Первый из нижних уровней Итировых подземелий был чем-то невероятным. Я ожидала увидеть череду мрачных тоннелей, переходящих из одного каменного зала в другой, а попала в удивительный мир камня и земли, где было все, кроме чистого звездного неба. Хотя и оно местами тоже проглядывало в узких горных колодцах, добраться до которых не представлялось возможным. Впрочем, никто, кроме Рила туда и не стремился. Ему же бедняге по-прежнему требовалась световая подкормка, чтобы и дальше исправно работать для нас "фонариком". Поэтому дух время от времени поднимался наверх и ловил свою дозу приемлемых для него излучений.
К счастью, в подземельях, как и в купальнях Стортхэма, расположенных ближе всего к ним, элементали, удаляясь от связанных с ними нордов на расстояние больше семи метров, не теряли свою видимую форму. Поэтому Керр-саю, чтобы покормить призрачного напарника, вовсе не требовалось заниматься скалолазанием. Жаль, но подобные "кормушки" встречались редко, и Рилу все чаще приходилось довольствоваться бледно-зеленым излучением ядовитой плесени, а не серебристым светом местных лун. Так что плохое настроение духа было вполне понятно.
— Вот же орна черноглазая! — вернул меня в реальность голос Лааша. — Жрет уже третий бутер и не давится. Куда в нее, такую тощую, столько лезет-то? — возмущенно пропыхтело огненное солнышко, а я чуть не подавилась собственным бутербродом, любезно сделанным для меня Миртом. Орной обозвать высокую худощавую брюнетку с правильными чертами лица и шикарной косой ниже пояса — это надо было очень постараться.
Трехглавых чудовищ, одно из которых утащило Таша, сегодня мы, к счастью, не встретили. Хотя норды и сказали, что похожие на мифических гидр твари на этот уровень иногда поднимаются, но место их обитания находится ниже — возле большой подземной реки, к которой мы планировали выйти завтра. И этого самого завтра я, если честно, ждала со страхом, хоть и старалась делать вид, что спокойна, как и все остальные.
— Хочешь попробовать? — с ложкой наперевес подошла ко мне вивьера и, широко улыбнувшись, протянула источающее пар варево. — Ты такая бледненькая, первый раз здесь, да? — сочувственно спросила кудрявая, присаживаясь рядом со мной.
— Первый, — сухо ответила я, с недоверием поглядывая на ароматное содержимое ложки и в который раз за последний час подумала: поскорей бы вернулись с охоты Йен с Илисом.
Потому что в обществе двух девиц, странно-задумчивого Керр-сая, Мирта и пятерых котов, не опасаться я могла только последних. Ну, еще нашего "повара", конечно. Кудрявый парнишка со шрамом на лысом виске стал мне приятелем еще со времен ремонта, который мы сообща делали в моей комнате в Стортхэме.
— А я уже много раз ходила, — похвасталась вивьера. — И потерялась всего однажды, потому что под обвал попала. Но меня быстро нашли.
— Быстро? — я с недоверием посмотрела на нее.
— Ага, ти-шарха не прошло, как керсы след взяли, а каменный элементаль проделал лаз в пещеру, где завалило вход. Я даже испугаться толком не успела. Было ощущение, что только вошла туда за грибами, а потом р-р-раз — и уже ребята спасать пришли. Хотя может, все дело в моей особой настойке, — сказала она, подмигнув мне, и похлопала себя по висящей на поясе фляге. — На вот, тебе понравится! — заявила девушка, тряхнув пепельными кудряшками, доходившими ей до середины шеи, и всучила мне ложку со своим ее варевом.
— Это та самая "особая настойка"? — сглотнув, спросила я.
— Не-е-ет, это другая, — рассмеялась вивьера.
Я с надеждой посмотрела на Лааша, тот, перестав перечислять недостатки сидящей напротив Евы, одобрительно кивнул, и мне ничего не оставалось, кроме как подуть на отвар и выпить.
Хм… а ведь и правда вкусно!
Поблагодарив шатенку, я вернула ей похожую на миниатюрный половник ложку, которую она тут же снова наполнила из котелка и протянула мне. Решив, что за второй порцией последует и третья, на этот раз пила я ну о-о-очень медленно.
Надья меня по-прежнему настораживала, хотя прежняя антипатия за время пути и поутихла. Шатенку я опасалась куда меньше, чем брюнетку. Было чувство, что недовольство Еванны скоро дойдет до точки кипения — и я как минимум услышу много нового о себе, а как максимум — получу в глаз. Она ведь мне это обещала перед нашей с Ташем свадьбой. И не важно, что мы так с ним и не поженились. Логика у Евы "хромала на обе ноги", а кулаки периодически чесались.
Избалованная дочь первого городского старейшины… она с детства привыкла получать и делать то, что хочет. Ей плевать было на общественное мнение, на принятые в Лэфандрии правила — на все, что могло поставить под сомнения ее сумасбродное поведение. Вместо того, чтобы учиться танцам и вышиванию, сестра Таша осваивала боевые дисциплины с помощью нанятых Касс-рилем репетиторов. Невзирая на прохладное отношение горожан к общине изгоев, она регулярно навещала попавшего туда брата, чья мутация началась в подростковом возрасте. А теперь и вовсе потащилась с нами в подземелья, отринув уговоры отца.
Эгоистка! Избалованная и глупая. А еще сильная, выносливая и тренированная, в отличие от меня. Удивительно, что при обычной для Еванны прямолинейности, она до сих пор не высказала мне в лицо все, что думает. Хотя возможно ее просто сдерживало данное Грэм-рилю обещание: быть послушной девочкой, не мешать поискам и… не устраивать сцен.
— Ле-е-ер, — протянул Лааш, подлетев ко мне. — Ну, чего ты такая грустная сидишь? За Йена переживаешь? Зря. Сюда орны, конечно, забредают, но редко. Да и охотники наши — не пьяный молодняк, чтобы по-идиотски подставиться. Они и с орнами совладать смогут, были случаи. Не грусти, а, Лер? Посмотри на ту нахохлившуюся "ворону" и улыбнись. Ее ж прям распирает от недовольства, а ничего… сидит, молчит и даже бутером не давится!
И я с дуру снова улыбнулась. Это для раздраженной брюнетки стало, похоже, последней каплей. Потому что, решительно отложив еду, она мрачно поинтересовалась:
— Ну, и чего смешного, шлюха?
— Да я вроде как не смеюсь, — неуверенно поведя плечами, ответила сидящая рядом со мной Надья, и почему-то заглянула в свой дымящийся котелок.
— Не с тобой разговариваю, — рыкнула на нее сестра Таша, удостоив шатенку пренебрежительным взглядом. А я как-то сразу испытала странное чувство солидарности с вивьерой, к которой наша "принцесса" относилась по ходу еще хуже, чем ко мне. И зачем норды ее с собой взяли? Посадили б в комнату с мягкими стенами и с решеткой на окне, и пусть бы она попробовала оттуда сбежать. Так нет же, на уступки пошли, идиоты меченные! Эх… Мягкотелые какие-то изгои в этом мире, раз всякие девицы могут шантажом из них что угодно выбить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
