с лица и шеи Яхх белую массу. Вторая покрыла лоб и щеки знатной женщины белилами. Третья готовила пышный парик. Четвертая держала наготове большое бронзовое полированное зеркало. Остальные готовили украшения.
Когда туалет Яхх был завершен, к ней пустили писца.
— Рад приветствовать прекрасную госпожу, — низко поклонился Тотрес.
— Тотрес, писец и сын писца, — она осмотрела худую фигуру.
— Это я, моя госпожа.
— И ты славишься как составитель хитрых писем?
— Готов услужить моей госпоже, — поклонился писец.
— Мне нужно составить письма номархам пяти номов. И в этих письмах должно быть мое послание, понятное лишь номархам. Ты уже знаешь, о чем я хочу писать и, наверное, уже придумал, как это сделать? Потифер хвалил тебя за острый ум. Думаю, что он не ошибся.
— Можно составить такие письма, моя госпожа. Упомянуть стоит об их наследственных правах. Это в самом начале. Такой слог есть всего лишь дань уважения к номархам. Так писали письма и фараон Секененра II и князь Секененра I и дургие властители фиванского дома. Потому здесь нет ничего, что может быть неверно истолковано.
— Хорошо! Но что дальше?
— Дальше, моя госпожа, следует напомнить, что великий фараон Секененра II, всегда чтил права и вольности номархов и советовал защищать их от любых посягательств. И моя госпожа, как супруга божественного фараона Секененра, чтит его священную волю, и всегда будет заботиться о том, чтобы этой волей не пренебрегал и её сын, принц Яхмос, если богам угодно будет даровать ему когда-нибудь корону Верхнего Египта.
Тотрес рассказал все, что желала слышать княгиня, и обещал, что завтра он принесет папирусы с написанными письмами для запечатывания печатью с перстня великой княгини…
* * *
Затем княгиню Яхх навестил Потифер.
— Я осталась довольна твоим писцом, Потифер. Он необычайно умен и хитер. Такой может пригодиться.
— Я давно веду знакомство с этим человеком, Яхх. Он не только хитер, но и необычайно богат. И он происходит из хорошего фиванского рода.
— Я также не успела еще поблагодарить тебя за Зару, — тихо сказала Яхх. — Ты выполнил свое обещание. Она родила мертвого ребенка. Теперь нам не грозит этот выродок.
— Желание госпожи — закон.
— И свидетелей не осталось?
— Как ты можешь спрашивать, Яхх, если сама знаешь, что я все делаю чисто.
Потифер врал княгине. Он не прикладывал никаких усилий к родам Зары. Все произошло само собой по воле богов. Но почему не приписать деяния небожителей себе? Княгиня будет ему обязана.
— Я сама начну тебя бояться, Потифер, — усмехнулась Яхх.
— Напрасно, моя госпожа. Я могу быть верным и преданным до конца. Лучшего слуги тебе не найти.
— А я умею платить за преданность, Потифер! Ты, как я знаю, самый богатый человек в Фивах после фараона. Чем могу отблагодарить тебя я, бедная женщина.
Потифер усмехнулся:
— Слово «бедная» совсем не подходит тебе, Яхх
— Но я не так богата как ты. Итак, чем же я могу заплатить тебе, Потифер?
— Разве нужно мне платить за преданность моей госпоже? Госпожа владычица моего сердца.
— Что такое сердце человека, Потифер? Сердце изменчиво.
— Но не такое преданное как мое, госпожа!
— Я заплачу тебе моим покровительством. А оно в будущем может пригодиться тебе.
Потифер склонил голову. Эта женщина умела быть строгой госпожой, когда хотела и только в постели становилась служанкой. При людях же никогда не вспоминала об этом…
Глава 2
В бой идет Хамуду
1554 год до н. э
Ставка великого гика у стен Хемену. Военный совет.
Военачальники гиксов ждали царя. Сегодня на военном совете он должен объявить свою волю повелителям шасу.
В центре большого шатра стоял Нубти-Сет со свитой как верховный военачальник царя. Рядом с ним был Якубхер со своими командирами. В свите Якубхера появился в прошлом опальный воевода князь Хиан из крепости Гнездо Азиатов.
Когда умер царь Апопи, Хиан надеялся снова приблизиться ко двору. Для этого нужны связи или возможности выдвинуться в битве с египтянами. Но как это сделать, если о тебе никто не вспоминает при дворе? Потому Хиан и согласился стать под знамена Якубхера. Он понимал, что этот военачальник близок к Нубти-Сету, а великий князь имеет большую силу при дворе в Аваре. Его прежний господин принц Тети и после смерти Апопи оставался в немилости. Царь Хамуду не собирался его выдвигать. При таком господине не выйдешь на первые роли в государстве.
— Ты уже присутствуешь на военном совете, князь, — прошептал ему Якубхер. — Как видишь, я слово держу.
— Не забудь, что обещал мне место в бою, Якубхер.
— Ты будешь рядом с царем!
— Правда? — Хиан не мог поверить в такое.
— Мое слово крепко. Но тише. Сейчас выйдет государь!
Царь вышел к своим подданным в роскошных одеждах с золотом и серебром. На его голове была корона великого гика. Это венец царей-завоевателей, и он не имел ничего общего с Красной короной Севера, которую часто носил царь Апопи II.
Рядом с царем скромно держался князь Янис. После поражения он мечтал о реванше и мести египтянам. Потому Янис оделся в доспехи без украшений, и у его пояса был простой солдатский меч. В руке князь держал шлем.
Хамуду сел на трон и провозгласил:
— Наши воины потерпели поражение от египтян! Это случилось по воле богов, ибо они решили послать нашему народу испытания! Что скажут нам жрецы, что видят будущее и беседуют с богами?
Из группы жрецов Апопа вышел один и сказал:
— Я первый заклинатель Великого змея!
— Скажи нам, что поведал тебе Великий змей? — спросил Хамуду.
Заклинатель ответил:
— Боги за тебя! Приметы благоприятствуют тебе, государь! Иди навстречу воинству нечистого царя Камоса и обрати в бегство его отряды! Накинь на его шею аркан победителя и поставь свою ногу на его шею в знак покорности Юга!
— Я ждал от тебя этих слов, жрец! Апоп обещает нам победу, если мы своим мужеством будем её достойны!
Военачальники закричали:
— Да живет вечно царь Хамуду!
— Да покорит он многие страны и возвеличит себя!
— Царь, веди нас на врагов!
— Да славиться имя царя Хамуду!
Хамуду поднял руку, требуя тишины. Военачальники и жрецы замолчали. Царь просил князя Нубти-Сета высказаться первым. Тот поклонился и начал:
— Наши силы, собранные в лагере, государь, велики и хорошо подготовлены к войне! Мы можем выступать, и я уверен в нашей победе!
Военачальники встретили это заявление боевым кличем гиксов. Царь поднял руку.
— Князь Нубти-Сет, у тебя готов план кампании против Камоса?
— Да, государь!
— Мы выступаем всеми силами? — спросил царь.
— Нам нет нужды выступать,
