ул. Станиславского).
В Ростове-на-Дону отец многие годы проработал фельдшером хирургического отделения и делопроизводителем Еврейской больницы. Семья Трумпельдор ничем не выделялась среди ростовских обывателей. И хотя в семье царила теплая атмосфера еврейского дома, между родителями возникали разногласия на почве воспитания детей: если Зеев-Владимир был твердым сторонником приобщения детей к ценностям еврейства и иудаизма, то мать, выросшая в ассимилированной семье и получившая образование в русской школе, стремилась оторвать детей от еврейства, полностью приняв образ жизни русского окружения. Влияние матери сыграло свою роль в том, что сестры Трумпельдора впоследствии крестились и навсегда утратили связи с еврейским народом.
Для мальчиков пример отца имел решающее значение в определении своих национальных и религиозных предпочтений. В семье отмечались еврейские праздники, в еде придерживались норм кашрута. По настоянию отца маленький Иосиф посещал хедер — еврейскую религиозную школу для мальчиков. В хедере дети учили Танах (Ветхий Завет), Талмуд, там произошло приобщение будущего героя к духовным ценностям еврейского народа. Еврейские герои древности — борцы за независимость Иудеи — братья Маккавеи, вождь еврейского восстания против римского владычества Бар Кохба запали в душу мальчика. Волей-неволей вставал вопрос: "Мы были свободной нацией в собственной стране. Так почему мы сегодня пребываем в чужеземной неволе?" Несомненно, именно тогда в душе Иосифа стала формироваться жажда еврейской свободы и независимости, приведшая его вскоре к сионизму.
Наряду с еврейским религиозным образованием, дети получали и светское образование. Иосиф с отличием заканчивает в Ростове-на-Дону городское училище и планирует продолжить учебу в реальном училище, однако сталкивается с запретами и ограничениями, обильно вводимыми русскими властями для своих еврейских граждан. Успешно выдержав приемные экзамены в реальное училище, он принят в него не был — пресловутая "процентная норма", ограничивающая число евреев тремя-пятью процентами от общего числа учащихся, закрывала евреям путь к получению образования. Одним из немногих учебных заведений, куда принимали евреев, была фельдшерская школа в Харькове, которую Иосиф Трумпельдор окончил в 1900 году, и начал работать в амбулатории при Еврейской больнице.
В юности Иосиф, как и вся демократическая русская молодежь того времени, был увлечен идеями толстовства. "Великий писатель земли русской" Лев Толстой проповедовал среди своих многочисленных последователей идеи жизни на земле, крестьянская коммуна рассматривалась им как идеал общественных отношений. На молодого Иосифа Трумпельдора огромное впечатление произвело знакомство с толстовцами, создавшими свои общины неподалеку от Ростова-на-Дону, в Новочеркасске и в станице Старочеркасской. Среди них можно отметить Василия Часовникова и Александру Гриневу, находившихся в личной переписке со Львом Толстым и активно пропагандировавших его идеи. Возможно, именно общение с ними привело Трумпельдора к толстовству, под их влиянием он уже в четырнадцать лет стал убежденным вегетарианцем и оставался им на протяжении всей жизни, отказался от курения и употребления спиртного, сделал для себя нормой физическое и духовное закаливание, ограничил себя в развлечениях и предметах роскоши.
Почти шестимиллионное российское еврейство пребывало в отчаянном положении — запертое в огромное гетто, носившее название "черты оседлости", в стране, где антисемитизм был государственной политикой царских властей, где многотомное русское "Законодательство о евреях" непрерывно пополнялось новыми законами и законодательными актами, лишавшими российских евреев элементарных гражданских прав — у евреев не было перспектив. Суть политики царского правительства в отношении евреев нашла отражение в известном заявлении обер-прокурора Синода К.П.Победоносцева: "Одна треть их вымрет, еще одна уедет из России, а остатки бесследно растворятся в среде окружающего населения".
Еврейская молодежь, лишенная будущего в России, искала путей выхода из тупика. Одни шли в революционные организации, считая, что спасением угнетаемого еврейского народа станет революция, которая разрушит антисемитские ограничения царских властей и принесет свободу и равноправие всем гражданам России, в том числе и евреям. Для других путеводной звездой становились идеи сионизма, декларировавшего, что только в своем государстве, воссозданном на исторической Родине — на Земле Израиля — еврейский народ обретет подлинную свободу и независимость как равный среди равных в семье народов.
Сионизм — национально-освободительное движение еврейского народа за возрождение национального государства на исторической Родине в Палестине, на рубеже XIX-XX веков решительно завоевывал сердца молодых российских евреев.
Идеи об исходе российского еврейства на свою историческую Родину родились в кружках еврейской интеллигенции после погромов 1881 года, ставших своего рода переломным рубежом для еврейского общества — до той поры многие искренне верили, что образование и освоение русской культуры позволят ассимилированным русским евреям войти в русское общество и постепенно получить гражданское равноправие. Погромы показали тщетность таких надежд.
Первым осознал новую реальность казалось бы полностью ассимилированный еврей военный врач Лев Пинскер, награжденный орденами за участие в обороне Севастополя во время Крымской войны. В 1882 году Пинскер опубликовал свою брошюру "Автоэмансипация". В ней Пинскер подчеркивал бедственное состояние еврейских масс и их униженное, ненормальное положение в странах рассеяния как всюду чуждой этнической группы, не поддающейся ассимиляции и не имеющей своей родины. Единственным решением этой проблемы Пинскер считал автоэмансипацию, то есть приобретение еврейским народом собственной территории на своей исторической Родине — в Палестине.
Уже в 1884 году сторонники Пинскера, называвшие себя "Ховевей Цион" (в переводе с иврита -"возлюбившие Сион") провели съезд в городе Катовице, на котором была сформулирована идея палестинофильского движения как возвращения евреев к сельскохозяйственному труду и создания в Палестине еврейской сельскохозяйственной базы.
Вдохновленные идеями палестинофильства, первые группы энтузиастов — российских студентов и гимназистов, объединились в организацию "БИЛУ". Это слово представляет собой аббревиатуру из начальных букв слов библейского стиха, что в переводе на русский означает: "Дом Иакова! Вставайте и пойдем!" (Исайя. 2: 5). Билуйцы отправились в Палестину, находившуюся тогда под турецким правлением, с целью создания там еврейских сельскохозяйственных поселений.
Российские палестинофилы предлагали практическое решение еврейского вопроса путем переселения в Палестину. Для осуществления этой цели требовалось создать для рассеянного по всему свету еврейского народа национальное политическое руководство, которое поведет народ к собственному независимому государству.
Первым идею создания национального политического руководства, способного реализовать надежды народа о своем государстве, провозгласил в своей книге "Еврейское государство", вышедшей в феврале 1896 года, австрийский журналист Теодор Герцль. Так возник политический сионизм.
Герцль считал возможным осуществить идеи сионизма мирными путями при поддержке цивилизованного мира. Будущее еврейское государство виделось ему как идеальная страна, построенная на общечеловеческих основах, гуманистических и социальных. Он мечтал о новом облике еврея — гордом и благородном.
Идеи Теодора Герцля о национальном возрождении немедленно получили широчайшую популярность во всех концах еврейского мира. Уже в августе 1897 года в Базеле под председательством Герцля состоялся Первый Сионистский конгресс, в котором приняли участие сотни делегатов со всех концов
