— А мы не в нормальной программе? — уточнила я, игнорируя предложение обнажить оружие
— Чего нормального может быть в категории «12+»? — печально вопросил орк. — Издеваются как хотят, вон вас — таких обворожительных — в насмешку запускают. Садисты! Я, может, тебя убивать не хочу, а совсем наоборот хочу. Ну не гадство ли?
Смотрел этот широкоплечий монстр на меня совершенно однозначно. Был бы человеком, я бы ему мгновенно за такой визуально-вербальный харассмент по морде нахлестала и в суд бы подала. Но это же орк — отсталая, заблудшая раса, позапрошлое тысячелетие, дитя каменного века и хамской программы. Экзотика.
— Гадство, — согласилась я. — Откровенно мерзкая, шовинистическая и подлая игра. Давай разминемся? Я проскочу, а ты к болотцу иди, там тоже интересно.
— Чего там интересного, одни жужелицы, — шумно вздохнул Бурый и потянул из-за пояса широкий изогнутый клинок. — Деремся, раз ничего иного не светит. Помечтай: теоретически на мне лут, хотя фигушки, и + 3 к статусу.
— Мне не надо +3, — заверила я, видимо, излишне нервно — тяжелый клинок в лапе орка производил крайне неприятное впечатление. — Мне пройти нужно, и всё.
— В смысле? — удивился Бурый. — А чего в игру регистрировалась? Это не «бродилка», и уж точно не навигатор для грибников. Ага — «пройти» ей! Вот игроки пошли — сами не знают, чего хотят. Признайся, ты блондинка? И первый-второй игровой старт, так?
— Да что за предрассудки⁈ — взвизгнула я. — Еще и цветовой расизм выпячиваешь?
— Я что, виноватый, что ли? — мрачно сказал орк. — Что есть, то и выпячивается. Уж вот такие мы примитивные персонажи, на всех подряд сексапильных реагируем, без всяких предрассудков. У тебя вон в статусе — сексапильность аж 12. Я такого статуса, может, вообще никогда не видел. Мне тебя убивать — тут аж слезы накатывают.
— Не надо слез. И убивать не надо!
— Надо. Все ж некий момент интима. Только ты и я, кто от такого откажется? — Бурый грустно взмахнул массивным ятаганом.
Я побежала. За мной мягко и часто затопали меховые сапоги чудовища.
— Буду нежен! — заверил он мне практически в ухо. Черт, да что ж он такой быстрый⁈
Меня ухватили за гриву, довольно плавно уронили на землю. Орк оказался на мне, на миг я ощутила его мускулистую тяжесть и прямо вот все-все напряженные предрассудки. Потом клинок ятагана оказался под моим подбородком.
— Эх! — горестно вздохнул Бурый.
Мне показалось, я чувствую, как голова отделяется от шеи. Но в любом случае боль была короткой.
* * *
Кухня. Запах выпечки. Дошел рулет. И лампа над рабочей поверхностью горит, напрасно счетчик гоняет.
Переводя дух, я вытащила противень. В самый раз, ничуть не подгорел. Тело еще помнило тяжесть нечеловеческого монстра и холодок стали у шеи. Странное сочетание, противоречивое, но запоминающееся. Хорошо, что все кончилось.
Я неловко поставила противень, сняла варежки-прихватки и тут же обожгла палец. Вот напасть, никак в себя не приду. Нужно под холодную воду. Но сначала посыпать продукт сахарной пудрой.
Меня отвлек подозрительный шорох в комнате. Мордус! Видимо, в моих ногах оставалась часть воительской легкости, я успела проскочить по коридору и застать кота на месте преступления. Наглец сидел на столе и пялился в открытый ноутбук.
— Вообще на помойку уволю! — взревела я.
Мордус в ужасе выкатил круглые желтые глаза, сиганул на портьеру. Естественно, прямо с клавиатуры стартовал, монстряга мелкий. Клацнуло…
* * *
Нет, не пещера. Пахло приятно: летом и зеленью. Вокруг был лес. Я стояла, прислонившись спиной к могучему дубу. Или буку. Не знаю, наверх не смотрела, поскольку сразу опустилась на корточки, стиснула в ладонях банку с сахарной пудрой, и жалко заскулила. Опять⁈ Да почему⁈ Выключила ли я духовку? И ноут не закрыт. Господи, да за что⁈
Я попыталась утереть лицо подолом боевой мини-юбки, что удалось лишь частично. Ладно, продолжаем. Хорошо хоть не пещера и не скарлапендра. Место изменилось, так не изменить ли и парадигму действий?
Высморкавшись в сорванный кленовый листок, я в меру сил привела волосы и остальное в порядок и двинулась по маршруту. Определиться на местности труда не представляло: вон опушка, а вон там перекресток тропинок.
Бурый был не один — рядом с ним сидело двое собратьев по клыкам и неудачной программе. Говорили, несомненно, обо мне:
…— настигаю — и медлю, медлю. Клинок не поднимается, она сзади такая выпуклая, и юбочка тык-тык, тык-тык… — Бурый закрыл глаза огромной лапой.
— Да, бывает, — вздохнул его сосед — круглоголовый, мощный орк, с особо агрессивной нижнечелюстной серией клыков и оригинальным оттенком кожи.
Тут орки увидели меня. Странно, они все были с разным оттенком кожи, а румянец счастья на харях проявлялся практически одинаково.
— Спокойно! — призвала я. — Сначала беседуем, потом меня убиваем.
— Прекрасная Зана, мы абсолютно никуда не торопимся, — подскочил орк с самым экзотичным оттенком кожи.
Я бы назвала такой цвет кожи «приглушенной фуксией», но это было бы как-то оскорбительно и неуместно. Лучше — «малиновый». Экстравагантно, но довольно симпатично. И вообще я была настроена конструктивно. Все ж не с мужчинами имею дело. Да, пусть самцы и глупы как… не знаю как, ну да ладно. Имеет смысл проявить снисходительность и учесть полное отсутствие у аборигенов нецифрового образования.
Мускулистые туземцы смотрели на меня, как на недоступную конфету. С восторгом и печалью. Это хорошо. А у Малинового шеи вообще нет — сплошные жгуты накаченных мускулов. Наверное, матерую скарлапендру с одного удара валит. Или надвое перекусывает.
— Не надо на меня так смотреть, — намекнула я. — Это неучтиво.
— А? Да, не будем смотреть,– Бурый оторвал взгляд от центральной части моего фасада. — Я тут как раз про тебя рассказывал. А ты упорная.
Честные, прямодушные, это тоже хорошо. Но потакать нельзя! Все же они частично мужчины.
— Обращайся на «вы», — айсберговым тоном потребовала я. — Иначе сразу убиваете — и всё. Не приду.
— Да ладно тебе обижаться, на «вы» так на вы, нам не жалко, просто с непривычки оговариваемся — сказал Малиновый. — А это чего такое в банке? Это же не магическое? Или обновление по артефактам вышло?
— Никаких обновлений и ГМО! Классическая приправа, частично магическая, редкая.
— Кокс⁈ — в один голос ахнули Бурый и Серый. — Вот он какой!
— Минутку, вы откуда про наркотики знаете? — насторожилась я. — Они в игре фигурируют?
— Официально нету. ИИ с ними непримиримо борется. Но игроки приходят разные, локация у нас простая, тут можно и обдолбавшись проходить, — объяснил Малиновый. — Но лучше банку спрятать. ИИ у нас всевидящий. Теоретически, конечно, но…
— Поняла. Это не запрещенное вещество, просто выглядит своеобразно, — я поставила кухонную банку у своего сапога. — Значит, можем побеседовать?
— Да вы присаживайтесь, прекрасная Зана, — спохватился Бурый, отгребая ножищей в сторону чисто обглоданные кости. — Раз вы не спешите, то мы уж точно никуда не торопимся.
— Вообще-то я спешу, но в рамках разумного, — я посмотрела на бело-розовый череп, надетый на сук ближайшего дерева. — А это, значит, тоже я?
— Не пропадать же такому славному деликатесу. Кушали почтительно, с чувством восхищения и глубокой скорби, — галантно заверил Серый. — Я вашу голову уберу, если смущает.
— Ничего, это назидательная деталь, — вздохнула я. — Вы-то сами как летальный исход воспринимаете? Легко или не очень?
— Что в нем приятного? Проигрывать всегда неприятно, даже если на тебя эльф-некромант тридцать пятого уровня выходит. Более прокачанные игроки у нас тут и не бывают. Провинция-с, — пояснил Малиновый. — А вы, прекрасная Зана, простите, с какой целью тут? Локация скучная, начинающая. А у вас вон — статус непонятный, да и вообще с нами разговаривать вздумали. Баг личного аккаунта, да?
