можем предотвратить её "кормёжку".
С другой стороны, есть ещё Кадзи. Немного сдвинутый на своей личной власти, но куда более сильный и располагающий серьёзным объёмом информации. Заключить временный союз с ним было бы куда выгоднее.
Впрочем, может есть причины, которые мешают Колючу сделать такой ход? В конце концов, я могу и не знать всех мотивов Кадзи. Либо они вообще с ним в сговоре — предположим оба пытаются убедить меня в том, что Вечные служат неведомому монстру, а не бегают от него по разным временным веткам.
Цокнув языком, медленно качаю головой. Хватит. Сам спрашивал у "робота" про паранойю, а теперь разводишь в своей голове хаос. У Кадзи банально не было времени, чтобы поговорить с Сергом и прийти к какому-то единому знаменателю. Да и те нити, которые вели к этим трём системам, выглядели весьма подозрительно. Первое, что напрашивается на ум — он отслеживал ситуацию, чтобы быть вы курсе, если вдруг придёт время жатвы. Но почему тогда не обезопасить человечество, избавившись от угрозы, а только потом действовать дальше? Пусть ему нужна армия, чтобы обрушиться на Вечных, но если этот парень сильнее Колюча, запросто мог прилететь сюда и разобраться с вопросом.
Стоит признать, выглядит всё это несколько странно. А если вспомнить поведение Кадзи, который не гнушался методами прямого подчинения, сомнений появляется ещё больше. Правда, я не совсем понимаю, на что он тогда рассчитывает? Если начнётся массовое истребление всего живого, то несмотря на всю силу, достанется и ему. Точно не меньше, чем остальным.
Бот с толчком пристыковывается к шлюзу и я отгоняю мысли в сторону. Раз мы поднялись, значит дроны тоже должны покинуть атмосферу. И совсем скоро я пойму, как Колюч собирается разделаться с такой прорвой энергии.
Выйдя в шлюз, сталкиваюсь с Эстой за которой маячат два медика и мобильная медицинская капсула. Сразу же машу головой.
— Потом. Вы об — на свои места. А ты за мной.
Девушка яростно морщит лоб, сводя вместе брови. И не двигается с места. Рванувшие было эскулапы, тоже застывают на месте. Приходится рявкнуть.
— Вернуться в медицинский отсек. Немедленно. Выполнять!
Парочку, как ветром сдувает. Я же подступаю ближе к девушке, поднимая стекло шлема и вырубая внешние динамики.
— Мне важно видеть, что именно происходит на планете. И всё зафиксировать. Вылечусь, когда мы снова войдём в червоточину.
Несколько мгновений укоризненно смотрит на меня. Наконец кивает, сразу же задавая логичный вопрос.
— Как ты хочешь с этим разобраться?
Сначала не понимаю о чём она. Ведь Эзза должна была получить полный слепок информации о происходившем внизу. И наверняка выложила его девушке. Но видимо Хранительница ничего не получила. Что странно.
— Знаешь, новые способности Колюча меня немного пугают. Я транслировал все данные, искренне считая, что их принимают. Только вот Эзза не получила ни единой записи.
Занятно. И ещё раз намекает на то, что Серг действует из добрых побуждений. Скорее всего.
Спустя несколько секунд мы уже шагаем к мостику. А на половине дороги в наушнике глухо звучит голос Эммельсона.
— Капитан, внизу начинается светопреставление. Думаю вам стоит это видеть.
Глава III
Советник запускает трансляцию ещё когда мы шагаем в сторону мостика. Небольшую проекцию, которая висит перед нами в воздухе, показывая картинку с "Мангуста". Корабль завис над планетой — прицельно над местом, где происходит основное действо. И там действительно разворачивается что-то глобальное. От архипелага на котором мы приземлялись, расходятся плотные кольца визуально видимой энергии, которые ровняют с землёй постройки на соседних островах.
К моменту, когда оказываюсь около своего места, процесс заходит куда дальше — теперь белые волны прокатываются по доброе половине планеты, сокрушая всё на своём пути. Но что самое интересное — аппаратура "Мангуста" не фиксирует присутствие Колюча. Более того — если отталкиваться от данных радаров, "Ласточка" в системе тоже отсутствует. На момент мне даже кажется, что внизу меня просто переклинило от удара странным энфисом и вколотой химии. Успокаиваюсь только вспомнив о том, что советник тоже всё это видел. Обмануть симбиота куда сложнее, чем залезть в голову вымотанному и раненному "прошке". По крайней мере мне так кажется.
Новое кольцо энергии проносится уже по всей планете, а в наушнике звучит вопросительный голос Тонка.
— Что там происходит, командир?
Голова слегка плывёт от усталости, но я понимаю, что остальных этот вопрос тоже интересует. Правда выложить им всё прямо сейчас, не получится. Какой бы ни была мотивацию Колюча, он действительно занялся сформированной в звёздной системе хреновиной. Возможно не подведёт и со вторым пунктом нашей договорённости. Нет никакого смысла подставлять его.
Ещё раз прохожусь по своим мыслям, пытаясь убедиться, что никакого ментального воздействия не было. В очередной раз излагаю сам себе знакомые аргументы, после чего озвучиваю "официальную позицию".
— Я нашёл способ разобраться с проблемой. Надеюсь, сработает.
Тонк молчит, но зато слева доносится голос Эммельсона.
— А что там вообще было? Почему планета полностью вырезана, а мёртвые мутируют прямо у нас на глазах?
Глянув на него, несколько мгновение раздумываю. Потом закрываю тему.
— Не сейчас. Сначала посмотрим, сработает ли решение. Если всё пройдёт удачно, то позже я обращусь к экипажам. Им стоит знать во что мы ввязались.
Об этом я уже не раз думал во время перелёта. И решил, что держать команды в режиме информационного голода, точно не станет выходом. Они рискуют своими жизнями. Если изначально я мог как-то объяснить наши действий обычной мотивацией, вроде финансов или захвата активов, то теперь это мягко говоря, проблематично. Придётся как-то обрисовать им общую картину происходящего. Сделав это так, чтобы людям не захотелось немедленно сбежать.
Эммельсон тихо матерится, пара офицеров вскрикивают. Со стороны поста систем наблюдения и вовсе доносится глухой кашель. Сам я, поняв, что отвлёкся, снова концентрирую внимание на проекции. Вот и он — громадный белый столб, который поднимается до самой орбиты и только что стал видимым абсолютно всем. Только уже не такой массивный и раскачивающийся из стороны в сторону. В некоторых местах и вовсе истончился так, что того и смотри, банально лопнет.
Целая серия белых колец, сносящих всё на своём пути. Похоже Колюч вошёл во вкус. Интересно, как он это делает? И откуда у обычного бойца, пусть и с хорошими задатками, взялся такой объём энфиса? Сейчас он скорее напоминает главу какого-то Великого Дома, чем наёмника, что я встретил на Рэдде.
Минуты три всё происходит
