Но, главное, что голос приближался, точнее это она подходила к нему. Теперь уже Мия могла расслышать отдельные слова. Человек абсолютно точно читал книгу. Точнее бубнил её себе под нос. Что-то про географию обширных земель Вирридии. Похоже на учебник из тех, по которым их обучали в пансионе.
Мия сделала ещё пару шагов вперёд и увидела свет, лившийся из-за приоткрытой двери. Она тихо подошла и заглянула внутрь. На диване в ярко освещённой комнате, похожей на гостиную, сидел молодой человек и читал книгу. Он явно не мог быть её мужем — слишком уж молодым казался. Она плохо помнила лицо лорда Гастона. Да и тогда, на венчании, робость мешала рассматривать его, но он тогда уже был намного старше. Пока Мия гадала, кто этот молодой человек, он обернулся и увидел её.
— Создатель, спаси и защити! — Он вскочил с дивана и прижал руки в груди, в молитвенном жесте. — Ты кто такая?
— Я — жена лорда Дерека Гастона. — Не нашлась ничего лучше, чем ответить Мия. — А вы кто?
— Жена?! — Молодой человек закашлялся, а потом ещё раз внимательно посмотрел на неё.
— Я знаю Дерека всю жизнь и никогда не слышал о его жене. Ой, простите, — спохватился он, — Забыл представиться — Лэр Данир Эсмар.
— Очень приятно — лирия Ремия Де Раст. Ой, — Мия прижала руку к губам. Она только сказав, поняла, что назвала своё имя и титул так, как она всегда слышала их в пансионе. Она же приехала сюда, как жена лорда Гастона.
— Так, я думаю произошло что-то непонятное, ни мне, ни вам. Так что давайте, вы сядете вот здесь, — и лэр Эсмар указал рукой на кресло напротив кушетки, — и мы обсудим всё, что с вами случилось. Если вы, конечно, не призрак, или ночная фея, которые имеют свойство исчезать в ночи, говорят.
— Нет, точно не фея и не призрак, — рассмеялась Мия. С лэром Эсмаром она сразу почувствовала себя легко и непринуждённо, будто они были давно знакомы. Она думала такое бывает только в романах, которые она читала тайком от директрисы пансиона.
— Ну вот и замечательно, — молодой человек улыбнулся в ответ, и Мия поймала себя на мысли о том, что он удивительно красив, когда улыбается. Лицо правильной формы, тёмные волосы небрежно спадали на лоб, глаза горели азартом молодости. — А то мне надоело уже учиться. Учёба — неблагодарное занятие, вы не находите, лирия? Вы ведь, наверное, закончили пансион только — только, верно? А меня вот опекун отправил доучиваться. Я бросил учёбу год назад, и, честно говоря, не жалею, но он заставил вернуться. Я вот сбежал от опекуна сюда, надеюсь, что уж здесь то он меня не достанет.
Он сначала рвал и метал, потом, правда образумился и мы с ним заключили договор. Он меня не трогает, а её — заканчиваю университет.
— А на кого вы учитесь? — Мия была очарована непринуждённостью манер лэра Эсмара. Такое ощущение, будто они знали друг друга уже очень давно.
— Я — магистр экономических наук. Лэр Грэвли, опекун, хочет, чтобы для меня в столице нашлась работа, но я если честно не горю желанием сидеть сиднем при какой-нибудь Академии Экономики или при банке и вечно что-то высчитывать или вычислять.
— А что вы хотите?
— О, — Лэр Эсмар поднял глаза к потолку и скорчил забавную рожицу, — Я мечтаю заниматься тем, что мне нравится — поездить по свету, поохотиться и попробовать просто жить, не думая об учёбе и планах на завтрашний день. — Мия понимающе кивнула. Наверное, это волшебство, иначе почему она с первых слов так завороженно слушала этого молодого человека? — Так вы мне ещё не ответили, как так получилось, что вы жена моего кузена?
Кузен? Вот оно что. Священник говорил же ей, что теперь делами её супруга заведует кузен. Она рассчитывала встретить строгого педанта в очках, а он почти её ровесник. Мия вздохнула, а потом начала рассказывать. С ним не надо было ничего выдумывать, подбирать слова, она рассказывала так, как считала нужным, наверное, поэтому рассказ вышел таким живым. Под конец она даже достала кольцо супруга (его вместе с драгоценностями, она положила в небольшой мешочек на груди, и, как выяснилось, не зря) и показала. Какие слова нужно произнести, чтобы проявился брачный браслет, Мия не помнила. Отец говорил ей, но ей как-то было недосуг запомнить, а перед поездкой она забыла спросить, о чём теперь очень жалела. Вдруг этот замечательный лэр подумает, что она воровка.
— Хм, интересно, — только и произнёс он, рассматривая кольцо. — Оно явно принадлежит брату. Я помню у него было это кольцо, а потом пропало куда-то, но вот куда, он мне не особо рассказывал, да и вообще человек он не разговорчивый. Так чего вы, говорите, хотите?
— Развода, — покраснев, выговорила Мия. Слово жгло язык. В приличном обществе это слово даже произносить не принято было, не то что разводиться. Вот почему отец и хранил всё это в тайне. Если, высший свет узнает, что она была замужем и развелась, никто не посмотрит на причины. Она станет отверженной.
— Что-ж, я думаю мой брат будет не против. Сегодня ты, наверное, устала. А от Бастета доброго слова не дождёшься. Я провожу тебя в комнату и попрошу кого — нибудь принести ужин (увы, слуг Дерек почти не держит, только старый Бастет, повар и служанка). А завтра я уж упрошу брата принять тебя. Ну что, идёт? — и лэр Эсмар вскочил и протянул руку для пожатия, сразу превратившись в озорного мальчишку.
— Конечно, — Мия вложила в его руку свою и улыбнулась. Кажется, день заканчивается не так плохо, как начинался.
Лэр Эсмар проводил её в комнату, недалеко от гостиной, в которой они встретились, а потом исчез, пожелав её спокойного сна. Мия выдохнула.
В комнате горели светильники. Свет, хотя и приглушённый, позволял рассмотреть комнату. Она была обставлена дорого и со вкусом. Трюмо, небольшое уютное кресло, закрытое ставнями окно и огромная, почти на полкомнаты, кровать. На стенах дорогие обои из тёмносиней блестящей ткани. Мия с трудом вспомнила название — матилье. Её привозили из-за моря и стоила она баснословных денег. Видимо, лорд Гастон был не бедным человеком.
В комнате не было ни пыли, ни чехлов. Такое ощущение, что ей кто-то пользовался или же здесь недавно были гости и только-только уехали. Мия не стала забивать себе голову ненужными вещами. Какое ей до этого дело? Аккуратно повесила плащ на спинку кресла и присела на кровать. Интересно, сможет ли она заснуть в этом доме? Ну, по-крайней мере, она попытается. А завтра попросит кузена супруга принести её чемодан. Вряд ли она останется здесь надолго, но хотя бы не будет скучать. Напишет письма, черкнёт пару строк в дневник, перечитает книгу.
Только Мия собралась лечь спать, как в дверь постучали.
— Лирра, могу я войти?
Голос был явно женский. Наверное, служанка.
— Да, конечно.
В комнату вошла женщина средних лет с подносом еды.
— Вот, лэр Эсмар передал вам. Здесь, то что нашлось. Хозяин ужинает редко и мало, а лэр предпочитает перекусывать чем придётся, так что уж не обессудьте. Как покушаете, поставьте поднос куда хотите. Нравы здесь у нас простые. Я с утра уберу.
— Хорошо, благодарю вас.
Как только женщина ушла, Мия принялась за еду. Действительно, по меркам даже пансиона еда была странная. Кусок бекона, хлеб, сыр и кружка молока. Такая еда больше подошла бы крестьянам. Но всё было вкусным и свежим, поэтому Мия с аппетитом поужинала, поставила пустой поднос на подоконник (ну раз у них так принято) и легла спать. Как ни странно, она заснула быстро и спала даже без сновидений.
А утром её разбудил стук в дверь. Она вскочила, не сразу вспомнив где находится.
— Кто там?
— Это я, Данир, — голос молодого человека звучал бодро и Мия против воли улыбнулась. Как же замечательно, что в этом мрачном доме она нашла друга. — Хотел позвать вас в столовую и представить брату.
— Хорошо, подождите. Я сейчас выйду.
Мия надела платье (как хорошо, что оно застёгивалось спереди!), поправила волосы и вышла к лэру Эсмару. Они улыбнулись друг другу как добрые знакомые.
— Вообще то мы здесь никогда не едим в столовой. Дерек так вообще старается не показываться даже слугам. Но вы, наверное, привыкли по-другому, так что я приказал Марте подать в столовую.
