а также по тому, как крепко он сжал ее руку, пока она не вздрогнула от дискомфорта, Мартин понял, но не очень обрадовался тому, что только что услышал. Паника снова дала о себе знать. — Ты сказала, что отвезешь меня в безопасное место. Ты, а не какой-то незнакомый мне человек. Как я могу доверять совершенно незнакомому человеку?
Свободной рукой Айви ободряюще похлопала его по плечу, а затем попыталась вырвать его пальцы из смертельной хватки.
— Мартин, я совершенно незнакомый человек, помнишь? Ты впервые меня видишь.
— Н-но мы общались. Переписывались по электронной почте и разговаривали в Интернете. Однажды мы даже созвонились по одноразовому мобильнику, который ты посоветовала мне купить.
— Верно, и я надеюсь, что у тебя в портфеле есть еще один телефон, но это не значит, что мы знаем друг друга. Ты доверяешь мне, и я обещаю, что ты можешь доверять моим контактам во Франции. Мы давно работаем вместе, и ты далеко не первый человек, который сталкивался с такой ситуацией. Я не могу отвезти тебя в Париж.
— Но почему?
Айви показалось, что паника на его лице сменилась раздражением.
— Потому что, — сказала она, стараясь говорить терпеливо и не выдернуть руку из его сильной хватки, — ты не единственный человек, которому нужна моя помощь. Я же говорила тебе, что в укрытии находятся и другие Хранители, которые хотят оказаться в безопасном месте. Помогать им — моя работа, и я должна довести их до этого места так же, как привела сюда тебя.
— Но…
— Кроме того, менять попутчиков безопаснее для тебя. Все это было в информации, которую я тебе присылала. Ту, что ты, вроде как, прочитал?
Мартин покраснел, затем кивнул.
— Ах, да.
— На вокзале тебя будет ждать сменная одежда, новые очки, новый образ. Пол будет следить за нами с момента нашего прибытия, но не станет вступать с тобой в контакт, пока мы не разделимся в туалете. Вот тогда-то ты и переоденешься. Он будет рядом с тобой, как только ты это сделаешь, и я не уйду, пока не буду уверена, что ты в безопасности в его руках. Обещаю.
— И чем это безопаснее для меня? — спросил он, все еще недоверчиво.
— Потому что, — сказала она, теряя терпение, — ты превращаешься из человека, путешествующего со мной как пару, отправившейся на романтический уик-энд, в другого, одинокого мужчину, встречающегося с приятелем Полом для случайного отдыха. Это страховка на тот случай, если кто-то выследит тебя на таком расстоянии.
— Такое когда-нибудь случалось? Чтобы за тобой так следили?
— Никогда. — солгала Айви с убедительной легкостью. — И в этот раз такого тоже не случится.
Из всех предложенных ею заверений это, похоже, произвело наибольший эффект. Она увидела, как напряжение исчезло из позы Мартина, и мысленно вознесла благодарственную молитву. С нервами можно было справиться, но настоящая паника только подвергала их обоих опасности.
Ну, большей опасности. Ведь с самого начала все это было не так уж и рискованно.
Ее по-прежнему поражало, что большинство людей продолжали жить в неведении относительно угрозы, которую представляло для них Общество, и, несмотря на все усилия Айви и таких, как она, эта угроза, казалось, только возрастала.
То, что началось со слухов о сектах ячейках Общества, действующих в Канаде, США, Восточной Европе и Южной Америке, превратилось в газетные заголовки о найденных телах со следами ритуальных убийств. Потом были разрозненные теракты в таких местах, как Бостон (штат Массачусетс) и Дублин (Ирландия), где горстка выживших лепетала о дьяволах и культистах в капюшонах, а их считали сумасшедшими лжецами или душевнобольными.
К тому времени, когда стихийные бедствия стали происходить все чаще и чаще, Айви и ее собратья поняли, что глобального потепления недостаточно, чтобы объяснить тот факт, что некоторые жертвы «землетрясений», похоже, были убиты ножом в сердце или им перед смертью перерезали горло.
Даже современная наука не могла объяснить, почему «природные воронки» продолжают появляться в тех местах, где легенды и фольклор давно шептали о порталах в ад. Война уже началась, хотя мир в целом об этом не догадывался, и человечество оказалось в серьезной беде.
За последние несколько месяцев до Айви стали доходить и другие слухи, но даже те, кто их распространял, не хотели обсуждать их подробно. Возможно, потому, что они звучали слишком хорошо, чтобы быть правдой. Шептались о том, что некоторые Стражи пробудились.
Святые небеса, она хотела, чтобы это было правдой. Согласно преданиям Хранителей, тысячи лет назад самые могущественные маги в Академии объединились и призвали из Света семь могущественных, нечеловеческих воинов, чтобы сразиться с демонами Тьмы.
Внешне похожие на средневековых горгулий, эти существа были бессмертны, почти полностью невосприимчивы к магии, каждый из них был так же силен, как дюжина сильнейших человеческих атлетов, и целиком посвящал себя борьбе со злом.
Они существовали только для того, чтобы бороться с демонами и их слугами, помогая заключить Семерых в тюрьму и держать их подальше от мира людей на протяжении последних веков. Когда же их задача была выполнена, их усыпляли в виде каменных статуй, которые в нужный момент могли разбудить только Хранители, назначенные их личными помощниками.
Айви слышала эту историю еще в детстве. Ее мать происходила из семьи Хранителей, ее дядя Джордж и кузен Джеймс были последними в длинной череде, в которую входили ее отец, дед и его отец.
Несмотря на то что Дороти Фицрой Бекетт была далека от дел Академии, она гордилась наследием своей семьи и местом брата в ней. Она поделилась с дочерью многими знаниями в виде семейных историй, и Айви узнала гораздо больше со времени смерти дяди Джорджа и его сына.
Она знала все о Стражах, в том числе и то, что записи об их местонахождении были уничтожены — вместе со всеми остальными записями Академии — в библиотеке их штаб-квартиры. Никто не знал, где они находятся, и попытки найти их, которые предпринимали контакты Айви в Париже, пока ни к чему не привели.
Что паршиво, если учесть, что без них у человечества не было практически никаких шансов остановить Общество от освобождения Семерых на ничего не подозревающий мир. По словам главного информатора Айви, выжившие Хранители были уверены, что по крайней мере трое из Семерых были уже освобождены из своих тюрем. Присутствие этих демонов в смертном мире давало истинное объяснение ритуальным убийствам, террористическим атакам и шквалу (не)природных катастроф.
И все же, даже если человечеству конец, это не значит, что они перестанут бороться. Айви точно не прекратит, а отправка Мартина в безопасное место
