типичного многоэтажного дома, заваленную разным барахлом. Стены с пожелтевшими обоями были увешаны плакатами музыкантов, среди которых мне удалось опознать только Джона Леннона. Продавленное старое кресло, старый ковер на полу, покоцанная гитара, валявшиеся в углу смятые пивные банки, лежавший на столе бонг и коробка с недоеденной пиццей довершали непритязательную картину, характерную какой-нибудь студенческой общаге.
Уложив мулатку на кровать, я аккуратно удалил у нее память за сегодня, заодно подтерев все воспоминания, касающиеся Алана. Подозреваю, после такого наглого обмана Трэверс больше не захочет общаться с поклонницей хиппи, поэтому незачем оставлять лишние следы. К слову, выбором нашего финансиста я был крайне удивлен. Он что, не смог найти в городе-миллионнике кого получше? Или ему настолько понравился типаж пышнотелой распутной женщины с кровью выходцев из Африки? В общем, мне повезло, что не пришлось прямым текстом отказывать Алану, поскольку вводить эту вульгарную бабищу в нашу компанию я бы точно не стал. Даже при наличии в ее чреве ребенка Трэверса.
Оставив обманщицу в пустой квартире, я аппарировал в гараж. Оглядел прожженную дверь и вспомнил о своих планах насчет приобретения дополнительной мебели, которые в связи с резким увеличением количества проживающих в доме людей придется скорректировать и дополнить. Ничего другого не остается. Вейлы уже прописались на нашей базе и никуда мигрировать не собираются. Разделять Руквудов будет жестоко, а позволять волшебнику жить у Кэтрин – нерационально, поскольку, в случае какого-нибудь аврала, это означает задержку прибытия нашего ученого на место событий. Да и Мальсибер мне пока нужен рядом с котлами.
Получается, либо мне придется переселять всю стремительно увеличивающуюся компанию в особняк Блэков, что гарантировало лишние заботы в форме ежедневной транспортировки девушек в Бирмингем, либо дополнять пространственный карман еще парой-тройкой комнат рядом с капитанской каютой. Однако на выходе из гаража меня осенило – у нас же имеется палатка! Она уже оборудована всеми необходимыми удобствами и прекрасно подойдет для комфортной жизни десятка человек. Так что проблема решилась сама собой, позволив мне сконцентрироваться на текущих задачах.
А в данный момент у меня по плану значилось преобразование души Александры, с которой Лиза уже успела поделиться своей радостью, крайне эмоционально рассказывая про первый опыт использования магии. Дождавшись, когда скрипачка сделает паузу, я пригласил Сашу прогуляться в экранированное помещение и снова предупредил будущую Мальсибер, чтобы внимательно следила за эмоциями. В гостиной защиты нет, так что после очередного случайного магического выброса нам точно придется встречать сотрудников Министерства. Впрочем, Трикси и щеголявшая кошачьими атрибутами Шива заверили меня, что все будет в порядке.
Долохов на кухне заваривал чай для всех, Мальсибер еще пребывал в пространственном кармане вместе со своей невестой, а пара метаморфов продолжали дежурить на входе. Впрочем, в этом уже не было надобности. Поток запоздалых заказчиков иссяк, а единицы погоды не делали, поэтому я официально избавил сладкую парочку от необходимости сторожить прихожую, хотя коробки с оставшимися книгами посоветовал пока не трогать. Чтобы в случае чего далеко не ходить.
Доведя рыжую спортсменку до гаража, я ощутил ее стремительно усиливающийся мандраж. Понимая, что подобный настрой обязательно скажется на результате не в лучшую сторону, я поинтересовался:
- Что тебя беспокоит?
- Ничего, - поспешно отозвалась девушка.
Я поморщился:
- Александра, лучший способ испортить со мной отношения – это врать мне в глаза. Но я дам тебе второй шанс и спрошу снова – почему ты сейчас волнуешься? Процедура твоего осознанного участия не предусматривает, так что от тебя ничего не зависит. Или ты так боишься неудачи? Пример Лизы для тебя не является достаточным доказательством успешности моего метода?
- Да не в этом дело! Просто… Мистер Блэк, могу я быть откровенной?
- Именно этого я от тебя и жду, - по-отечески улыбнулся я.
- Я думаю, что не готова стать частью вашего мира! – твердо заявила Саша. – Да, я хочу, чтобы мой ребенок не повторил мою судьбу и вырос в полной, любящей семье. Мне нравится Лиза. Элис – тоже достойная девушка, да и Джакомо вызывает симпатию, несмотря на его кобелиную натуру. Однако сам волшебный мир меня пугает. Это Лиза видит в нем ожившую сказку, а Кронберг и вовсе с детства мечтала стать полноправной его обитательницей. Я же изрядно шокирована тем, что драконы и единороги реально существуют, что по улицам города рядом с обычными людьми могут ходить демоны и оборотни, а совсем недавно рядом с нашим миром разразилась кровопролитная гражданская война, пламя которой может вспыхнуть вновь. Но главное – меня страшит тот факт, что после превращения я автоматически войду в общество волшебников, о котором сейчас имею лишь смутные представления, и останусь там в положении какой-то приживалки. Нищей убогой родственницы, ни на что ни годной и подобранной вами из жалости. Поскольку конкурировать с теми, кто с малых лет обучался владению своим талантом и может легко прихлопнуть тварь из восточных легенд, я точно не смогу. И сейчас склоняюсь к мысли, что лучше бы мне сразу стерли память. Ведь в мире нормальных людей я хоть что-то из себя представляю… Простите!
- Не нужно извиняться. Лучше присядь, - я указал девушке на кушетку, дождался, когда она умостит на нее свою накачанную попку, и сел рядом. – Я прекрасно понимаю твои чувства. Страх перед чем-то новым присущ многим людям. И не важно, владеют они магией или нет, побороть инерцию мышления очень непросто. Твой испуг абсолютно естественен, как и желание забыть обо всем. Существует такая поговорка: меньше знаешь – крепче спишь. Но скажи, тебе известно о существовании ядерного оружия? – дождавшись несмелого кивка, я продолжил: - Однако ты спокойно засыпаешь каждую ночь, не задумываясь о том, что шанс превращения Бирмингема в радиоактивный пепел благодаря запущенной недругами Британии ракете или стараниями каких-то радикальных исламских террористов отличен от ноля. Идем дальше, волшебники – вовсе не инопланетяне, руководствующиеся нечеловеческой логикой. Их поведение недалеко ушло от обычных людей, а жизненные стремления можно выразить все той же пирамидой потребностей Маслоу. Именно поэтому большинство магов прекрасно себя чувствуют в обычном мире, довольно многое переняв из достижений цивилизации коренного населения планеты, как в плане структуры общества, так и характерных поведенческих матриц. В качестве примера могу назвать тот факт, что аристократия волшебного мира аналогично заморачивается с этикетом, используя во время приема пищи невероятное количество столовых приборов. При том, что мастера-артефакторы давно могли изобрести универсальное приспособление, меняющее свой размер и форму для каждого блюда. Это - пресловутая инерция мышления
