него?
Прежде чем я успела сформулировать ещё одну мысль, он шевельнул бедрами, отодвинулся назад и поддался вперед, полностью завладев мной.
Я закричала под ним, мои ногти впились ему в плечи, и он врезался в меня, беря меня, трахая меня. Жестко, быстро и дико.
Его ритм сбивался, его бедра дергались и дергались в толчках, пока он не выкрикнул мое имя, его член пульсировал внутри меня, а его рот накрыл мой, украв моё дыхание в душераздирающем поцелуе.
Сайрус упал на матрас рядом со мной и заключил меня в свои объятия. Его большое тело обнимало меня, когда он снова и снова целовал меня.
Мы лежали вместе какое-то время, тишина между нами — это успокаивающее тепло, которое бывает только между друзьями.
Между родственными душами.
Глава 7
Сайрус
— Где ты научился этому? — спросила она, когда нам обоим удалось отдышаться. — Ты практиковался?
— Что? — Я бросил на неё жесткий взгляд. Её тон был дразнящим, но я знал её достаточно хорошо, чтобы распознать страх в этих словах. — Серьезно? Думаешь, я прогонял все члены на планете от твоего влагалища, пока спал с кем-то всё это время? Думаешь, я рискнул бы передать тебе болезнь, потому что не могу ждать?
Я схватил её за подбородок и ещё раз крепко поцеловал в её красные опухшие губы. Черт, она была так прекрасна. И она была моей. Навсегда.
— Я никогда в жизни не прикасался к другой женщине. Ты была моей первой. Моей единственной.
— Ой. — Ее глаза расширились от удивления. — Тогда как…
— Я умею читать, Эбигейл, — сказал я, закатывая глаза. — Я читал книги, чтобы научиться доставлять тебе максимально возможное удовольствие на всю оставшуюся жизнь. Я хотел быть чертовски уверенным, что ты будешь наслаждаться каждой секундой, которую мы проведем вместе.
— Сайрус, — прошептала она со слезами на глазах. — Ты такой глупый.
— Что?
— Мы могли бы провести вместе годы, если бы ты просто сказал мне, что чувствуешь. — Она покачала головой, когда смех вырвался из её груди. — Я всегда любила тебя. Как ты думаешь, почему я вообще заключила этот глупый уговор?
— Тогда почему ты продолжала соглашаться на свидания с другими парнями? — спросил я раздраженным тоном.
— Потому что ты так и не пошевелился, — призналась она, пожав плечами. — Я уже начала беспокоиться, что останусь одна, ожидая тебя. Так что, если относительно привлекательный мужчина предлагал угостить меня дорогим ужином, я полагала, что в этом нет ничего плохого. — Она вздохнула. — Что доказывает, что я тоже глупая. Единственный раз, когда я действительно пошла на свидание с кем-то ещё, а он попытался напасть на меня.
— Ну, я думаю, мы оба идиоты, — согласился я.
Я перегнулся через край кровати и схватил свои джинсы с пола, полез в передний карман и вытащила бархатную коробочку, которую носил с собой каждый день последние три года. Когда я обернулся, чтобы посмотреть на неё, по её красивому лицу текли слезы.
— Эй! — Я притянул её к себе и крепко сжал. — Не плачь, милая.
— У тебя есть кольцо, — сказала она мне на плечо. — Серьёзно?
— Оно у меня уже много лет, — признался я, мягко отталкивая её, чтобы открыть коробку. Бриллиант сверкал в мягком свете комнаты, и я не мог не улыбнуться её резкому вздоху, когда она увидела его. — Ты выйдешь за меня?
— Ты такой глупый! — взвыла она, кивая. — Да. Конечно, я выйду за тебя замуж.
Я надел кольцо ей на палец, затем поднес её руку к своему рту и нежно поцеловал костяшки пальцев. Затем я снова притянул её к себе и по-настоящему поцеловал.
Она прижалась к моему телу, её пальцы скользили по моей шее и перебирали волосы.
Трудно было поверить, что после всех этих лет Эбигейл действительно стала моей. И она останется моей до конца наших дней. Я наконец-то выиграл свой приз и буду вечно доказывать ей, что достоин её.
Эпилог
Сайрус
Три года спустя…
— Эй, я не могу работать сегодня вечером, — напомнил я Кайлу, бросая блокнот на его стол.
— Ох, у Эбигейл свидание? — поддразнил он.
— Ага, — твердо сказал я. — Этот ребенок должен родиться через две недели, и это может быть последняя ночь, когда я могу забрать её себе. Как обычно. Я не откажусь от няни в вестибюле отеля.
— Хорошо, хорошо, — сказал он, схватив расписание и зачеркнув моё имя. — Знаешь, я думаю, это довольно грубо, что ты не говоришь дяде Кайлу, будет ли у него племянница или племянник.
— Я думаю, это грубо, что дядя Кайл продолжает говорить о себе в третьем лице, — ответил я, закатывая глаза. — Ты узнаешь, когда это узнают все остальные. Нам не нужна куча гендерно-специфических подарков.
— Почему?
— Потому что с этого момента я планирую оплодотворить эту женщину столько раз, сколько возможно, и я хотел бы, чтобы мои дети могли пользоваться всем тем, что дал им я.
— Отвратительно, — сказал он, качая головой. — Мне не нужно слышать такие разговоры о моей сестре.
— Что о твоей сестре? — спросила Эбигейл, входя в комнату, которая, казалось, тысячекратно осветилась силой её улыбки.
— О, ничего, — сказал Кайл, вставая и подходя, чтобы обнять её. — Я только пожаловался, что Сайрус не говорит мне, своему родному брату, мальчик у вас или девочка.
— Ах это. — Эбигейл рассмеялась и закатила глаза. — Я сказала ему, что он ведет себя глупо со всем этим.
— Я согласен, — твердо сказал Кайл. — Так ты мне скажи.
— Нет! — крикнул я. — Мы уходим.
Я взял Эбигейл за руку и осторожно потянул, подталкивая её к двери.
— Позволь мне обнять его на прощание, — сказала она, отпуская мою руку и ещё раз обнимая Кайла.
Я видел, что это происходит, но не мог остановить. Она наклонилась к его уху и прошептала, а затем я заметил, как его глаза загорелись от восторга.
— Вы двое ужасны, — пожаловался я, но не смог сдержать улыбку. — Счастлив теперь? — спросил я Кайла.
— Я был бы счастлив в любом случае, — заверил он меня. Он понизил голос и обратился к животу Эбигейл. — Но эта маленькая принцесса будет самой избалованной девочкой на планете.
— Можем мы уже пойти? — многозначительно спросил я у Эбигейл. — У нас есть бронь.
— Да, милый, — сказала она. Она встретила меня у двери, взяла за руку и позволила вывести её на улицу.
— Тебе не следует поощрять его, — сказал я ей, положив ладонь ей на поясницу, и толкнул входную дверь свободной рукой. — Он будет думать, что может терроризировать нас чем угодно.
— Он
