На русских видеосайтах были эти же ролики — ничего нового. И что делается? Совсем меня озадачили.
С улицы раздался звук мотора подъехавшего автомобиля, затем открылись ворота. Перед окнами мелькнула серая крыша старенького «сатурна». Паблито подкатил. Я глянул на часы — раньше всех. Ещё четверть часа до начала рабочего дня.
21 марта, среда, вечер
Москва
Звонок мужа слегка озадачил Машу, но сказать, что она растерялась, было бы неправильно. Что-то такое она заподозрила уже вчера. Ещё вчера ей звонила Настя — жена брата — и сказала, что слышала в городе стрельбу. Затем звонил уже сам брат и сказал, что в городе массовые драки или что-то в этом духе. Она подумала тогда на футбольных хулиганов или «бритоголовых». Сейчас позвонил муж, и это насторожило её больше всего, поскольку именно ему она больше всех и доверяла. Они были женаты уже двенадцать лет, и за это время она достаточно хорошо его изучила и знала, что просто так панику наводить он не будет. Вообще он и паника были понятиями несовместимыми. Ещё с первого дня их знакомства она довольно ловко научилась справляться со всеми проблемами, выяснив, что лучший способ для этого — донести их до него. Он вздыхал, пару минут думал, затем выдавал или готовое решение проблемы, или обещал, что обязательно его придумает. И придумывал.
Муж был старше на девять лет, познакомились они, когда ей было девятнадцать и она оканчивала Институт иностранных языков, а ему было двадцать восемь, и он недавно вернулся к гражданской жизни, потому как после института очутился в армии, в лейтенантах. И на момент знакомства он был начинающим бизнесменом, довольно успешным. Тогда он занимался производством сборных домов из дерева, отчего мотался на машине дважды в неделю в Костромскую область и обратно. В конце концов он продал ту компанию, потому что устал от бесконечных поездок, и в результате с новой работой вообще угодил в Америку, откуда звонил ежедневно и жаловался на непроходимую тоску. В общем, не судьба была осесть на месте.
Между делом они выстроили себе очень неплохой дом в ближнем Подмосковье, хоть и не по самому престижному направлению, продали московскую квартиру и полностью переселились, как она выражалась, «на пленэр». Сначала жизнь почти на берегу Пироговского водохранилища в доме со своим бассейном, спортзалом, сауной и домашним кинотеатром показалась раем, но, когда Юрка пошёл в школу, стало сложнее. Из-за сумасшедших московских пробок приходилось будить его в шесть утра и везти до школы иногда чуть ли не два часа, а потом ещё столько же обратно. Поэтому вся первая половина её дня была занята доставкой Юрки в школу, а младшего, Сашки, в расположенный рядом детский сад.
Она в своё время планировала не отдавать младшего в сад, но не получилось — оставить его одного дома было нельзя, а решить проблему с няней в дачной местности оказалось невозможно. Так что дети отдувались за промахи родителей в планировании места жительства.
Однако сейчас удалённость их жилья от города её порадовала. За окном стояла тишина, только где-то неподалёку в посёлке лаяла собака и слышались детские голоса. Юркины друзья гуляют. Посёлок был большой, и детей в нём хватало. Его она не отпустила, хоть он и просился — сочла наглостью требование отпустить его гулять, раз он сумел не пойти в школу. Да и прохладно ещё было: весна только началась.
Снизу послышалось громкое урчание, и она опустила глаза. Барсик. Огромный персидский котяра, нахальный и очень ласковый. Муж обожал котов, и однажды ему подарили котёнка. И уже по пути домой, когда они везли его в машине, Маша сама превратилась в «кошколюбительницу». А затем им подарили ещё одного котёнка, а ещё через год Маша сама присмотрела третьего на кошачьей выставке и купила его. В результате они делили кров с тремя здоровенными и наглыми котярами. Два других сейчас наверняка где-то дрыхли.
Она нагнулась, подхватила на руки довольно заурчавшего Барсика и пошла наверх, в Юркину комнату, откуда доносились звуки компьютерной стрельбы. Как всегда, старший рубился в какую-то игру, а младший сидел на стуле рядом и с восторгом наблюдал за происходящим.
— Что на дом задали, выяснил? — спросила она Юрку нарочито строгим голосом.
Учился он хорошо, но, как любой нормальный ребёнок, был рад любой возможности не учиться. Не напомни она ему о домашнем задании, он и не стал бы выяснять, что же сегодня задали. А потом схватил бы двойку — такое уже случалось.
— Я сейчас! — подчёркнуто засуетился он, при этом вовсе не отрываясь от компьютера.
— Пять минут! — сказала она. — Я проверю!
— Я проверю! — заявил младший, словно передразнивая её, толкнул старшего в бок, и она засмеялась.
Затем вышла из комнаты сына и пошла вниз, в цокольный этаж. Подумала, включила сауну на разогрев. Тоже привычка, которую она подхватила от мужа. Впервые он затащил её в парилку чуть не силой. Она попыталась убежать, он её задержал, а через пару минут она ощутила, что ей там очень нравится. И с тех пор наличие дома своей сауны считала самой удачной их покупкой. Даже недавно пристроенный к дому бассейн не приводил её в такой восторг.
Барсик сауну недолюбливал, поэтому, стоило ей зайти в кабинку и нагнуться к печке, он вырвался и с независимым видом удалился, задрав похожий на букет хвост и важно вышагивая лапами в пушистых «штанах».
— Ну и иди отсюда… со своими штанами, — сказала она ему вслед.
Маша подошла к двери, ведущей в бассейн, отперла её. Из-за того, что одна стена бассейна была стеклянной, она сама настояла на том, что могучая, почти что сейфовая дверь отделит его от сауны. И всегда следила за тем, чтобы она была заперта: так ей было спокойнее. Раньше она была намного беспечнее, но года три назад в соседнем посёлке из-за такой беспечности погибла целая семья — грабители среди бела дня зашли в дом через открытую дверь, а никто из соседей даже не спохватился: все думали, что так и надо. А бандиты согнали всех жильцов в подвал — пожилого мужчину с женой и двумя гостившими у них внуками — и всех там убили, зарезав ножами.
Убийц вскоре поймали — это оказалась бригада строителей то ли из Молдавии, то ли с Западной Украины, которые до этого перекладывали крышу на этом самом доме. Но убитым старикам и двум детям было уже всё равно. Ровно с той поры она стала относиться к вопросу запертых дверей намного серьёзнее, к немалому облегчению мужа. До этого она считала его чуть не параноиком, а он всегда говорил, что двери существуют для того, чтобы их закрывать, в противном случае их бы не устанавливали.
Воспоминания о погибшей семье её немного встревожили. Беспорядки в городе — теперь ещё это вспомнилось… Андрей позвонил с какими-то непонятными страхами. Она прошла через спортзал к двери, ведущей в подвал, решительно открыла её. Стало почему-то страшновато, когда она глянула на тёмную лестницу. Такого за ней раньше не водилось. Она мотнула головой, словно отгоняя страх, щёлкнула выключателем. Свет упал на покрытые красноватой, искусственно состаренной плиткой ступени и нарочито грубую отделку стен. В подвале, кроме кладовок и гардеробной для несезонных вещей, были ещё домашний кинотеатр с проектором и экраном во всю стену и даже небольшой бар. Они заранее определили подвал как продолжение жилой территории.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
