— Вы пришли в пальто? — спросил Дик, открыв стеклянную дверь и впустив в холл струю холодного ночного воздуха.
— Н-нет. — У Сью застучали зубы. Когда она шла на вечеринку, стоял приятный теплый звездный вечер. А теперь дул холодный, пронизывающий ветер.
— Возьмите, вы замерзли. — Дик снял смокинг и накинул его на плечи девушки.
Выйдя из клуба, он, словно зная заранее, в какую сторону им идти, повернул налево. Сью наморщила носик.
— Вы как будто знаете, где я живу.
— Что-то не так? Разве мы идем не в сторону вашего дома?
— Но я не помню, что говорила вам, где живу.
— Значит, все же сказали, — быстро ответил Дик. — Иначе откуда я мог бы знать?
Действительно, откуда? Сью плотнее закуталась в смокинг, стараясь сосредоточиться на пейзаже, чтобы отвлечься от легкого и волнующего запаха мускуса с лимоном, исходившего от кожи Дика, но это оказалось непросто.
По обеим сторонам дороги шли ровные ряды лавровых деревьев. Их неясные очертания поднимались вверх, к ночному небу, пряча огромные виллы от любопытных глаз. То здесь, то там живая изгородь прерывалась массивными воротами, при виде которых сразу же приходили на ум цепные псы, готовые прогнать грабителей, а также зевак, жаждущих посмотреть на дома, а зачастую и на знаменитых хозяев.
Вообще-то Сью давно казалось, что слова «дом» недостаточно, чтобы описать роскошные виллы Бейдон-Хит. В самой маленькой из них насчитывалось шесть спален. А в самой большой — двадцать две!
Несколько раз Сью и Дика обгоняли большие, роскошные, дорогие автомобили. Сидевшие за рулем, видимо, недоумевали, почему эта пара идет пешком, вместо того чтобы ехать!
У развилки шоссе, ведущего в Лондон, девушка остановилась и указала на извилистую подъездную дорожку.
— Вот там мой дом.
Дик тоже остановился и повернулся к спутнице. В бледном свете луны по четким чертам его лица пробегали тени.
— Вы помните, что мы уже встречались? — вдруг спросил он.
Сью не смогла сдержать улыбку, она невольно обрадовалась, что этот человек все-таки запомнил ее.
Конечно, принимая во внимание его непомерное самомнение, лучше было бы притвориться, что она его совершенно не помнит. Но Сью никогда не умела обманывать, а мысль, что Дик поймает ее на лжи, почему-то приводила девушку в ужас!
Она кивнула, и по ее роскошным волосам пробежали лунные блики.
— Да, помню. Мы встречались во время рейса Лондон — Афины, верно?
— А, так вы запомнили...
— Да.
— Но не стали об этом упоминать.
— Как и вы. — Сью прямо посмотрела на него.
— Может, я думал, что вы навряд ли запомнили одного из многих пассажиров, — каждую неделю перед вами мелькают тысячи лиц.
— Это вас-то не запомнить? — Сью изобразила бледное подобие улыбки. — Будет вам, мистер Макхэтти — не скромничайте! Вы — человек запоминающийся, и я не сомневаюсь, что об этом вам говорили очень многие женщины. Я прекрасно вас запомнила. Вы несколько раз просили меня принести томатный сок.
— Боже мой! — насмешливо воскликнул он. — Какая у вас память! — Он вопросительно поднял темные брови. — А почему вы гневно сверкали глазами всякий раз, когда я заказывал томатный сок?
Девушка смутилась:
— Это не имеет значения.
— Имеет, имеет. — В темноте его глаза казались холодными и блестящими, как мрамор. Сью уже поняла, что этот человек не успокоится, пока не получит ответы на все свои вопросы.
Она решила сдаться без борьбы. Настойчивость этого красавца-пассажира, казалось, не имеет границ.
— Если вам непременно нужно это знать, то я подозревала у вас некие намерения.
— Какие намерения? — переспросил он каким-то странным, звенящим голосом. — Что именно вы хотите сказать?
— Это, правда, неважно.
— Нет, важно. Скажите.
Сью удивилась его настойчивости, но не понимала, чем это вызвано.
— Хорошо. Раз вы настаиваете, я скажу. Дело в том, что томатный сок мы держим на нижней полке тележки, так как его просят реже всего. Некоторые пассажиры мужского пола это заметили и стали заказывать томатный сок, чтобы... чтобы... — Сью увидела, что его губы презрительно поджались, и от смущения у нее пропал голос. Ну почему она не может держать язык за зубами?
— Чтобы заставить вас нагнуться? — язвительно закончил Дик.
— Ну да, — призналась она, желая провалиться сквозь землю от стыда.
— Вы действительно подумали, — уничижительным тоном заговорил он, — что я могу опуститься до такого мальчишества? Если бы я вправду захотел рассмотреть ваши трусики, разве мне понадобилось бы для этого, рискуя здоровьем, наливаться томатным соком? Кроме того, укороченные доспехи, которые служат вам формой, оставляют очень мало секретов!
— Да как вы... вы... — Сью, потеряв от гнева голову, замахнулась, чтобы влепить ему пощечину. Но у Дика оказалась куда более быстрая реакция, он легко перехватил ее руку в запястье и притянул девушку к себе. Он смотрел на Сью сверху вниз, и его какая-то хищная улыбка одновременно и пугала, и вызывала у нее желание поцеловать Дика.
— Кто «вы...»? — передразнил он. — Животное? Варвар? Мерзавец? Или все вместе взятое? Что ж, Сьюзен Скотт, вы хотите на меня злиться? Тогда почему бы не дать вам серьезный повод?
И Дик сделал то, чего Сью ждала от него весь вечер. Он обнял ее и с силой прижался губами к ее рту в поцелуе, от которого девушка затрепетала. Сью почувствовала головокружение. Когда их языки встретились, у нее возникло отчаянное желание прижаться к Дику как можно крепче и никогда не покидать его объятий. Он сделал невольное движение бедрами, дав понять, что возбужден не меньше нее.
Она вдруг осознала, что ситуация быстро выходит из-под контроля, и в голове у нее прояснилось.
Пропали вспышки желания, и Сью заставила себя вспомнить, как этот человек только что оскорбил ее. И несмотря на это, она безропотно целуется с ним!
Девушка отпрянула.
— Не знаю, что вы там о себе возомнили, но...
— Только, пожалуйста, избавьте меня от истерики, — холодно перебил он и демонстративно зевнул. — Когда же наконец вы, женщины, поймете, что поздно заявлять о своем нежелании, когда все уже произошло? В особенности, — оскорбительным тоном протянул он, — когда ваше желание было более чем очевидным? А какой был поцелуй! — Его глаза сузились от удивления, когда он увидел растерянное лицо Сью. Уже более миролюбиво он предложил: — Идемте, я провожу вас до двери.
— Неужели вы и вправду думаете, что я позволю вам даже близко подойти к моему дому после всего этого?! — негодующе выпалила она.
— А почему бы и нет? — Казалось, он озадачен.
— Потому что это не в моих правилах — подчиняться каждому неизвестно откуда взявшемуся герою-любовнику. Уж не считаете ли вы, что первобытные манеры обеспечат вам победу над любой женщиной?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
