Однако, несмотря на попытку списать всё на галлюцинации, весело скалящийся Йохансон, несомненно, там присутствовал во плоти. Более того, жестами просил убрать защёлку. Открыв окно, ошеломлённая девушка растерянно спросила.
— Ты что здесь делаешь?!
— Тренируюсь. Давай быстрее. Вылазь, — замахал рукой, поторапливая. — Сегодня первая репетиция похищения шотландской принцессы. Из будущей пьесы. Я же предупреждал.
Этот нахал так на неё посмотрел, с явным укором, что заставил ещё и смутиться.
«Неужели он всерьёз решил за это взяться?» — подумала шокированная девушка.
Даже не зная, как к этому относиться? И к чему конкретно, к этому? И насколько далеко он собирается зайти? И в чём именно? В желании поучаствовать в спектакле или…? Рой «жужжащих», назойливых вопросов, заполонил её голову. Именно так они представлялись в её воображении.
— Эйлис. Мы же ждём. Не задерживай людей и коней. И кстати, сколько ты весишь? — поинтересовался магистр деловым тоном, уже прикидывая это на глаз.
Перегнувшись через подоконник, Эйлис посмотрела вниз и увидела, что Йохансон стоял на длинной садовой лестнице. Которую, делали вид, что придерживают, из-за чего девушка окончательно потеряла связь с реальностью, словив «крах операционной системы», Уэйн и его жена, Айрис. Причём оба как-то странно улыбались.
— Решай быстрее. Ты либо закрываешь окно изнутри, либо перелазишь целиком, — ехидно посоветовал брат.
Подобного «предательства» от него она не ожидала. Как и того, что он, вообще, здесь забыл?! Да ещё с Йохансоном!
— Я бы на её месте после вопроса о весе, дала бы ухажёру по морде, — наставительно добавила Айлис. — И вообще, приличная девушка должна набить себе цену перед тем, как позволить себя уговорить. Дать понять, что она дорогого стоит и нужно приложить больше усилий, чтобы её добиться. А то, до свадьбы: «Я подарю тебе целый мир. Отвезу на край земли», а после: «Дорогая, это слишком дорого. Я занят, сходи сама», — ворчливо подколола Уэйна.
Дворецкий дяди Анри, стоявший рядом и державший за повод осёдланную лошадь, ничего не сказал, но, определённо подумал.
У Эйлис возникло ощущение, что мир окончательно сошёл с ума. Единственный нормальный человек, оставшийся на этой планете, это она.
«Что здесь происходит?!» — мысленно запаниковала девушка, продолжая растерянно моргать, глядя в одну точку, словно сломанная кукла.
В этот момент у Эйлис наблюдалось очень выразительное и забавное выражение лица, чем этот негодяй Йохансон и воспользовался. Подло сфотографировав её на телефон. Очнувшись от вспышки, мигом покрасневшая девушка, задыхаясь от желания сказать этим… этим… этим нехорошим людям, что она с ними завтра сделает, если те не удалят компромат и не извиняться.
Резко выпрямившись и свирепым волком посмотрев в глаза Йохансона, Эйлис решительно захлопнула окно с громким стуком, после чего плотно задёрнула шторы. Вернувшись в кровать и выключив ночник, она ещё больше часа мучилась бессонницей, пытаясь найти ответы на свои вопросы. Испытывая одновременно стыд, возмущение и тревогу. Ругая отца за то, что тот уговорил её на эту поездку. Лучше бы осталась дома. Если об этом случае станет известно, то, сгорая от смущения, замучается доказывать, что не давала Йохансону поводов лезть к ней ночью в спальню. Да ещё с помощью её же родственников. Чёртов шутник! Да как он только посмел поставить её в такое неловкое положение? И как только Кэтрин терпит этого несносного парня?
* * *
За ту неделю, что провёл во дворце герцога Анжуйского, я успел многое сделать. Несколько раз «поцапаться» с принцессой, требующей отдать ей мой телефон на проверку. Отправить сэру Уэйну копию фотографии, как и обещал. Закончить первый этап лечения Луи. Подружиться с забавным малышом. Побаловать его иллюзиями и различными фокусами. Помочь поиграть с вымышленной компанией ровесников. Немного опасаясь, как бы он себе на этой почве шизофрению ни заработал. Облазить почти весь дворец дяди Анри, как герцог Анжуйский разрешил себя называть. Сделав ещё более невероятную вещь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Получив подтверждение, что сын идёт на поправку, учитывая, что я спас ему жизнь, сохранил способности, и кроме того, явно пришёлся по душе, чем сильно удивил семью Бонне, Его Светлость попросил меня стать крёстным отцом Луи. Это было очень неожиданным решением не только для меня, но и для Стюартов. Немного привязавшись к малышу, дал на это согласие. Так что в Париж я уехал довольным и радостным, как хомячок, попавший в зернохранилище. Столь же непомерно «раздувая щёки» от самодовольства.
В день «Х», когда прилетала моя группа и нас в столичном аэропорту должны были встречать родители из семей принимающей стороны, я прибыл туда без опозданий. Меня привёз личный секретарь Его Светлости, у которого, наверняка имелась масса других дел, что говорило о многом. Помимо этого, мне вручили визитную карточку с прямым телефонным номером герцога Анжуйского, на случай если понадобится его помощь.
Пройдя в зал ожидания международного аэропорта имени Короля Франциска I, чуть не разминулся с человеком, которого совершенно не ожидал здесь встретить. Из-за чего с минуту тупил, удивлённо разглядывая Ивон, со спины, гадая: «Что она здесь делает? Кого-то встречает?» На что намекали два помощника, держащие в руках большие прямоугольные таблички с именами прилетающих. Кроме того, их группа пристально всматривалась в сторону терминала, откуда должны были выйти пассажиры рейса Лондон-Париж. Незаметно подкравшись сзади, приблизив губы к уху Ивон, тихо, имитируя лёгкое беспокойство, с любопытством спросил.
— Ещё не появились?
— Нет, — на автомате, расстроенно ответила о чём-то сильно задумавшаяся девушка.
Даже не повернув головы.
— А кого хоть ждём? — уточнил.
Нет, конечно, я догадываюсь, но, хотелось бы убедиться.
— Двух дур и одного идиота. И если у него не найдётся оправдания, почему он не нашёл время и ни разу мне не позвонил, горло перегрызу, — зловеще пообещала Ивон, вызывая у меня плохие предчувствия.
Нервно потерев шею, проверяя, цела ли ещё, глупо себя выдал, неосознанно выругавшись, — Вот чёрт! Естественно, француженка тут же обернулась, сообразив, с кем разговаривает. Её глаза моментально широко распахнулись и Ивон чуть не повторила ту же фразу.
— А… но… как же… ведь… откуда? — растерявшись и заикаясь, принялась показывать пальцем то на меня, то на выход из терминала.
— Так я уже неделю во Франции. Извини. Совсем забыл позвонить! — вжав голову в плечи, крепко зажмурившись, сложил ладони над головой в виде домика, прося сильно меня не бить.
— Забыл?! Неделю?! Извини!!! — голос разъярённой девушки быстро поднялся до небывалых высот, разносясь по всему залу, чуть ли не переходя в ультразвук.
Пришлось успокаивать Ивон, стоически выдерживая её нападки и обвинения. Сначала основывающиеся на обиде, потом на возмущении, переходящим в радость, и в конце, уже превратившись в лёгкую, дружескую перебранку. В процессе чего объяснил, что я тут не отдыхал, а работал. Да ещё в таком месте, откуда ни сам не выходил, ни куда других не мог привести. Соблюдал режим секретности и всё такое. Да и, поскольку она мне не официальная девушка, то, с чего вдруг требует перед ней отчитываться? Задаёт вопросы: с кем, когда, почему? Так что попросил уняться, а то мы поссоримся.
Вместе с тем, не стал признаваться, что мне была приятна такая бурная реакция. Ведь она означала, что девушка принимала всё близко к сердцу. Я не был ей безразличен. Поэтому обижаться на Виардо не стал. На искренние проявления эмоций, в принципе, глупо это делать.
-Я так и думала, что достаточно пойти на шум драки и мы обязательно найдём Эрика. И опять с леди. Привет, — радостно помахала рукой Гриффин, привлекая наше внимание.
Успев подойти вместе с Браунфельс, пока мы между собой выясняли отношения. Одетая в повседневную одежду Джейн выглядело довольно непривычно. Я редко её видел в чём-либо другом, кроме школьной формы или контактного комбинезона.
