Сказал Логан и снова задействовал пресс. В этот раз он раздробил его грудь. Эдигус снова почувствовал боль похожую на ту, с которой все началось. Его взгляд изменился. Это был тот самый момент!
– Кто ты?
Спросил Логан вновь
– Я… я… я не бог…
Радости Логана не было конца! Наконец-то прогресс!
– Продолжай! Продолжай!
Радостно завопил он. Эдигус продолжал.
– Я…я.... о… отрекаюсь.... отрекаюсь…от…
Начал говорить он.
Эгундур внимал его словам с замиранием сердца. Вот они, те слова, что ему были нужны!
Но тут взгляд Эдигуса вновь поменялся, и он залился нервным смехом. Ни Эгундур, ни Логан не поняли причин этого смеха.
– Продолжай!
Скомандовал Логан.
– Я не бог!
Вдруг начал с начала Эдигус.
– Да! И ты отрекаешься от бессмертия!
Кричал на него Логан. Но Эдигус снова засмеялся.
– Если я не бог, то кто я? Я…я змея! Я раздавленная змея!
Кричал Эдигус, заливаясь нервным смехом. Логан не мог поверить своим глазам. Эдигус сошел с ума. Он еще раз воспользовался прессом, но тщетно. Эдигус повторил нужную фразу по приказу Логана много раз, но его слова уже не имели силы. Он сошел с ума и не мог отречься от бессмертия.
Эгундур побледнел.
– Я предупреждал тебя.
С грустью сказал Даревит. Ему было жалко и Эгундура и Эдигуса.
После этих слов Даревит покинул владения Эгундура. Сам же Эгундур еще долго был вне себя от бешенства. Он приказал запереть Эдигуса в камере и не выпускать оттуда до конца времен. Эгундур запретил кормить или поить брата. Но он также приказал одеть брата, чтобы тот не сидел в камере голым, если его вдруг захотят увидеть. Стража выполнила приказ.
После провала миссии, Логан бежал из города богов, боясь гнева Эгундура. И правильно сделал, потому что как только Эгундур закончил с братом, он хотел взяться за Логана и запереть его в той же темнице, что и брата. Но Логан успел вовремя покинуть город и его не настиг гнев бога.
Шло время, отец передавал все больше и больше бразды правления и административные обязанности Эгундуру. Отец начинал часто болеть, трон высасывал его силы, так как он получил его обманом и потому не являлся легитимным правителем. При передаче обязанностей проводились проверки и перепроверки. Как раз во время такой перепроверки Эгундур заметил несоответствие на планете земля. Немалая часть ресурсов, что были добыты в последние десять лет, пропала. Пропала она в тот самый период, когда его брат затеял войну. Эгундур сразу понял, что его брат был в этом замешан. Отец тогда не проводил ревизию и не заметил, хотя Эдигус намекал, что ему стоит это сделать. Паршивец был прав. Всевар действительно не выполнял свои обязанности даже наполовину. Эгундур сильно злился. Он злился и на отца и на брата. Однако он понимал, что ресурсы нужно было обязательно найти, так как не хватало критического количества. Эдигус точно знал, что делал. И как этого никто не заметил?!? Да. Бардак в отчетности и документации встречался даже у богов.
Первое время Эгундур пытался найти ресурсы самостоятельно. Он подключил лучших сыщиков, но все усилия были напрасны. Эгундур собственноручно убил тогда всех, кто мог что-то знать о краже ресурсов. Единственный кто остался в живых был сумасшедший Эдигус, от которого не могло быть много толку. Однако Эгундур был настолько подавлен и в отчаянии, что все же отважился навестить брата.
К тому моменту прошло уже три года с того дня, как Эдигус сошел с ума. С тех пор его никто не навещал. Все время его не кормили, по приказу Эгундура. Пить он мог воду из под крана, который был проведен в камеру, что на самом деле шло в разрез с приказом Эгундура, не поить брата, однако никто не осмелился перекрыть подачу воды.
Эгундур спустился в темницу. Его сопровождала Лидия, которая к тому моменту стала его личным телохранителем. После связи с Эдигусом ее внешность стала более привлекательной, а она сама стала намного сильнее.
Лидия покорно открыла дверь в камеру. Эдигус спокойно сидел на одеяле, на полу, и смотрел на пустую стену. Он сидел неподвижно и отрешенно. Его не интересовало, кто пришел его навестить. Он выглядел изможденным.
– Эдигус?
Неуверенно окликнул его Эгундур. Эдигус медленно повернул голову и улыбнулся.
– Здравствуй Эгундур! Брат мой! Неужели ты решил навестить меня?
В его голосе не было ни капли безумия. Он выглядел вменяемым.
– Эдигус… не знаю… как ты?
Эгундур не знал, как с ним заговорить.
– Я? Нормально. Кости срослись, причем правильно. К счастью божественное происхождение и бессмертие дают и преимущества. А ты как? Лидия с тобой? Почему?
Эгундур был удивлен состоянием духа своего брата.
– Лидия теперь мой телохранитель. А так, у меня проблема и мне нужна твоя помощь.
Эдигус закрыл глаза, как бы задумываясь о чем то. Спустя несколько секунд он залился смехом. Эдигус понял, о какой помощи говорил Эгундур.
– Вы только сейчас заметили? Сколько прошло? Полгода? Год?
– Эдигус, ты сидишь здесь уже три года.
Ответил Эгундур. Эдигус изменился в лице. Он уже не смеялся, но все равно сострил.
– Позор! Позор на тебя и твою семью!
– Эдигус, так ты мне поможешь?
С надеждой спросил Эгундур. Эдигус посмотрел на него очень серьезным взглядом. Он говорил медленно и четко, обдумывая каждое слово.
– Брат, ты отправил меня туда, откуда обычно не возвращаются. Я обезумел. Я сошел с ума. Я перешел тогда черту, после которой обратного пути нет. Однако я вернулся. Не совсем, но все же. Впрочем, я не вижу, чтобы тебя это сильно радовало. Ты бросил меня здесь и запретил за мной любой уход. Ты пришел сюда с женщиной, что лишила меня чистоты. За три года ты ни разу не поинтересовался мной или моим состоянием. И теперь ты просишь меня о помощи. Скажи, тебе знакомо такое понятие как совесть?
Эгундур отвернул голову. Его брат был прав. И хоть он не понял, что он имел в виду под "чистотой" которую забрала Лидия, он понимал что брат был на него как минимум обижен.
– Если ты мне поможешь, я прикажу ухаживать за тобой и кормить самыми изысканными блюдами.
– Ты серьезно?
Удивился Эдигус.
– Я провел три года без еды. Я три года сам за собой ухаживал и видишь, даже вернул часть рассудка. Ты пытаешься подкупить меня этими вещами?
Эгундур не знал что ответить. Тогда он решил подкупить его чем-то другим.
– Я выпущу тебя из камеры и выделю тебе целый этаж в моем владении.
Эдигус улыбнулся.
– Брат, неужели ты не понимаешь, тебе нечего мне предложить.
– Такого не может быть!
– Эгундур, поверь, может. Я больше не боюсь ничего. И я уже однажды потерял все. Даже рассудок.
Эгундур молчал. Ему было нечего сказать. Действительно, что можно предложить человеку, у которого ты однажды забрал все? Вдруг паузу прервал сам Эдигус.
– Знаешь, брат, что мне действительно нужно? Твое раскаяние.
Эгундур не поверил своим ушам. Он взял еще одну паузу. Спустя некоторое время Эгундур до неузнаваемости изменился в лице.
– Эдигус, брат мой! Я прошу тебя простить меня, хоть я и совершил вещи, которым нет прощения. Я не посещал тебя так долго потому, что не знал, найдется ли в твоем сердце еще хотя бы лучик света, чтобы вновь принять меня. Я раскаиваюсь. Я не могу выразить словами, как мне стыдно. Я понимаю, что не достоин твоего прощения, но я прошу не за себя, я прошу за весь город богов! Прости меня и дай городу надежду! Заставь поверить их всех, что в этом мире еще остались добрые и верные люди, как ты. Я раскаиваюсь, брат.
Лидия прослезилась. Речь Эгундура тронула ее до глубины души. Эдигус внимательно выслушал все, что говорил Эгундур. Когда Эгундур замолк, Эдигус спросил.
– Ты закончил, брат?
Эгундур был в замешательстве.
– Да…
Неуверенно произнес он. В ответ Эдигус рассмеялся отвратительным и сумасшедшим смехом, как в фильмах про супер-злодеев. Эдигус быстро закрыл себе рот рукой. Он посмотрел на брата, как бы извиняясь за свое поведение. Когда Эдигус, наконец, убрал руку от лица, он объяснил.
– Прости, брат. Мой рассудок еще не совсем восстановился… а врал ты всегда хуже меня… так что, извини, но я тебе не верю.
– Просто скажи, как нам найти чертовы ресурсы!
Вдруг закричала Лидия. Эдигус остался спокойным.
– Лидия! Ты стала увереннее в себе. Не удивительно. Однако не забывай кто я и кто ты.
– Хам!
Фыркнула Лидия. Ей очень хотелось покинуть камеру. Эдигус это сразу понял, но его брат Эгундур не собирался уходить не получив своего. Тогда пленник сам решил выпроводить их.
