в правой руке сыщица теперь сжимала черную трость с серебристым набалдашником – куда более тонкую и изящную, чем прежняя, вполне под стать хозяйке. И опиралась она на тросточку при ходьбе довольно тяжело, как заметил капитан. Значит, простреленное бедро еще дает о себе знать…
– Ну… – Остановившись перед группой, замершей вместе с командиром, Настя уперла трость в землю, сложила ладони на набалдашнике. Медленно обвела членов экспедиции взглядом, жутковато ухмыляясь. У человека, не знающего, что это нормальная ее улыбка, наверняка возникли бы ассоциации с вождем кровожадных варваров, который озирает пленных врагов, думая, кого бы из них казнить первым. – Вас вроде больше было, когда уходили.
– Все живы-здоровы, – все еще улыбаясь до ушей, сообщил Николай. – Потерь нет ни убитыми, ни увечными. Часть отряда за городом, сторожит кое-что ценное.
– Эт-то хорошо… – медленно проговорила девушка, переводя взгляд на носилки, которые казаки опустили на землю. Пальцем поправила очки, прищурилась, внимательно рассматривая раненого. – Он?
В отличие от Дронова, сыщица своими глазами видела пришельца до похищения и должна была бы его узнать, однако раз уж она спросила, капитан ответил:
– Думаем, что он.
– Правильно думаете… – Настя выдохнула, стукнула тросточкой по земле, и только тогда капитан понял, что все это время она незаметно переводила дух после быстрой ходьбы, потому и говорила так странно. – Он самый…
Девушка вдруг шагнула вперед, наклонилась и легонько приобняла пискнувшую от неожиданности Александру за плечи, чмокнула ее в макушку. Отступив, просто сказала:
– Молодец.
– Ты еще не знаешь – насколько она молодец. – Николай оглянулся на спутников. Джантай и Черневой, не сговариваясь, закивали. – Но я тебе обязательно расскажу. Во всех подробностях.
– Только не сейчас, – мотнула головой сыщица. – Сейчас вы все хорошенько помоетесь в бане и переоденетесь во все свежее. А вот после этого – жду тебя и Сашу в своем кабинете. Кстати, ты не против, если я попрошу поселить нашего долгожданного гостя, – она указала глазами на пришельца, – у вас на первое время? Во избежание повторения, так сказать…
– У нас – в казармах, что ли? – уточнил капитан.
– Ага. Ведь найдется там какая-нибудь подсобка без окон и с одним входом?
– Найдется, не изволь сомневаться.
– Вот и славно. Поместите его туда, приставите охрану, а медиков я пришлю. Ладно, буду ждать у себя. И чем скорее – тем лучше. – Настя сдвинула очки к кончику носа и подмигнула Николаю. – Не задерживайтесь.
– Все слышали? – спросил у отряда Дронов, глядя вслед удаляющейся девушке. С трудом верилось, что они расстались меньше месяца назад. Сейчас он был рад просто слышать ее голос, смотреть, как она двигается, улыбается. Словно с их последней встречи миновали годы. Хотя прием мог бы быть и потеплее – определенно, Настя скучала по нему не так сильно, как он по ней. Впрочем, с его стороны глупо было ожидать… – Следуем указаниям госпожи сыскного агента. Саша, ты можешь идти домой, проверить, как там твоя комната без тебя поживает. А мы – доставим гостя в казармы, устроим получше, организуем караул и отправимся смывать грязь дорог… Встретимся у Насти, хорошо?
– Хорошо, – кивнула маленькая стажерка, приглаживая разлохмаченные наставницей волосы. – Я… больше всего на свете сейчас хочу переодеться и хотя бы десять минут полежать на своей кровати. Просто полежать…
– Отлично тебя понимаю. Ты это заслужила, – согласился капитан, с улыбкой кладя руку ей на плечо. – И главное – теперь можешь себе позволить…
Когда Николай, отмытый до белизны и одетый в новенький, со склада, мундир без знаков различия, поднялся на третий этаж цивильной канцелярии и вошел в знакомую дверь Настиного кабинета, Александра уже была там и что-то сбивчиво рассказывала наставнице, часто при этом запинаясь. Шагнув через порог, мужчина сразу подметил, что кабинет за время его отсутствия изменился куда сильнее хозяйки. Дивана, который грозилась заказать себе раненая сыщица во время их последней беседы, не оказалось, зато стульев для гостей теперь было три – помимо того, на котором сидела Саша, еще два стояли возле входа. У некогда запечатанной трубы появился приемный терминал пневмопочты – массивный, в облупившейся позолоте. Стены украшали выцветший портрет прошлого, почившего уже императора Михаила III и пара незамысловатых городских пейзажей в стиле Шекльгрубера – кажется, они изображали Вену зимой и осенью. Наконец, возле вешалки появился высокий застекленный шкафчик, на полках которого лежали странные мелкие предметы совершенно неясного назначения. В одном из них капитан с удивлением опознал серый кирпичик «мобильного телефона» – небольшой, умещающийся на ладони артефакт из иного мира, находка которого полтора года назад и привела офицера к знакомству с Анастасией Агафьевой. Дронов случайно подобрал во взятой русскими войсками хокандской крепости серую штуковину из непонятного материала, а потом помогал сыщице искать ее владельца. Выходит, остальные диковинки в шкафу – тоже созданы под другим солнцем?..
Еще один артефакт обнаружился на столе Агафьевой – слушая стажерку, кажется, вполуха, Настя с интересом разглядывала лежащую перед ней блестящую черную пластину «ноутбука». Николай уж и сам позабыл про эту вещицу, причинившую столько неприятностей отряду, а Саша, оказывается, умудрилась протащить ее через все приключения и доставить наставнице.
– Настя, а это нормально, что у тебя тут музей культуры Зазеркалья в публичном доступе? – прикрыв за собой створку, кивнул Дронов на шкафчик. – Ну, то есть это вашим уставом разрешено?
– Нет, конечно, – усмехнулась сыщица, облокотившись о столешницу и уткнувшись подбородком в сложенные ладони. – Однако мой кабинет, смею надеяться, в местах публичного доступа не числится, а улики эти из самых пустяковых… Люблю иногда вспоминать, какие невероятные истории с ними связаны. Ты же меня не сдашь начальству? – Она сделала приглашающий жест. – Можешь присесть, но это не обязательно.
– Почему вдруг? – удивился Николай, опускаясь на ближний стул.
– Немного послушав Сашу, я убедилась, что дел вы наворотили – на новые похождения Геракла. – Настя откинулась назад с весьма довольным видом. – Посему намерена применить тактику раздельного допроса. Сейчас она мне все как надо по протоколу доложит, с глазу на глаз, без твоих подсказок, потом я поработаю с бумагами, улажу формальности – и после шести вечера буду уже дома. Туда-то и приходи, выслушаю твой вариант истории. С меня яичница, понятное дело.
– Заметано. – Дронов со вздохом поднялся, одергивая китель. – Но позволь тебе сразу сказать – за время операции Александра проявила себя наилучшим образом. И как сыскной агент, и… просто как хороший человек. Считай это моей официальной положительной рекомендацией, могу даже на бумагу записать и подписью заверить.
– Николай Пе… – Саша подскочила было, но тут же плюхнулась обратно на сиденье, не договорив. На щеках ее выступил румянец.
– Ой, успокойся. Можешь не нахваливать. – Настя наклонила голову к плечу, блеснув очками. Улыбалась сыщица не разжимая губ, однако все равно вышло зловеще. – Она вернулась без
