? – спросила Яника.
Она сказала «мы» вместо «вы», и Лазарю это понравилось. Конечно, она ещё не верила им до конца, но уже готовилась поверить. Как любой человек, стоящий на пороге знакомства с живой Нинель Кулагиной, она хотела верить.
– Точно неизвестно, – ответил Сенс. – Знаем только, что мы не одни. Мы помогаем определённым людям, нам за это платят. Остальное нас не касается.
Яника надолго ушла в себя. Потом подняла голову и взглянула на Лазаря. Скуластые щёки опали.
– Есть и другие Эмпаты, да? Кто они?
– Плохие парни, – просто ответил Лазарь. – Они выбрали тёмную сторону «силы», и их гораздо больше чем нас. Эти Ситхи и пытались тебя убить. И им почти удалось.
– А я-то думала, я сама себя пыталась убить, – мрачно отозвалась Яника. – Ну, спасибо, что снял груз вины.
Лазарь откинулся на спинку дивана. Ну, вот – опять рассказывать про невидимых человечков, подталкивающих к роковому шагу. Миллионы людей пожелали бы, чтобы все ошибки их жизни объяснялись именно так, но лишь немногие, вроде Яники, действительно имеют на это право.
– Невозможно снять груз вины с того, кто возложил его на себя сам, – сказал Лазарь. – Когда сбросить этот груз, и сбрасывать ли вообще, решать тебе. Я только хочу донести правду.
– Какую правду? – воскликнула Яника. – Я ничего не понимаю!
– Сейчас поймёшь.
Лазарь взглянул на Сенсора. Тот понял всё без слов, схватил со стола целлофановый пакет и одним рывком вскрыл. На полированную поверхность столешницы выпала чёрная прядь.
4
– Инсон – целый мир, выстроенный твоим внутренним «я». Мы называем его главной проекцией, – торопливо вещал Лазарь, укладывая Янику на диван. Сенсор суетился в поисках подушки. – Главная проекция, твоё «идеальное я» – субъект рефлексивный; другими словами, такой, каким ты видишь себя сам. В отличие от яви, в инсоне это может проявляться во всём, что окружает главную проекцию. В людях, животных, зданиях, погоде. Этим пользуются злые Ситхи. Но это помогает нам понять суть Игры.
– Какой Игры? – Яника приподняла голову, чтобы Сенсор мог подсунуть под неё подушку. – А зачем мне лежать?
Лазарь наклонился над ней и выразительно поднял брови:
– Ещё придётся раздеться.
– Раздеться?
– Ну да. Ты что, «Терминатора» не смотрела?
– Не слушай, – вмешался Сенс, – в чужой инсон перемещается не физическое тело, а проекция из инсона. Так что неважно, что на тебе надето. Главное, во что одета проекция.
– Для её проекции не важно, а моя разницу почувствует, – Лазарь устроился на полу возле дивана. – Дай мне руку.
Яника свесила вниз тонкую кисть.
– Ты говорил, проекция и ты сам – разные люди. Как же тогда твоя проекция сможет полюбоваться на голую меня?
– Прежде чем научиться перемещаться в чужой инсон, нужно сначала осознать себя в себе. После этого ты и твоя проекция обменяются телефончиками и будут сплетничать по вечерам, жуя сладости. Всё, что известно тебе, будет помнить и она. Этим мы и отличаемся от простых людей.
– А я уже осознала себя в себе?
– А ты думала, мы сегодня утром армрестлингом занимались? – Лазарь вложил свои пальцы в ладонь девушки. – Сожми мою руку покрепче. Первый раз поведу я, завтра будем учиться делать это самостоятельно.
Из коридора послышались торопливые шаги, и в гостиную вбежал Марсен. Мальчишка раскраснелся и тяжело дышал, но больше от переполнявших чувств, чем от бега. На спине висел школьный рюкзак, голубые глаза горели огнём праведного негодования.
– Ты мне обещал! – с порога заявил он. – За базар отвечаешь?
Всё ясно – он уже виделся с Инь и Ян. Те рассказали про новую Игру, и он опрометью бросился сюда, даже не успев скинуть рюкзак. Маленькая месть от Аймы...
Сенсор заговорил раньше, чем Лазарь успел раскрыть рот. И хорошо. Сглаживать конфликты – его прерогатива.
– Там может быть опасно, – мягко проговорил он. – Слушай, давай так – Лазарь сначала разведает обстановку, а потом...
– Ей можно, а мне нет?! – Марс бесцеремонно указал пальцем в Янику. – Кто она такая?
Лазарь приподнял голову нал полом:
– Она та, кому уже продают спиртное в магазинах. Извини. Возвращайся годков через шесть.
Мальчишку затрясло от злости. Наградив Лазаря матерным производным от слова «балабол», он развернулся и пулей вылетел из комнаты.
Когда в гостиную вернулась тишина, Лазарь дал команду:
– Поджигай!
Сенсор отщипнул от локона небольшой пучок волосинок, взял спиртовку и присел на корточки перед Лазарем.
– Что мне делать? – донёсся с дивана взволнованный голос Яники.
Сенсор поставил спиртовку на пол рядом с левым ухом Лазаря. Послышалось едва уловимое потрескивание занявшихся огнём волос. В воздухе запахло палёным салом.
– Закрой глаза и расслабься. Нет, ну почему они никогда не моют голову?
Вверх потянулось сизое щупальце дыма, и Лазарь сразу схватил ноздрями этот фимиам. Вонь стояла такая, будто в носу обжигали свежеощипанную куриную тушку.
– Что это? – Яника тоже уловила запах.
– Четвёртый вид конопли: «cannabis homo sapiens», – задушенно проговорил Лазарь. – Триста рублей за пакет. Ждём, когда торкнет.
Комната поплыла. Стены потеряли плотность, стали прозрачными, и задрожали, как жевательный мармелад. Лазарь закрыл глаза: созерцание реальности только мешает её покинуть. Первую минуту-две «вертолётит», как после хорошей пьянки. На третью всё проходит и становится легче дышать, как будто очутился посреди тоннеля, пронизываемого сквозняком. Если в этот момент открыть глаза, можно увидеть сам тоннель, но лучше просто представить. Глаза следует открывать на четвёртой-пятой минуте. Зрелище нового мира, выстраивающегося вокруг тебя, как сборка конструктора «lego-city» на ускоренной съёмке, выглядит поистине завораживающе. Обычно Лазарь не открывает глаз до самого конца – всё это он видел миллион раз. Он почти забыл, что за груз оттягивает ему правую руку, как авоська с картошкой. И только когда нащупал в ладони бьющуюся пульсом жилку, он вспомнил о Янике и быстро открыл глаза. Пускай и она посмотрит.
5
– Где мы? – голова Яники крутилась во все стороны, как тарелка радара. Ей только что показали живую Нинель Кулагину, и теперь она пыталась переварить увиденное. – Непохоже на первый раз. И ощущения другие...
– Ты в чужом инсоне, отсюда и новые ощущения, – пояснил Лазарь. – Это как ехать в чужой тачке. Другие запахи, незнакомая подвеска.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
