Где-то такими их я себе и представлял. Грейс выглядела обычной девушкой с русыми волосами, немного округлым лицом и серыми глазами. Усреднённой во всём: внешности, фигуре, росте, размере груди. Одевалась неброско. Джинсы, блузка и короткая джинсовая курточка. Макияжем практически не пользовалась. Эвен Макбрейн, четырнадцатилетний подросток. Высокий, худой с подтянутой, спортивной фигурой и, как мне показалось, немного дерзким взглядом. Рой Кэмпбелл, шестнадцатилетний парень. Ярко-рыжий, зеленоглазый, с густой гривой непослушных волос. На вид крепкий, решительный малый, с общительным характером. А вот последняя из четвёрки, Гленна, была его противоположностью. Невысокая, коротковолосая брюнетка с маленькой грудью, плоской задницей, молчаливая и замкнутая. Широкие плечи и мускулистые руки выдавали в ней пловчиху. В дополнение к чему шла стройная фигура, без капли лишнего жира, скрывающаяся под мешковатой, блёклой одеждой, и, как мне показалось, немного заниженная самооценка. Эвен, напротив, излучал уверенность и даже, отчасти, высокомерие. Неудивительно, ведь он маленький монстр, уже в четырнадцать лет ставший рыцарем.
Сначала наши группы обменялись изучающими, оценивающими взглядами. Это нормально. Мы не знали их, они не знали нас, но всем было понятно, что находимся по одну сторону баррикад. На правах старшего, по статусу, вот уж не думал, что когда-нибудь это произойдёт, объявил собрание открытым.
— С завтрашнего дня нам предстоит обучение в известной школе Сент-Лоран. Не скажу, что нас там очень ждут или горячо любят. Скорее, наоборот. Ведь мы собираемся претендовать на то, что, вполне возможно, может достаться кому-то из их соотечественников. Про порядки в этой школе мне ничего не известно. Но, как и в любом серпентарии, где собираются молодые кобры из знатных семей, какая-то внутренняя иерархия и система неравенства у них, несомненно, должна присутствовать. Поэтому нас могут попытаться проверить на «прочность», чтобы понять, стоим ли мы уважения? Что из себя представляем? И нельзя ли за наш счёт как-нибудь поживиться или возвыситься? Возможно, — в очередной раз повторил это слово, — я сгущаю краски и у них царит мир, любовь и братство. В классах порхают бабочки. Над учениками светятся нимбы святых. В коридорах бродят единороги, а в столовой кормят радугой, — сразу обозначил, насколько верю в эту бредовую версию. — Мы должны быть готовыми к любым проявлениям «гостеприимства». На этой оптимистичной ноте предлагаю заключить военный союз. Для обмена информацией и осуществления совместных операций по защите чести и достоинства. Возражений нет?
Возражений не последовало. Уже хорошо.
— За парней я спокоен. С девушками чуть сложнее. Если вас будут задевать ученицы, то мы не сможем вмешаться. Иначе сделаем только хуже. Гленна, Грейс, — мы договорились звать друг друга по именам, в качестве первого признака объединения, — если почувствуете, что сами не справляетесь, назовите имена и Эльза бросит им вызов. Справишься? — вопросительно посмотрел на лакомившуюся мороженым, довольную немку.
Которую ничего, кроме этого, не беспокоило.
— Справимся, — ответила за неё уверенная в себе Гриффин. — Я тоже не прочь проредить чью-нибудь шевелюру. Или отправить наглую девицу к дантисту.
— А справишься? — засомневался Рой, учитывая её невысокую, щуплую фигуру.
— О, я умею удивлять, — загадочно улыбнулась Джейн, поправив сбившийся у виска локон. — Не получится в честной драке, лицом к лицу, значит, найду другие способы.
— Но, так же не принято, — осуждающе посмотрела на неё Гленна, шокированная таким откровенным заявлением.
— Кому? Я не аристократка, чтобы заморачиваться кодексом чести. Сами несите свои оковы. Меня в Святой Анне знатные курицы не раз пробовали под себя прогнуть. Использовать в качестве насеста. Пришлось ощипывать. На чьё-то высокомерное — Фи, у меня всегда найдётся жизнерадостный — Фак. Титул мне не светит. В деньгах не нуждаюсь. Руки есть. Глаз намётан. Голова работает. Золото всегда в цене. Рубины, — бросила на меня быстрый взгляд, — найти можно. Так что заработать не проблема. По званым приёмам не хожу и не собираюсь. Это ко мне будут приходить и угождать, чтобы получить работу настоящего мастера. Для меня фехтование не цель — а увлечение. Я себе цену знаю. А если с ней кто-то не согласен, это его проблемы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я уважительно посмотрел на напарницу, раскрывшуюся с неожиданной стороны.
— Мне давно интересно, — сменил тему Эвен, обратившись ко мне, — каково парню учиться в женской школе? Уже сам этот вопрос вызывает улыбку.
— Не знаю, — немного смутился, не ожидав такого вопроса. — Как по мне, проще, чем в мужской. Потому что там не пришлось становиться таким же, как все. Под кого-то подстраиваться. Оглядываться. Конкурировать. Обращать на себя внимание. Я сразу стал ценным меньшинством.
— И что, тебя там все так легко приняли? И в классе, и в команде? — недоверчиво удивился парень.
На лицах шотландцев читалось искреннее любопытство. Даже у девушек. Не представляющих, что у нас там за нравы?
— Не сказала бы, — с улыбкой ответила Джейн. — Сначала ему пришлось дать кое-кому по наглой, лживой жопе. Заставив её покинуть школу. Потом бросить вызов президенту школьного совета. Подкупить, насколько слышала, старосту класса. Усмирить отборных, разноцветных стерв. Несколько раз переполошить всю школу слухами о том, что по ночам он превращается в маньяка-убийцу, а днём работает фотомоделью и посещает благотворительные приёмы. С командой же Эрик разобрался ещё проще. Лупил нас дубиной до тех пор, пока мы не признали его за «любимого братика», — сказала это с придыханием и томным голосом. — Устав каждый раз после тренировки посещать лазарет. Как я и говорила, это самый действенный способ убедить других не строить тебе козни.
По мере перечисления, лица у доверчивых шотландцев «вытягивались» всё сильнее. Они стали посматривать на меня с восхищением и опаской. Наверняка посчитав каким-нибудь отморозком. Даже неудобно стало. Не думал, что со стороны это можно будет описать подобным образом.
— Ты немного ошиблась, — подсказала невозмутимая Эльза. — За ум мы взялись только после того, как он взялся за меч. Тогда стало понятно, что времени на размышление больше не осталось. В живых останется только один. Либо мы, либо он, либо опять же мы, но вместе с ним, — выдала замысловатую фразу.
Спелись, как я погляжу. Решили постращать молодёжь, поднимая авторитет командира на недосягаемую высоту. Что было видно по изменившимся взглядам шотландцев.
— Право, не стоит меня нахваливать, — со скромной улыбкой попросил напарниц. — Теперь, что касается наших планов. Моя группа, Рой и Эвен будут подать заявку на вступление в клуб силового фехтования Сент-Лоран. Для обмена опытом. Верно? — уточнил у парней. — Тянуть туда и вас, леди, бессмысленное занятие. Грейс наверняка запишется в бассейн, а насчёт тебя, даже не знаю.
— Я откажусь от посещения клубов. Сосредоточусь на подготовке к экзаменам и посещении библиотеки, — объявила Грейс. — Так как я выпускаюсь, не думаю, что с этим возникнут сложности. В связи с чем у меня будет к тебе отдельная просьба. Ты же медик ранга А+? Не мог бы дать мне несколько уроков? Я тоже собираюсь стать врачом. По направлению: «А-поле и его воздействие на организмы».
— Хорошо. Чем смогу, помогу, — согласился. — Только нужно сначала определиться с графиком. Пока не знаю, когда у меня появится свободное время.
— А нам, покажешь несколько новых боевых приёмов? — не удержался Эвен, тоже захотев получиться что-то для себя.
— Ага. И сразу А ранга, — поддела его Гриффин.
— А тебе что, жалко? Ты-то чего лезешь в наш разговор? — шотландец недовольно на неё посмотрел, как рыцарь на оруженосца.
— А ты не дерзи, мелкий. Не дорос ещё. Пока рыцарский пояс на себе не затянешь, гонору-то поубавь. Чаще прилетает по лицу, а не по документам, показывающим насколько ты грозный, — не осталась в долгу бойкая девушка.
И это Эвену ещё повезло, что с нами нет Збражской. Агата, вообще, проехалась бы по нему «катком». Она из тех, кто это дело знает, любит, практикует.
