Читаем без скачивания Игра Ордена. Черная Химера - Ирина Майстро

Хотя нет, вру: Стокли долго молчал, когда я его подобрала на улице. Обычно я не тащу в дом всяких щенков, но уж больно жалкий был у пацана вид: он напомнил мне, как я сама месяцами бродила по улицам, заглядывая в каждое окно в поисках пирожка. Увы, пирожка я так и не получила, а вот под зад очень даже: люди любят рассуждать о доброте, справедливости и участии, но поди допросись у них снега зимой!

Так вот, старушка относилась к тем, кто любит рассуждать о кровожадности и пытках, но она единственная приютила меня восемь лет назад – видимо, чтобы издеваться всю оставшуюся жизнь. Поэтому мне подумалось: если она невесть с чего решила, будто я ее воспитанница, еще одного жильца как-нибудь потерпит.

Однако вести всех встретившихся беспризорников к старушке я постыдилась – рука у наставницы тяжелая, – а тут Стокли притащил новость, что один богатый человек хорошо заплатит за золотую магическую розу… Так «Роза Столицы» лишилась символа, а мы занялись кражей артефактов. Я многим Стокли обязана, а он многим обязан мне, но дать бы ему подзатыльник, чтобы помолчал!

– …А еще там написано, что воровство артефактов должно быть наказано и к нам специально направят магов от самого короля! – чуть не лопаясь от гордости, трещал мальчишка. Да кто тут ворует? Так, парочку артефактов позаимствовали всего-то! – Ли, а тебя Рат искал.

– Его только не хватало! У меня от одного тебя сейчас голова лопнет!

– А у вас с ним… ну? – Стокли прислонился спиной к стене и подмигнул. – Да?

Не удержавшись, я рыкнула – так, ради вида, не злиться же на щенка, в самом деле! – и толкнула дверь внутрь.

– Сводник! – Я пропустила Стокли внутрь и задержалась в дверях, чтобы вытащить ключ.

– Но ты ведь его любишь?

– Смотря с каким гарниром. – Я повернулась и столкнулась нос к носу с Ратом. Ухмыляющимся от уха до уха. – Чего ухмыляешься?

Рат – высокий парень с рыжей шевелюрой – недавно появился в нашей команде. Поначалу я хотела его выгнать. Грязные намеки, вечные приставания да еще эта противная ухмылка и наглость сверх меры – все это заставляло меня кипеть от злости. Страшно чесались руки, и хотелось расцарапать его симпатичное личико в кровь, а рыжие волосы выдрать с корнем. Рату повезло, что в свои неполные девятнадцать я научилась худо-бедно справляться с приступами ярости.

Однако прошло время, и я остыла. Это словно привыкать к собственному хвосту: мешает, но без него никак. Рат оказался незаменимым помощником, с ним я была спокойна за ребят. И хотя меня по-прежнему раздражало, когда друг пытался проявить заботу, с остальным я смирилась. Такой уж характер: рыжему просто необходимо кого-то доставать, над кем-то шутить и кому-то действовать на нервы. Желательно девушкам. Желательно мне… Интересно, чем я так прогневила богов?

– В качестве гарнира подойдет моя дикая, первобытная страсть? – театрально воскликнул Рат, но, правильно истолковав показанный мною кулак, вздохнул. – Я все понял, только не бей. Разве что нежно, ласково и подушкой!

– Размечтался! – Я рассмеялась и, прихватив Стокли за шиворот, отправилась в штаб, где ребята иногда отсиживались после заданий.

Привычно отметив, что обои в цветочек выцвели, ножки стола раскачиваются, а обивку кресел безжалостно разодрали коты, я покачала головой и выложила закупленные продукты на стол. Запасы не моя забота, но Рат вечно забывал дорогу в лавку, а все остальные притворялись больными, стоило только заикнуться, что кому-то придется сходить за покупками.

Все остальные – это Стокли, Бур, Али, Диа и Эйла, все мелкие и вредные до безобразия. Мешаются под ногами, требуют дел поопаснее, но даже на самых легких умудряются попасть стражникам в лапы. Что касается Рата и Циркача – последний, как и мы с Ратом, считался старшим, – то от парней проку мало, у них то девочки, то карты, то деньги; а еще память дырявая и страшная потребность купить вместо картошки бутылку вина.

– Ай! – Я подпрыгнула, когда чья-то когтистая лапа дотронулась до ноги, и тут же выдохнула.

Если детей подбирали мы, то коты приходили сами. Оторвав ножку курицы, я бросила ее на пол: понятия не имею, как зовут черно-белого кота, но тоже голодным не оставишь.

– Что ты хотел сказать? Боги, как я устала. А мне еще на задание вечером… Давай покороче, ладно?

Сбросив туфли, я упала в кресло, обитое мягкой кожей, и с блаженством закрыла глаза. Вот чего мне не хватало. Мягкого кресла, запаха кофе и… я открыла глаза и вздохнула: серый кот, раздирающий обивку, пожалуй, не к месту. И вообще, откуда он взялся? Хотела бы я знать, из каких щелей вылезают эти пушистые проныры!

– Кыш! – Рыжий отогнал кота и развалился в кресле напротив. – Хотел насчет Химеры поговорить.

– Так и знала.

– Циркач думает, что в этом деле не все чисто. Кто-то в нем заинтересован. Ты хоть знаешь, что эта Нирна – одна из лучших воровок города?

– А к чему ты клонишь? – Я внимательно посмотрела на рыжего.

Можно было и не спрашивать, конечно. Кому настолько понадобилась эта Черная Химера, что он дает задание двум лучшим охотницам за артефактами, да еще и заставляет их работать вместе? Ответа у меня не было, но подвох есть, носом чую!

– Я уверен, ловушка. Вот как пить дать, кошельки работают на магов. Еще вспомнишь мои слова!

– Возможно, ты прав, – задумалась я. – А возможно, и нет.

– Кошка, не выдумывай! Откажись от заказа, от нас не убудет.

Я усмехнулась: кошка. Друг даже не подозревал, насколько близко подошел к моей тайне.

Если бы не кучка золотых, отваленных за это задание, я бы, честное слово, отказалась. Но тридцать золотых, не считая еще пятерки на расходы… и опасность! Дурманящее, опьяняющее чувство опасности, когда внутри все замирает, словно перед прыжком в бездну! Опасность, которая заставляет проснуться, очнуться от рутины и почувствовать себя наконец-то дикой кошкой.

– Я пойду на задание.

– Ты сумасшедшая, – покачал головой Рат.

– Я кошка, – возразила я. – А у кошки своя дорога.

Призадумавшись, вздохнула.

– Хотя ты прав. Я сошла с ума, если собираюсь завтра идти к стражникам в гости. – Я вытащила из кармана брошку-звездочку и повертела ее в руках. – Ну и как ты думаешь, эта брошка проклята или нет?

Рат засмеялся, вспомнив мой рассказ о вчерашних приключениях. Я нахмурилась. Ему смешно. А у меня дурное предчувствие и беспокойство такое, что выть хочется. Будто с этой брошкой в мою жизнь ворвалось что-то плохое.

Точнее, не с брошкой. С магом. Надеюсь, вчерашняя встреча с ним была первой и последней.

По узким улочкам Окемы то и дело сновали мальчишки с газетами, выкрикивая последние новости и зазывая покупателей. Отдав монетку, я посторонилась, чтобы пропустить мужчину и заодно отойти подальше от лужи: не хотелось бы испортить белое платье.

– Так-так, – пробормотала я, разворачивая газету и углубляясь в изучение списка только что прибывших знатных особ. – Геральдина Моустриц, дочь тирберийского мэра… хм. На сегодня мы с тобой, Геральдина, кажется, станем тезками!

Довольная принятым решением, я бросила газету на чей-то подоконник и не торопясь отправилась в сторону площади Восстаний. В лужах купалось солнце, дул легкий ветерок, а мокрые, взъерошенные воробьи радовались летнему дню. И не подумаешь, что эта площадь пережила десятки восстаний, которые неизменно начинались у дверей городской тюрьмы.

А вот и сама тюрьма. Я подняла голову, придерживая шляпу рукой. Мрачное, угрюмое здание с маленькими окошками и двумя каменными горгульями у входа. Будто стражи, по обе стороны от тюрьмы притаились здания поменьше: Темного и Светлого орденов.

Неприятное местечко! Но выбирать – увы! – не приходилось.

Я достала из сумочки зеркальце и поправила прическу. Черные волосы, тщательно завитые и уложенные наверх по последней моде, будто бы в порядке, но какого-то штриха не хватало. Я нахмурилась и убрала прядь волос за ободок, украшенный белоснежным жемчугом, тем самым выставляя его напоказ.

Да, то, что надо. Ободок стоил страшных денег, но богатые денег не считают. А сегодня мне крайне не помешал бы статус богатой и изнеженной девицы. Хорошая роль для отвода глаз.

– Почему все сидят? У меня мало времени! – капризно заявила я, едва оказавшись внутри тюремного здания. Стражник, подавившись соком, с ужасом посмотрел на меня и хлопнул глазами. – Позовите же смотрителя!

– Леди, простите, а вы кто? – справившись с первым потрясением, выдавил стражник.

– Меня зовут Геральдина Моустриц. Поверить не могу, здесь что, меня не знают?! Я должна поговорить со смотрителем. Поживее, пожалуйста!

– Э-э-э-э… – Мужчина даже рот раскрыл от такого напора. – Могу я узнать, по какому вопросу, леди?

Кинув на него долгий взгляд, я недовольно вздернула подбородок.