Извините, генерал Першинг, я слишком плохо думал о вас. Готов был заподозрить, что вы сохранили наш полет в тайне. Разумеется, вы не могли так поступить. Примите мое глубокое извинение...
26 апреля, 2 ч. ночи
Советская ракета приближается. Отчетливо слышу все передачи космонавтов. Их трое, как было и нас. Они непрерывно сообщают на Землю результаты наблюдений. Странно только, что они не пытаются установить связь с "Атлантом". Может быть, считают всех нас погибшими? Слышимость стала ухудшаться. Вероятно, "Буревестник", так называется советский корабль, переходит на орбитальный полет и огибает Луну. Через час-полтора я услышу их снова...
26 апреля, 5 ч. утра
"Буревестник" один раз уже обогнул Луну. Сейчас он пошел на второе окружение, и я опять его не слышу. Он еще не произвел основного торможения и пролетел над кратером Арзахель на космической скорости. Слышал их радио около 20 минут. Передавались серии цифр, что-то было сказано о кратере Арзахель, но не понял, что именно.
Меня все больше удивляет и тревожит, что русские космонавты не делают никаких попыток связаться по радио с "Атлантом".
7 ч. утра
Советский космический корабль только что пролетел надо мной третий раз. Во время второго пролета русские принимали какие-то инструкции с Земли. Я слышал только краткие реплики их радиста:
- Понял... Слышу, понял... Благодарю... Товарищи тоже благодарят...
При третьем пролете они передавали результаты наблюдений. Они сделали какое-то важное открытие на противоположной стороне Луны. Я слышал конец передачи. Кажется, речь шла о извержении нескольких вулканов. Об "Атланте" ни слова...
7 ч. вечера
Трудно писать... Вероятно, потому, что сутки не отходил от приемника и ничего не ел... Советская ракета... Какой же я глупец!..
28 апреля
Продолжаю записи двое суток спустя. Это были нелегкие дни. Но теперь я собрался с мыслями и снова спокоен, как может быть спокоен человек в моем положении.
Вчера я узнал, что испытывает моряк, уцелевший при кораблекрушении, когда с вершины одинокой скалы видит дымок далекого судна. Кажется, спасение уже близко, но судно исчезает за горизонтом, и человек снова один среди океана. На корабле не слышали призыва,, даже не видели скалы. Так и со мной...
Советские космонавты не знают о катастрофе "Атланта". Они выполняли свою задачу - окружение Луны. Они выполнили ее и ушли назад к Земле. Бесполезно писать, что я испытал, слыша, как постепенно затихают в невообразимой дали их голоса. Они улетели к Земле. А я остаюсь тут навсегда.
Першинг и сенатская комиссия сохранили в тайне полет "Атланта".
Теперь у меня нет больше надежды. Остается лишь до конца выполнить свой долг.
30 апреля
Странно устроен человек. Казалось бы, чего еще ждать? И все-таки жду. Я пришел к выводу, что генерал Першинг поступил правильно. Приоритет космического открытия утверждается в случае возвращения космонавтов, и Першинг еще не предал огласке катастрофу "Атланта" именно потому, что рассчитывает спасти нас сам. Кросби не вылетел в середине апреля из-за технических неполадок. Значит, он вылетит в первой декаде мая, когда солнце снова взойдет над кратером Арзахель. Все очень просто... Сообщи генерал Першинг об аварии "Атланта", русские изменили бы программу полета и попытались бы оказать нам помощь. В случае благополучной посадки "Буревестника" я был бы спасен, но приоритет первой успешной высадки на Луну оказался бы в руках русских исследователей.
Через десять дней Кросби совершит здесь успешную посадку. Тогда приоритет завоюют американцы. Ради этого стоит подождать, не правда ли, Джон Смит? Тем более, что генерал Першинг имеет все основания считать тебя мертвецом... Как бы там ни было в действительности, это дает луч надежды еще на две-три земных недели. А пока надо продолжать попытки открыть выходной люк..,
1 мая
На Земле праздник. В кратере Арзахель без перемен..,
5 мая
Все по-прежнему. Проклятый третий засов! Завтра над "Атлантом" взойдет солнце, и снова не увижу его...
6 мая
Наступление лунного дня ознаменовалось грандиозными событиями. Сначала катастрофическое лунотрясение... Я еще не уверен, окончилось ли оно. Поэтому тороплюсь сделать необходимые записи. Если то, что произошло, повторится, генерал Першинг может не спешить с- высылкой спасательной ракеты.
Лунотрясение началось в восемь тридцать пять по нью-йоркскому времени. Именно в этот момент над гребнем кратера Арзахель должно было появиться солнце. Сначала я почувствовал несколько небольших толчков, к которым уже привык за последние недели. Я даже не сделал попытки ухватиться за что-нибудь. Не мог же я предполагать, что произойдет дальше. А произошло следующее. Корпус "Атланта" получил такой удар снизу, что был сорван со своего места. Вероятно, корабль подбросило на несколько метров вверх. Во время броска он перевернулся, с огромной силой ударился обо что-то и покатился вниз.
Меня закружило, как в гигантской центрифуге. Сильнейшие удары следовали один за другим. Казалось, корпус корабля катится с уступа на уступ вместе с лавиной. камнепада. Пол и потолок кабины с дьявольской скоростью менялись местами, незакрепленные предметы кружились в бешеном водовороте. Меня било о стены, о пол и потолок и в конце концов вышвырнуло в коридор. Там я ухитрился поймать руками одно из креплений, но в этот момент последний ужасающий удар обрушился на остатки "Атланта", послышался скрежещущий треск, свет погас - и наступила тишина. "Атлант" лежал теперь на боку, пол и потолок кабины стали стенами.
Я был уверен, что случилось непоправимое и услышу угрожающий свист воздуха, покидающего внутренние помещения ракеты через проломы в корпусе. Однако вокруг царила тишина. Я попытался встать на ноги. Тело ныло от ударов, которые я только что испытал. Если бы не шестикратно меньшая сила тяжести, едва ли я отделался бы так легко...
Прислонившись к стене, я ждал новых сейсмических ударов. Но их не было. Нащупывая уцелевшие поручни, я отправился искать фонарь. Нашел его, включил... Снова повсюду царил хаос. Приемник и сейсмограф разбило вдребезги. Стрелка аппарата воздухообмена отскочила на несколько делений к красной черте: то ли результат.. ударов, испытанных "Атлантом", то ли началась утечка воздуха... Однако аппарат воздухообмена продолжал работать и аварийные аккумуляторы уцелели. Это давало кое-какие шансы.
Я включил освещение и торопливо закончил осмотр. Корпус "Атланта", по-видимому, выдержал удары. Оставалось осмотреть наружный люк. Дверь, ведущую в тамбур, удалось отодвинуть без труда.
Меня чуть не сбило с ног. Воздух со свистом устремился из внутренних помещений корабля. Очевидно, утечка через выходной люк резко усилилась. Я поспешно отступил назад в коридор. Одел легкий скафандр и шлем и снова вернулся к тамбуру. Нагнулся к выходному люку. Теперь он находился почти в полу тамбура. Узкий луч ослепляюще яркого света скользнул по рукаву скафандра. Меня словно пронизало электрическим током. Сомнений не было; крышка выходного люка отошла, и снаружи в тамбур проникал солнечный свет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
