— …Ага! — стукнул друга кулаком по спине Петька. — Перешли на второй уровень!
— Да-а, — довольно ухмыльнулся Володька. — Дали мы этим токсоидам прикурить! Теперь надо как следует подумать, что нам делать дальше…
Пока никаких стратегических планов на горизонте не было, друзья решили посмотреть доску объявлений одной из компьютерных сетей. Дело это было хотя и хлопотное — иногда не один час приходилось «дозваниваться» до «доски», — зато при удаче могло оправдать себя на сто процентов. Иногда там можно было найти то, что и в голову не приходило, но оказывалось нужным позарез. Как говорил Князь, в сети хоть атомную бомбу, хоть черта лысого отыскать можно. Насколько он был прав, Петька и Володька убедились, когда стали читать первые сообщения, выставленные на «продажу» несколько часов назад.
«Обменяю программу эмуляции «Sound Blaster» MegaEm на четвертый «Cakewalk Pro», — деловито предлагал какой-то композитор.
«Карапузик, я тебя лю! — открытым текстом признавался сто следующий клиент сети. — Твоя резидентная прог — программа прелесть! Я тащусь, как три дня до получки! Кстати, Женя, ты мужик или девчонка, — прости, но имени не разобрал…»
«Фанаты «DOOM»! Есть классная заDООМка! Устроим суперчемпионат по всем версиям игры! Кто из благородных донов желает биться на топорах ранним утром — мой e-mail…» — предлагал свои услуги кровожадный любитель «гасилок».
«Дарагие друзя! К вам обращайется професор из Америка. Я есть иследователь НАСА проблем секса в космосе в услофиях невесомсти. К сожалейнию очень плохо знай русский, пользуйся машинный перевод. Если есть коллега по мой профиль работа, то мой эйлектроный адрес в Елостоунски уневирсетет…» — отчаянно призывал некто Ник Клеманс из Штатов.
И тут же, как ни странно, получал ответ на чистом английском языке: «Уважаемый господин Клеманс! Исследования, интересующие Вас, проводились во время нашего последнего орбитального полета. Думаю, ни НАСА, ни Главкосмос не будут препятствовать обмену научной информацией. Ответ направляйте. Летчик-космонавт…»
— Ну и ну, — смущенно глянул на Петьку Володька. — Еще немного, и точно — черта лысого найдем.
«Собираю аквариумных рыбок. Нужен черный барбадос», — продолжили друзья чтение.
«А рыжий Барбос не подойдет (плавать не умеет)?» — тут же откликался неизвестный абонент.
«Я тут написал стишат, посвященных «новым русским», — рецензии и дополнения на заданную тему (не в матерной форме) можно посылать, — делился своим творчеством какой-то парень из Пензы.
Сегодня утром у камина.Разбилась папина машина.Не папа маленький такой,А просто дом у нас большой.Капиталы мы считали —Наши пальчики устали.На Багамах отдохнем —И опять считать начнем.У собора Нотр-ДамЯ любил рязанских дам,Так вот в городе ПарижеРодина мне стала ближе.Мидий, трюфели, семгу —Видеть больше не могу.Мне бы хлеба, водки, сала —Эх, душа моя устала!Я вчера из-за границыПолучил длиннющий факс.Оказалось, братцы, доллар —Это нагл российский бакс!»
— Здорово! — расхохотался Володька. — Дай-ка я это на дискету скачаю — распечатаем и завтра ребятам покажем!
— Погоди-погоди, — прервал его Петька. — Посмотри-ка сюда. — Он указал желтым прямоугольничком мыши на заинтересовавшее его сообщение.
«Всем, кто сталкивался с колор-вирусом! В любое время дня и ночи готова выслушать, где, когда и в какой форме проявился этот вирус. Приметы — сетевой, вызывает размытость и «пузырение» экрана, яркие цветные пятна, флюоресцентные многоугольники. Воздействует не на операционную систему компьютера, а непосредственно на человека (сильное головокружение, тошнота, лопаются кровеносные сосуды глаза)… Прикольщиков прошу не беспокоить — это слишком серьезно! Лариса…»
В знак серьезности Ларисиной просьбы конец текста был помечен рожицей, составленной из компьютерных символов. Уголки губ у рожицы были опущены вниз, что свидетельствовало о том, что автор послания и не думал шутить (по традиции розыгрыши программисты помечали «смеющимся лицом», и на удочку попадались только «зеленые» пользователи).
Петька прокрутил текст по экрану до конца, а потом снова вернулся к его началу.
— Выходит, это был вирус! — изумился Володька. — Черт, надо твой ящик протестировать!
— Да нет, — задумчиво поводил Петька мышью по экрану. — Тут же ясно сказано — вирус особый — на психику давит. Надо этой Ларисе позвонить.
— Брось, — испугался Володька. — Мы ей звякнем, а у нее, наверное, полный дом друганов — вместе будут ржать над нами, идиотами. Еще знакомые там окажутся… Приклеют нам, что мы — чокнутые…
— Давай на нее не по электронному адресу выйдем, а по телефону, — решил Петька. — Тогда чуть чего — просто трубку повесим и «аля-улю».
— Что-то я в записке ничего про ее телефон не видел, — засомневался Володька.
— Естественно, ты не видел, — поддел его друг. — Но есть одна феня — меня ей двоюродная сестра научила. Если повезет, минут через десять будет у нас ее телефон.
Голубев склонился над клавиатурой и принялся одну за другой вводить в машину специальные команды. Некоторые из них «писишка» выполняла мгновенно, над другими же долго и напряженно «думала», растерянно мигая курсором. Наконец на черном фоне выплыла табличка: «ГРИШИН ПАВЕЛ ВАСИЛЬЕВИЧ, ЭЛЕКТРОННЫЙ АДРЕС… ТЕЛЕФОН…»
— Ну вот, — с видом Наполеона, взявшего Москву, откинулся на спинку стула Петька. — Свежие данные из городской телефонной сети. Гришин — это, вероятно, ее папа или брат. Значит, она — Лариса Гришина. Теперь можно спокойно идти к таксофону — никто, кроме чекистов, нас оттуда не вычислит, да и то не раньше чем секунд через двадцать.
— А это тебе тоже двоюродная сеструха сказала? — съязвил Хрусталев.
— Нет, — хмыкнул Петька. — Это я иногда книжки умные читаю.
Вместе они вышли на улицу, пересекли Звездный бульвар и вышли к станции метро «ВДНХ».
— Ах, черт, — вдруг всполошился Голубев. — Я деньги не взял. А жетона нет.
— Будь спок, — подмигнул ему Хрусталев. — У меня тоже есть… сестра двоюродная. Смотри и учись, пока я жив.
С этими словами Володька подошел к таксофону, который стоял в углублении, оглянулся кругом и, убедившись, что рядом не мелькают ни милиционеры, ни муниципалы, вынул из кармана английский ключ от квартиры и вставил его вместо жетона в монетоприемник.
— Вот и все, — обернулся он к Петьке. —
Давай, диктуй номер.
Трубку на том конце провода подняли мгновенно — словно кто-то давно и безнадежно ждал звонка.
— Это Лариса? — вежливо осведомился
Володька.
— Да, а в чем дело? — холодно поторопили его.
— Мы по поводу вашего объявления в сети.
— Вы что-то знаете о вирусе? — взволнованно зачастила Лариса. — Тогда отправьте мне, пожалуйста, подробное сообщение. Или хотите — я сама к вам приеду, и вы мне расскажете…
Володька, прижав трубку к уху, многозначительно поднял брови: мол, девочка ничего, раскованная. Но вслух сказал:
— А вы где живете? В районе «Курской»? Ну, давайте тогда забьем стрелку через полчаса на Ноге у Головы. Устроит?
— Ну что? — набросился Петька на Володьку, как только тот повесил трубку.
— Порядок, — поправил тот волосы, — сейчас подскочим на метро — глянем на эту Ларису. Если фейсом не очень вышла — развернемся — и домой. Ну а если девочка ничего — поговорим, познакомимся.
— У тебя одно на уме, — покрутил пальцем у виска Голубев. — Тебе же человек объяснял, что дело серьезное, а ты…
Логический диск А: Директория PLAY Файл GAME3
На Ноге у Головы» было одним из беспроигрышных мест встречи в Москве, таким же верным, как «Пампушка на Твербуле», то есть памятник Пушкину у Тверского бульвара. «Нога» означала станцию метро «Площадь Ногина», а «Головой» прозвали бюст героя революции, который стоял на переходе с одной радиальной ветки на другую.
Петька и Володька выскочили туда со станции «Китай-город» (так переименовали «Ногу» после перестройки) и быстро осмотрелись.
— Ах, черт, — спохватился Хрусталев. — Приметы у этой Ларисы не спросил! Ну мы лопухи!
— Почему — «мы»? — резонно поинтересовался Петька.
— Да ладно тебе! — махнул рукой Володька. — Главное — как мы теперь ее найдем?
Парни оглядели вестибюль. Рядом стояли несколько девушек подходящего возраста.
— Как она может выглядеть? Если… по голосу судить, — обернулся к Хрусталеву Петька.
— Ну-у, — потер подбородок Володька, — такая… Вроде блондинка, кажется, пухленькая…
— Не она? — кивнул Петька в сторону симпатичной светловолосой девицы с учебником английского языка в руках.
